Фандом: Ориджиналы. Так вот, что это за чувство — любовь. Свободное падение прямо в преисподнюю, с сумасшедшей улыбкой на изодранных зубами любимого человека губах.
Добавить в моё избранное
11 мин, 0 сек 10532
Этого момента хватило, чтобы я снова начал мыслить рационально. Конечно, я не передумал, но вот Костя… что, если он тоже очнулся от своего сумасшествия и теперь, подняв голову вверх, я встречусь с его осуждающим взглядом, полным отвращения?
ТУК-ТУК. Один момент, одно биение сердца, одна пустота в голове на двоих. Или же все это только для меня?
Страх… предвкушение… томление… желание… горечь… влечение… слабость… стремление…
Мой обреченный взгляд вверх — его горящие похотью глаза. Какое облегчение. Не медля больше ни минуты, беру в руки его напряженный член. Первые прикосновения мягкие, нежные и осторожные, чтобы подготовить его к последующим движениям. Целую губами головку, вожу по ней и вокруг расслабленным кончиком языка, облизываю весь ствол, чтобы обильно смочить его слюной. Дыхание Кости то учащается, то срывается и вовсе пропадает. Взволновавшись за его состояние, отвлекаюсь от своего занятия, но он запускает пальцы в мои волосы, намекая, чтобы я не прерывался. Послушно исполняю его молчаливую просьбу. Запускаю член в свой рот, постепенно пропуская его все глубже, и начинаю движение, не забывая об освободившихся руках, которые тут же перемещаются на задницу Кости. Поглаживая бедра, медленно двигаюсь к анусу. Лишь бы не испугать его своим порывом. Провожу смоченным слюной указательным пальцем вокруг складок, образующих анальное отверстие. Чувствую, как напряглись его мышцы, и ускоряю движение языка, заставляя Костю кончить прямо в мой рот. Снова вылизав все, покрываю легкими поцелуями яички. Он резко тянет меня за волосы вверх, меняет нас местами, снова практически до хруста впечатывает в стену мою спину. Страстно целует мою шею, покрывая ее, а затем и плечи засосами. Мой член сводит судорогой, я еле сдерживаюсь, чтобы не начать тереться о его ногу, так удачно — будто специально — приставленную к моему паху. Несколько неосторожных движений, случайных соприкосновений сквозь ткань заставляют меня кончить. Слишком много эмоций, это все так странно, как будто сон, а не реальность. Миг, а может, час спустя, мы оба непонятным образом оказываемся лежащими прямо на полу. Не могу сдержать порыв — притягиваю Костю ближе, пропускаю короткий ежик его волос сквозь пальцы и целую в висок.
— Вот ты и сорвался по-настоящему, моя неустойчивая личность, — тихо шепчу я. Он озадаченно хмурится, пытаясь понять, что я имею ввиду, но молча сопит, не признавая, что не знает. Мягко улыбаюсь и продолжаю говорить. — Причина твоих расстройств — вот она. Ты гей. Сковываешь это в себе, закрываешь, сдерживаешь то, чем являешься на самом деле.
— Это ложь. Я женат, — резко отвечает он и вырывается из моих объятий. Мое сердце пропускает несколько ударов, но я ни за что не покажу ему, как меня зацепил этот факт. Женат. Ну конечно. Почему я сам не догадался? Подумаешь, не носит на пальце кольцо. Да это же абсолютно нормально в наше время. На что я надеялся? Любовь-мир-счастье? Не для меня, не в этой реальности.
— Как будто «женат» означает«влюблен». По какой же причине ты женат? Залет? Или, может, материальное положение?
— Не твое дело. Пожалуй, открою дверь самостоятельно. Надеюсь, больше не увидимся, Виктор Николаевич, — ухмыляется и уходит, оставляя меня одного.
— Надейся, Костя, надейся. Приступы не прекратятся. И ты снова придешь ко мне. А я просто подожду. Просто подожду, — успокаивающе обняв себя за плечи, пустым взглядом смотрю на дверь и улыбаюсь.
Понимание ситуации прошлось серией тяжелых ударов по моей голове и осело в грудной клетке, сжимая ее.
Будь я в вакууме без возможности слышать, если он что-то тихо прошепчет — разберу каждый звук. Ноги не удержат меня даже в сидячем положении, но стоит ему попытаться по-настоящему уйти от меня, и я смогу бежать. Бежать за ним, как цепной пес, не зная ни усталости, ни гордости. Если он убьет кого-нибудь в очередном приступе ярости, я возьму вину на себя и никогда не пожалею об этом.
Это идиотизм — позволять себе подобную зависимость от одного человека. Глобальнейшая ошибка… Хочу ошибаться так еще и еще. Сотни, нет, тысячи раз вплоть до самой смерти. Я фанатик, мое главное Божество — это он. Божество, единственное в своем роде. Недостижимое, не подлежащее сравнению. Жестокое и беспощадное, способное пытать даже самым сладким поцелуем. Способное уйти, не сказав ни одного теплого слова. Безразлично окинуть взглядом мою фигуру, всем своим естеством молящую о том, чтобы оно осталось еще хотя бы на минуту. Именно такое оно, мое Божество.
Величайшие умы человечества и философы задаются вопросом: «В чем смысл жизни?»
