Severus' Dreams

В противном случае она кричала до тех пор, пока не сажала голос. Большую часть времени больничный персонал тратил свое время, мешая ей навредить себе или успокаивая ее после кошмаров, но порой ее магия вырывалась наружу в попытке защитить ее. Но крыло, в котором держали пациентов, живущих в больнице постоянно, было зачаровано поглощать подобные выбросы.

Конечно, из-за того, что она не могла говорить, не было никакой возможности узнать, насколько она осознавала происходящее вокруг.

Теперь же Альбусу пришлось терпеливо объяснять ей правила, хотя было очевидно, что дети ее обожали. Спроси его кто, Северус бы ответил, что, несмотря на морщины и белизну волос, вела себя Алиса, скорее как подросток. Она очень напоминала ту популярную в Хогвартсе девочку, которой когда-то была.

Северус мысленно покачал головой, гадая, что же могло вызвать столь поразительное выздоровление.

Они сыграли несколько партий, прежде чем Кричер позвал всех к столу. Тим уселся между Алисой и Джинни. По какой-то причине на столе оказалось на одну тарелку больше нужного.

— Ох, прости, Кричер, — внезапно сказала Джинни. — Я забыла тебе сказать, что Джеймс прислал сову, — она обменялась нечитаемым взглядом с Поттером, нахмурившимся в ответ. — У него не получается прийти.

— Какая жалость, — сказал Невилл, явно упустив скрытый подтекст между Джинни и Поттером. — Я надеялся с ним повидаться.

С опаской наблюдая за Поттером, будто ожидая взрыва, Кричер зашел в комнату и убрал со стола лишнюю тарелку.

Глава 15. Добрый

Каждый год в рождественские каникулы Поттеры хотя бы раз звали к себе на ужин Минерву и других членов персонала Хогвартса, нашедших время заглянуть к ним. Гарри положил начало этой традиции в первый же год после окончания школы, пригласив Минерву, Хагрида и Поппи, чтобы показать им последние результаты реконструкции дома на площади Гриммо. Обычно его детям нравилась компания директрисы, которая, когда они покидали пределы школы, превращалась в их пусть и строгую, но добрую тетушку.

Этот ужин стал первым, который Джеймс решил пропустить. Джинни посылала ему сову, прося вернуться домой хотя бы на этот вечер. Но о том, что Джеймс прислал ответ, она ни разу не упоминала, из чего Гарри заключил, что в ответном письме было что-то, что, по ее мнению, лишь только расстроило бы его. Джинни зачастую выступала на позиции загонщика в отношениях между ними.

Гарри просто не мог понять, что творилось между ним и сыном. Прошлым вечером Рон уверил его, что все это было лишь периодом, который ему нужно пережить.

— Ты же помнишь, каково это было, — говорил он. — Думаю, он ощущает необходимость соответствовать репутации своего папы. Он угомонится.

Вот только это был один из тех случаев, когда совет Рона оказался бесполезен. Если бы Джеймс решил податься в профессиональный квиддич, то Гарри, возможно, и поверил бы, что он в конечном итоге угомонится. Но нет, этот мальчишка решил гоняться за темными волшебниками. Джеймс всегда был чересчур диковат, по мнению Гарри. С самого раннего детства он наслаждался риском ради самого риска.

Да и, если уж на то пошло, у Гарри не получалось вспомнить, каково ему было в свое время, о чем он и сказал Рону. Он помнил лишь облегчение, которое испытал, когда наконец-то осознал (не без помощью Фиби), что, будучи аврором, он не был обязан лично разбираться с каждым темным волшебником, попадавшим под радары Аврората.

С угрюмым выражением Гарри взялся за вилку. Еда, как и все, что готовил Кричер, была изумительна, но гаррин аппетит подвел его.

Тим тоже больше возил вилкой по тарелке, чем на самом деле ел. Гарри знал, что этот день потребовал от ребенка много сил. Он проспал два часа после их возвращения домой. Гарри совершенно не нравилось, что ребенок по-прежнему выглядел столь изможденным. Эрни, конечно, успокаивал их, но это не мешало Гарри с Джинни беспокоиться.

Алиса весело болтала с детьми, словно и сама была подростком. Она была очень популярна среди учеников Хогвартса с тех самых пор, как Невилл перевез ее туда два года назад. Зелье «Слезы» сотворило в ее случае настоящее чудо. Пусть ее разум так и остался поврежденным, за последние четыре года ее прогресс значительно превзошел самые смелые ожидания окружающих.«Мисс Алиса», как звали ее ученики, с легкостью помогала с уроками первым, вторым и третьим курсам, а также ассистировала Поппи в больничном крыле. Ей нравилось находиться в окружении детей. Порой ее по-прежнему охватывали необъяснимая тревога и ужас, но с каждым годом это происходило все реже и реже.

Гарри не переставал сожалеть, что они не нашли это зелье раньше, но, по крайней мере, Августа дожила до тех дней, когда Алиса заговорила вновь. Это утешило пожилую женщину в последние годы ее жизни.

В миллионный раз Гарри произнес короткую мысленную молитву, взывая ко всем тем, кто мог его слушать, чтобы они уберегли душу Северуса Снейпа, где бы он ни был.