Фандом: Гарри Поттер. Первое «хочу», первое «нельзя»…
Добавить в моё избранное
33 мин, 18 сек 13862
Он лежал рядом, прикрывшись одеялом, но все равно было заметно, что он все еще возбужден.
— Но ведь… А ты?
Рабастан только усмехнулся.
— Это не правильно, — продолжила она. — Как-то… не по-настоящему.
— Тебе не понравилось?
— Я хочу, чтобы нам обоим было хорошо, — Нарцисса потянулась к нему, прижалась, но он отстранился. — Пожалуйста, не отказывай мне…
— Что, и правда хочешь помочь? — появившиеся вдруг в его голосе интонации могли бы насторожить, но она решительно отмела все сомнения. Только не сейчас, когда до цели рукой подать!
— Да.
Он отбросил одеяло — никогда еще она не видела его член так близко. От терпкого мужского запаха чуть замутило. Рабастан положил ладонь ей на затылок, чуть нажал, пригибая к себе…
— Нет…
— Ну же, давай! — теперь его голос звучал совсем незнакомо: грубо, почти издевательски. — Ты ведь знаешь, как это делается! Видела, правда?
— Но…
— У тебя очень запоминающиеся духи, Цисси. Их ни с чем не перепутаешь. Вряд ли у тех, кто снимает номера у Кривой Марты, есть деньги на что-то подобное.
«О, нет! Мерлин, пусть я сейчас проснусь: дома, в школе, где угодно! Только не здесь!»
— Так я жду. Или ты уже не хочешь, чтобы мы оба получили удовольствие?
Нарцисса наклонилась, сгорая от стыда и отчаяния. Закрыла глаза — так легче. Провела языком по теплому, шелковой нежности стволу, по чуть солоноватой головке. Он нажал на затылок, нетерпеливо проталкиваясь в горло, и ее тут же затошнило. Выпрямилась, едва сдерживая слезы:
— Я не могу…
Но, кажется, он уже пришел в себя — так же быстро, как тогда, на Рождество. Отодвинулся, снова натянув на себя одеяло:
— Прости.
И слезы хлынули ручьем, едва успела отвернуться. Он что-то говорил, закутывая ее в мантию, она кивала. Позволила себя обнять и аппарировать в спальню — судя по неразобранному чемодану, ту, которую ей выделила Белла. Ра уложил ее на кровать, укрыл… Хорошо, что «сестренкой» больше не называл, убила бы.
— Ра, но почему? По-че-му?! Ведь я же сама пришла, я же хотела…
Вздохнул, чуть помолчал. Хитро улыбнулся, будто собираясь отшутиться… Нет, так нельзя, она этого просто не выдержит! И он понял, ответил серьезно:
— Потому что такие, как ты, не бывают любовницами. Только женами. Чудесными, примерными хранительницами очага. А жена мне пока не нужна.
— Когда она будет тебе нужна, я давно буду замужем! — вспыхнула Нарцисса.
Ра только усмехнулся:
— Думаешь, это меня остановит?
— Это может остановить меня!
— Там видно будет, — пожал плечами он. Повернулся к двери: — я завтра уезжаю, вернусь через три дня. Очень надеюсь тебя здесь не застать.
Тихий хлопок — и в комнате она осталась одна. Теперь можно было плакать, кричать, кататься по кровати и выть от отчаяния.
Вместо этого Нарцисса встала, подошла к зеркалу. Взмахнула палочкой, убирая со лба и скул уродливые розовые пятна — все-таки блондинок слезы не красят. Сняла с ресниц затемняющее заклинание, наложила смягчающее на губы. Чуть прижала пальцами кожу в уголках глаз, проверяя, не намечаются ли морщинки. К счастью, все прекрасно, но капля замедляющего старение зелья не помешает…
Потому что даже если сердце у тебя разбито, лицо должно выглядеть безупречно.
Вместо эпилога
Нарцисса вышла из примерочной, покрутилась перед огромным зеркалом.
— Не годится, — поморщилась. — Залом на боку, видите?
— Мерлин, уже восьмое платье! — донеслось из глубины магазина. — Вот же послали бешеные низзлы клиентку!
— Молчи, дура! — ответил первой надтреснутый старческий голос. — Не понимаешь, кто она такая? Пусть хоть все перемеряет, нам-то что за печаль?
— Эта складка на талии предусмотрена моделью, мисс, — преувеличенно-радостно заявила мадам Тюлье, хозяйка самого известного свадебного салона.
— Значит, эта модель мне не подходит, — отрезала Нарцисса. — Будьте добры, принесите другое! Ну-у… вот хотя бы то, с розовыми и зелеными цветами.
— Но вы его меряли третьим, мисс…
— Возможно, я чего-то не рассмотрела. Да, и вон то захватите, с черной вышивкой! На всякий случай. Если первое мне все-таки не понравится.
Звякнул колокольчик на двери, и в магазин вошла высокая дама в темной мантии и шляпке с густой вуалью. Нарцисса равнодушно взглянула на нее, и тут же дыхание перехватило: эту — такую знакомую — манеру держаться не скроет никакая мантия. Белле скрываться незачем, значит…
— Я буду в пятой кабинке! — громко, чтобы и посетительница услышала, объявила она. — Ну, что вы сидите? Я же просила принести платья! Да, и во-он то, — она указала на самую высокую и дальнюю вешалку, — тоже захватите.