Наиболее распространенные ответы — что-то вроде «любовь», «счастье», «вера», «семья»…
Раньше мне тоже было это интересно. Так, скорее, за компанию, чем всерьез. Но теперь у меня есть он. Этот человек — мой вопрос к мирозданию. Этот же человек является ответом, решением. Моя мечта? Мой убийца… мой любовник.
ТУК-ТУК. Один момент, одно биение сердца, одна пустота в голове на двоих. Или же все это только для меня?
Страх… предвкушение… томление… желание… горечь… влечение… слабость… стремление…
Мой обреченный взгляд вверх — его горящие похотью глаза. Какое облегчение. Не медля больше ни минуты, беру в руки его напряженный член. Первые прикосновения мягкие, нежные и осторожные, чтобы подготовить его к последующим движениям. Целую губами головку, вожу по ней и вокруг расслабленным кончиком языка, облизываю весь ствол, чтобы обильно смочить его слюной. Дыхание Кости то учащается, то срывается и вовсе пропадает. Взволновавшись за его состояние, отвлекаюсь от своего занятия, но он запускает пальцы в мои волосы, намекая, чтобы я не прерывался. Послушно исполняю его молчаливую просьбу. Запускаю член в свой рот, постепенно пропуская его все глубже, и начинаю движение, не забывая об освободившихся руках, которые тут же перемещаются на задницу Кости. Поглаживая бедра, медленно двигаюсь к анусу. Лишь бы не испугать его своим порывом. Провожу смоченным слюной указательным пальцем вокруг складок, образующих анальное отверстие. Чувствую, как напряглись его мышцы, и ускоряю движение языка, заставляя Костю кончить прямо в мой рот. Снова вылизав все, покрываю легкими поцелуями яички. Он резко тянет меня за волосы вверх, меняет нас местами, снова практически до хруста впечатывает в стену мою спину. Страстно целует мою шею, покрывая ее, а затем и плечи засосами. Мой член сводит судорогой, я еле сдерживаюсь, чтобы не начать тереться о его ногу, так удачно — будто специально — приставленную к моему паху. Несколько неосторожных движений, случайных соприкосновений сквозь ткань заставляют меня кончить. Слишком много эмоций, это все так странно, как будто сон, а не реальность. Миг, а может, час спустя, мы оба непонятным образом оказываемся лежащими прямо на полу. Не могу сдержать порыв — притягиваю Костю ближе, пропускаю короткий ежик его волос сквозь пальцы и целую в висок.
— Вот ты и сорвался по-настоящему, моя неустойчивая личность, — тихо шепчу я. Он озадаченно хмурится, пытаясь понять, что я имею ввиду, но молча сопит, не признавая, что не знает. Мягко улыбаюсь и продолжаю говорить. — Причина твоих расстройств — вот она. Ты гей. Сковываешь это в себе, закрываешь, сдерживаешь то, чем являешься на самом деле.
— Это ложь. Я женат, — резко отвечает он и вырывается из моих объятий. Мое сердце пропускает несколько ударов, но я ни за что не покажу ему, как меня зацепил этот факт. Женат. Ну конечно. Почему я сам не догадался? Подумаешь, не носит на пальце кольцо. Да это же абсолютно нормально в наше время. На что я надеялся? Любовь-мир-счастье? Не для меня, не в этой реальности.
— Как будто «женат» означает«влюблен». По какой же причине ты женат? Залет? Или, может, материальное положение?
— Не твое дело. Пожалуй, открою дверь самостоятельно. Надеюсь, больше не увидимся, Виктор Николаевич, — ухмыляется и уходит, оставляя меня одного.
— Надейся, Костя, надейся. Приступы не прекратятся. И ты снова придешь ко мне. А я просто подожду. Просто подожду, — успокаивающе обняв себя за плечи, пустым взглядом смотрю на дверь и улыбаюсь.
Понимание ситуации прошлось серией тяжелых ударов по моей голове и осело в грудной клетке, сжимая ее.
Будь я в вакууме без возможности слышать, если он что-то тихо прошепчет — разберу каждый звук. Ноги не удержат меня даже в сидячем положении, но стоит ему попытаться по-настоящему уйти от меня, и я смогу бежать. Бежать за ним, как цепной пес, не зная ни усталости, ни гордости. Если он убьет кого-нибудь в очередном приступе ярости, я возьму вину на себя и никогда не пожалею об этом.
Это идиотизм — позволять себе подобную зависимость от одного человека. Глобальнейшая ошибка… Хочу ошибаться так еще и еще. Сотни, нет, тысячи раз вплоть до самой смерти. Я фанатик, мое главное Божество — это он. Божество, единственное в своем роде. Недостижимое, не подлежащее сравнению. Жестокое и беспощадное, способное пытать даже самым сладким поцелуем. Способное уйти, не сказав ни одного теплого слова. Безразлично окинуть взглядом мою фигуру, всем своим естеством молящую о том, чтобы оно осталось еще хотя бы на минуту. Именно такое оно, мое Божество.
Величайшие умы человечества и философы задаются вопросом: «В чем смысл жизни?»
Наиболее распространенные ответы — что-то вроде «любовь», «счастье», «вера», «семья»…
Раньше мне тоже было это интересно. Так, скорее, за компанию, чем всерьез. Но теперь у меня есть он. Этот человек — мой вопрос к мирозданию. Этот же человек является ответом, решением. Моя мечта? Мой убийца… мой любовник.
Страница 3 из 4
