Severus' Dreams

И дело было не в том, что его здесь что-то держало, просто ему некуда было уйти.

Северус постарался сориентироваться, где он находится, мысленно перебирая одну дурацкую идею за другой, пока не добрался до последнего воспоминания, имевшего смысл.

Хогвартс. Поппи. Ее зелье. Что-то взорвалось. И за тем этот безумный сон. Он был заключен в теле ребенка.

Но теперь, очевидно, пробудился законный владелец тела. Ребенок был в замешательстве и, похоже, слишком поглощен агонией в своей голове, чтобы обратить внимание на присутствие другого разума, хотя Северус был уверен, что мальчик его почувствовал.

Следующее мгновение подтвердило, что ребенок действительно чувствовал Северуса.

— Ох, черт, все настолько плохо? — заговорил ребенок вслух, но Северус знал, что обращался тот к нему. Он не знал, как реагировать ни на это замечание, ни на то, что их с ребенком разумы отделял лишь тончайший барьер.

— Ш-ш-ш, ш-ш-ш, — раздался женский голос. Мягкие руки коснулись его лба. Он почувствовал, как она двигает его, пока не свернулся клубочком у нее на коленях. Возможно, она левитировала его — точно он не мог сказать.

— Мама? — теперь уже заговорил ребенок с ней. — Что…?

— Ты ударился головой. Помнишь? — прошептал женщина.

— Н-нет… — запинаясь, ответил ребенок. — Это… отец…? Он…? Он снова тебя бил? Ты…? — Северус почувствовал легкую дрожь в конечностях. В разуме ребенка слово «отец» ассоциировалось с огромным страхом. Северус вспомнил, как его точно так же утешала его собственная мать после очередных побоев отца.

— Кричер? — прошептала женщина. Северус узнал голос Джинни Поттер. — Принеси то зелье от боли, которое прописал Эрни. — Затем она обратилась к ребенку: — Тим, это я. Твоя мама Джинни, — ее голос чуть дрогнул. — Тебе просто снится сон, — Джинни потянулась, взяв его маленькую руку, в которой он держал палочку, в свою большую. — Вот, ты чувствуешь свою палочку?

Северус ощутил пульсацию волшебной палочки.

— Да, — всхлипнул ребенок. — Голова болит… — мальчик умолк.

— Я знаю, — погладила его по волосам Джинни. — Все хорошо, — она едва заметно укачивала его. — Тебе снилась твоя другая мама?

— Прости, — ребенок еще ближе прильнул к женщине. — Он тоже там был. Он… он… — ребенок не смог продолжить. Северус удивился, заметив, что ребенок старался взять себя в руки, инстинктивно очищая разум от нахлынувших эмоций, чтобы совладать таким образом с болью.

— Все хорошо, милый, — повторила она и обхватила его обеими руками, крепко обняв. Северус был удивлен — ему казалось, что ребенок был слишком взрослым для подобного обращения, пусть даже он и был болен.

С другой стороны, не Северусу было судить о подобном.

Ему по-прежнему казалось, что в его (их?) голову воткнули раскаленный металлический прут. И где, черт возьми, только носило этого эльфа с нужным зельем. Северус сделал вдох, контроль над магией явно был поделен между ним и ребенком. С некоторым усилием он мысленно произнес заклинание, чтобы убаюкать разум ребенка. Им не было смысла страдать вместе. Ребенок не стал ему сопротивляться. Удивительно, но он доверял Северусу по меньшей мере в той же степени, что и его слизеринцы в лучшие дни. Разум мальчика расслабился, погрузившись в сон, дав Северусу возможность направить мысленные усилия на борьбу с болью.

Треск огласил возвращение эльфа. Джинни переместила несопротивляющееся тело ребенка. К его губам прислонили стеклянную бутылочку, и Северус сглотнул.

Люди никогда по-настоящему не ценят отсутствие боли, думал он. Зелье уменьшило его агонию до тупой ноющей боли.

— Тим, любимый? — позвала Джинни. — Ты можешь открыть глаза?

Северус осторожно подчинился. По его мнению, он находился слишком близко к лицу женщины. Он вздрогнул и отстранился. Она, кажется, поняла причину его неудобства. Улыбнувшись уголком рта, она сказала:

— Просто подними на меня взгляд на секунду, Тим.

Она откинула влажные волосы с его лица, поднимая свою палочку. Он понял, что она проверяла реакцию его зрачков. Ее брови сошлись на переносице, а рот сжался в обеспокоенную линию. Джинни опустила его с коленей обратно на кровать, укутав в одеяло.

— Expecto patronum.

Северус не разглядел ее патронус — слишком быстро он вырвался из ее палочки, выскочив через занавешенное шторами окно. После этого она заклинанием освежила его пропитанные потом простыни и пижаму. У этой женщины явно был опыт обращения с больными и раненными детьми.

Последнее, что помнил Северус с прошлого вечера (был ли это прошлый вечер? По его ощущениям, да), как заснул в этой комнате с сидящим рядом сорокалетним Гарри — будь он проклят — Поттером. Обеспокоенным отцом, приглядывающим за больным ребенком.

Северус ожидал, что проснется в своем кабинете (если вообще проснется) с жутким похмельем от принятых им галлюциногенов.