— Желтое, мисс? Но к вашему цвету лица…
— И побыстрее!
— Но ведь… А ты?
Рабастан только усмехнулся.
— Это не правильно, — продолжила она. — Как-то… не по-настоящему.
— Тебе не понравилось?
— Я хочу, чтобы нам обоим было хорошо, — Нарцисса потянулась к нему, прижалась, но он отстранился. — Пожалуйста, не отказывай мне…
— Что, и правда хочешь помочь? — появившиеся вдруг в его голосе интонации могли бы насторожить, но она решительно отмела все сомнения. Только не сейчас, когда до цели рукой подать!
— Да.
Он отбросил одеяло — никогда еще она не видела его член так близко. От терпкого мужского запаха чуть замутило. Рабастан положил ладонь ей на затылок, чуть нажал, пригибая к себе…
— Нет…
— Ну же, давай! — теперь его голос звучал совсем незнакомо: грубо, почти издевательски. — Ты ведь знаешь, как это делается! Видела, правда?
— Но…
— У тебя очень запоминающиеся духи, Цисси. Их ни с чем не перепутаешь. Вряд ли у тех, кто снимает номера у Кривой Марты, есть деньги на что-то подобное.
«О, нет! Мерлин, пусть я сейчас проснусь: дома, в школе, где угодно! Только не здесь!»
— Так я жду. Или ты уже не хочешь, чтобы мы оба получили удовольствие?
Нарцисса наклонилась, сгорая от стыда и отчаяния. Закрыла глаза — так легче. Провела языком по теплому, шелковой нежности стволу, по чуть солоноватой головке. Он нажал на затылок, нетерпеливо проталкиваясь в горло, и ее тут же затошнило. Выпрямилась, едва сдерживая слезы:
— Я не могу…
Но, кажется, он уже пришел в себя — так же быстро, как тогда, на Рождество. Отодвинулся, снова натянув на себя одеяло:
— Прости.
И слезы хлынули ручьем, едва успела отвернуться. Он что-то говорил, закутывая ее в мантию, она кивала. Позволила себя обнять и аппарировать в спальню — судя по неразобранному чемодану, ту, которую ей выделила Белла. Ра уложил ее на кровать, укрыл… Хорошо, что «сестренкой» больше не называл, убила бы.
— Ра, но почему? По-че-му?! Ведь я же сама пришла, я же хотела…
Вздохнул, чуть помолчал. Хитро улыбнулся, будто собираясь отшутиться… Нет, так нельзя, она этого просто не выдержит! И он понял, ответил серьезно:
— Потому что такие, как ты, не бывают любовницами. Только женами. Чудесными, примерными хранительницами очага. А жена мне пока не нужна.
— Когда она будет тебе нужна, я давно буду замужем! — вспыхнула Нарцисса.
Ра только усмехнулся:
— Думаешь, это меня остановит?
— Это может остановить меня!
— Там видно будет, — пожал плечами он. Повернулся к двери: — я завтра уезжаю, вернусь через три дня. Очень надеюсь тебя здесь не застать.
Тихий хлопок — и в комнате она осталась одна. Теперь можно было плакать, кричать, кататься по кровати и выть от отчаяния.
Вместо этого Нарцисса встала, подошла к зеркалу. Взмахнула палочкой, убирая со лба и скул уродливые розовые пятна — все-таки блондинок слезы не красят. Сняла с ресниц затемняющее заклинание, наложила смягчающее на губы. Чуть прижала пальцами кожу в уголках глаз, проверяя, не намечаются ли морщинки. К счастью, все прекрасно, но капля замедляющего старение зелья не помешает…
Потому что даже если сердце у тебя разбито, лицо должно выглядеть безупречно.
Вместо эпилога
Нарцисса вышла из примерочной, покрутилась перед огромным зеркалом.
— Не годится, — поморщилась. — Залом на боку, видите?
— Мерлин, уже восьмое платье! — донеслось из глубины магазина. — Вот же послали бешеные низзлы клиентку!
— Молчи, дура! — ответил первой надтреснутый старческий голос. — Не понимаешь, кто она такая? Пусть хоть все перемеряет, нам-то что за печаль?
— Эта складка на талии предусмотрена моделью, мисс, — преувеличенно-радостно заявила мадам Тюлье, хозяйка самого известного свадебного салона.
— Значит, эта модель мне не подходит, — отрезала Нарцисса. — Будьте добры, принесите другое! Ну-у… вот хотя бы то, с розовыми и зелеными цветами.
— Но вы его меряли третьим, мисс…
— Возможно, я чего-то не рассмотрела. Да, и вон то захватите, с черной вышивкой! На всякий случай. Если первое мне все-таки не понравится.
Звякнул колокольчик на двери, и в магазин вошла высокая дама в темной мантии и шляпке с густой вуалью. Нарцисса равнодушно взглянула на нее, и тут же дыхание перехватило: эту — такую знакомую — манеру держаться не скроет никакая мантия. Белле скрываться незачем, значит…
— Я буду в пятой кабинке! — громко, чтобы и посетительница услышала, объявила она. — Ну, что вы сидите? Я же просила принести платья! Да, и во-он то, — она указала на самую высокую и дальнюю вешалку, — тоже захватите.
— Желтое, мисс? Но к вашему цвету лица…
— И побыстрее!
Страница 9 из 10
