Severus' Dreams

Он будет угрюмым, раздражительным, возможно, даже плаксивым. Все это совершенно нормально после таких ран. На нем можно использовать легилименцию, если вы считаете, что это поможет ему успокоиться. Честно говоря, я не люблю пользоваться успокаивающими зельями после травм головы. Из-за них пациенты становятся вялыми.

Гарри и Джинни синхронно кивнули.

— Не нужно волноваться, если он будет дезориентирован день или два. Он может задавать странные вопросы, даже, может быть, не сможет вспомнить, как справиться с каким-нибудь трудным делом. Отвечайте на все его вопросы, какими бы своеобразными они ни были. Скорее всего, это подстегнет его память. Если покажется, что ему становится хуже, а не лучше, сразу же свяжитесь со мной, хорошо?

— Да, — ответил Гарри. — Я посижу с ним первым? — спросил он Джинни.

— Так, — сказал Эрни, отталкиваясь от стены. — Я тогда вас оставлю. Дайте знать, если понадоблюсь вам.

Джинни просмотрела список зелий.

— Отправлю за ними Кричера, — она в последний раз приобняла Гарри, а затем отпустила его и начала спускаться вниз, чтобы проводить Эрни. — Гарри? Хочешь, я попрошу Кричера принести вам обед наверх? — спросила она.

— Да, иди, — кивнул Гарри. Он улыбнулся Эрни и направился в комнату Тима.

— Я приду и подменю тебя, когда мама доберется до нас, — сказала Джинни через плечо. — Она только что написала, что останется у нас на ночь.

Гарри улыбнулся. На Молли всегда можно было положиться.

Дверь в спальню мальчика по-прежнему была приоткрыта, как ее и оставил Гарри, выйдя в коридор. Тим сидел на кровати все в том же положении, притворяясь, что читает. Гарри знал, что он наверняка подслушивал разговор взрослых. Он, в конце концов, и сам бы так поступил. Гарри не стал накладывать чары тишины, потому что в этом случае Тим бы, наверное, решил, что умирает, а взрослые просто не хотят говорить ему правду.

И на его месте Гарри бы вновь решил точно так же.

Тим поднял глаза, словно действительно был поглощен книгой. Да этот ребенок становился прекрасным актером. Наверное, у Ала нахватался.

— Что сказал целитель? — его голос прозвучал расчетливо спокойно, скрывая страх. В глазах Тима вновь появился пустой и слишком взрослый для него взгляд, который был хорошо знаком Гарри. Этакий взгляд старой души, уставшей от мира. Взгляд, который ждал худшего.

Гарри уселся в кресло-качалку рядом с кроватью и посмотрел Тиму в глаза, только тогда заговорив.

— Да ладно тебе, Тим, — сказал он, криво усмехнувшись. — Не надо говорить мне, что ты ничего не слышал.

Мальчик сжал губы и словно к чему-то приготовился, будто ждал, что Гарри ударит его за то, что он подслушивал.

— Я слышал… кое-что, — настороженно ответил он.

— Итак, целитель Эрни считает, что у тебя сотрясение мозга. Твоя магия исправит все через пару дней, — заверил его Гарри. — До тех пор он не хочет, чтобы ты оставался один, на случай если у тебя вдруг закружится голова или тебя снова начнет тошнить.

Тим уставился на него, ничего не говоря.

— Хочешь сыграть в шахматы? — напряженно спросил Гарри.

Тим покачал головой, продолжая осмотреть на него.

— Ладно, — Гарри достал палочку и призвал один из пергаментов, которые он читал в своем кабинете. Порой Тиму просто нужно было время, чтобы собраться с мыслями. Гарри подумал, что мальчику будет проще, если сам он, Гарри, займется каким-то делом.

Тим не пошевелился. Он не сводил глаз с Гарри. Напряженность во взгляде ребенка сводила с ума.

Наконец появился Кричер с подносом.

— Хозяйка Джинни говорит, что хозяин Гарри и хозяин Тим должны поесть, — прохрипел эльф. Удивительно, но у Тима не нашлось улыбки даже для старого эльфа, хотя он и пробормотал слова благодарности, когда тот передал ему тарелку с супом.

Кричер чуть склонил голову, а затем наклонился и что-то шепнул мальчику на ухо.

Тим дернулся назад, чем-то потрясенный, а Кричер заговорщически ему улыбнулся.

— Ни о чем не беспокойтесь, маленький хозяин, — погладил Кричер мальчика по руке. — Все будет нормально, вот увидите, — и он с треском исчез.

Гарри улыбнулся сам себе. Много лет назад он бы ни за что не поверил, как хорошо умел Кричер обращаться с детьми. По какой-то причине он всегда знал, что сказать детям, когда они грустили или беспокоились из-за чего-то.

Тим обратил свое внимание к еде, и Гарри тоже взялся за ложку, продолжая читать свой отчет.

— М-м-м… папа? — сказал Тим через некоторое время. Он использовал это слово, словно старался угодить Гарри.

И Гарри знал, что так оно, скорее всего, и было. Тим ненавидел расстраивать других людей.

— Да?

Тим поставил свою тарелку на прикроватную тумбочку. В руках он держал свою волшебную палочку, пристально изучая ее взглядом.