Фандом: Гарри Поттер. В тот мрачный год, когда магической Британией правил Волдеморт, Поппи Помфри дарит директору Снейпу рождественский подарок.
Добавить в моё избранное
281 мин, 11 сек 15740
Он налил себе бокал вина.
— Пожалуйста, объясни, какое это имеет отношение к нашей текущей ситуации и найденному тобой незаконному зелью?
Она заняла свое место.
— Я могу лишь предположить, что замок хотел, чтобы оно попало к тебе. Такое уже случалось. Замок присматривает за директором.
— Как Минерва часто любит бурчать себе под нос, я не настоящий директор, а лишь выскочка.
Мадам Помфри улыбнулась.
— Нет. Если бы ты не был достоин этого места, то кабинет директора не открылся бы тебе, как было с этой ужасной Амбридж, — она протянула ему свой бокал, чтобы он его наполнил. — Цель замка присматривать за учениками, учителями и самим собой. — мадам Помфри окинула его оценивающий взглядом и лишь затем продолжила: — Сомневаюсь, что еще кто-то в этой школе осознает, что это значит, даже Минерва. — Она немного помолчала, словно проверяя, поспевал ли он за ее мыслью. Когда он ничего не ответил, она раздраженно фыркнула: — Это значит, что директора нельзя убить на территории замка.
— Кажется, я опроверг этот миф, — его голос прозвучал резко под властью вины.
Она кивнула, опуская взгляд.
— Дамблдор был так болен, — в ее голосе послышалась боль. — Я знала его куда дольше, чем ты, Северус. Я видела, как им постепенно овладевает слабость. Я знала, что он никогда не желал погибнуть медленной смертью. Школа бы ни за что не позволила ему пасть от руки предателя.
Замерев на месте, Северус спросил:
— Кто-нибудь еще из персонала школы сумел сопоставить эти факты?
— Нет, — печально улыбнулась мадам Помфри, поднимая взгляд. — Я сочла, что будет гораздо безопаснее, если я оставлю эти новости при себе.
— А что насчет тебя?
— Я слизеринка, Северус. Быть той, кого другие недооценивают, это мое прикрытие, — она вновь наполнила свой бокал. — И, думаю, никто не будет лишний раз задавать вопросов, если директор полюбит измываться надо мной из-за того, что я возражаю против того, как он обращается с одной конкретной рыжеволосой ученицей. Ты всегда можешь прийти сюда, пусть даже лишь ради чашечки чая или дружеского плеча. — На ее лице отразилось смирение: — Но, если ты чувствуешь необходимость в этом, ты можешь стереть воспоминание об этом вечере из моего разума.
Так ему и стоило поступить. Ситуация была слишком опасной, он не мог позволить себе иметь друзей. И то же можно было сказать о снах, приснившихся ему прошлой ночью. Он не мог позволить себе цепляться за надежду, которую они ему дали.
Но Алиса… Она подтвердила, что хотя бы часть из этого была правдой. Ведь так?
И все же хотя бы на мгновение он мог оставить свой страх в стороне и насладиться этим рождественским ужином. Он поднял бокал:
— Счастливого Рождества, Поппи.
Рождество настоящего
Сидя в своем кабинете в канун Рождества с бокалом огневиски, Гарри размышлял о событиях последней недели. Тиму стало гораздо лучше, хотя он воспринял близко к сердцу тот факт, что Темный человек исчез, даже не попрощавшись.
Дети вместе с Джинни отправились в предпраздничный поход по магазинам. Гарри же, не особо любивший толпы и всеобщее веселье, остался дома.
Неожиданный стук в окно заставил его подскочить на месте. Это была всего лишь почтовая сова. Наверное, принесла запоздавшие поздравления с наступающим Рождеством.
В клюве у совы было три конверта. Один был адресован ему, второй — Джинни, а третий — Тиму. На вид пергамент был старым.
Он открыл письмо, адресованное ему. В нем мелким почерком профессора Снейпа было написано:
«Поттер,»
Если ты читаешь это, то все мои надежды оправдались. Я передал эти бумаги под опеку гоблинам. Я указал, чтобы эти письма доставили тебе в канун этого Рождества, но только при условии, что они смогут также доставить письмо Тимоти Ризу Доусону Поттеру.
Хотя я завещал большую часть своих вещей Хогвартсу, я владею несколькими предметами, которые желаю передать тебе и твоему сыну Тиму. Ключ от моего счета в Гринготтсе и завещание будут переданы тебе после наступления нового года. Пожалуйста, прими мою благодарность.
Искренне твой,
Северус Снейп
Гарри уставился на пергамент, не зная что чувствовать, имея на руках вещественное доказательство того, что Снейп действительно был в теле Тима.
Несколько часов спустя Гарри по-прежнему сидел в своем кабинете, устремив взгляд в окно, хотя теперь он пил просто чай.
— Тим? — крикнул он вниз по лестнице. — Тебе принесли письмо.
Мальчик, громко топая, взбежал вверх, его щеки раскраснелись после прогулки по улице.
— Правда?
— Ага. Оно от… — Гарри не знал, как все объяснить. — Просто зайди и открой его.
Тим красноречиво приподнял одну бровь в немом вопросе. Гарри был уверен, что ребенок наверняка тренировал это выражение перед зеркалом или же мускулы его лица привыкли к тому, как их использовал Снейп.
— Пожалуйста, объясни, какое это имеет отношение к нашей текущей ситуации и найденному тобой незаконному зелью?
Она заняла свое место.
— Я могу лишь предположить, что замок хотел, чтобы оно попало к тебе. Такое уже случалось. Замок присматривает за директором.
— Как Минерва часто любит бурчать себе под нос, я не настоящий директор, а лишь выскочка.
Мадам Помфри улыбнулась.
— Нет. Если бы ты не был достоин этого места, то кабинет директора не открылся бы тебе, как было с этой ужасной Амбридж, — она протянула ему свой бокал, чтобы он его наполнил. — Цель замка присматривать за учениками, учителями и самим собой. — мадам Помфри окинула его оценивающий взглядом и лишь затем продолжила: — Сомневаюсь, что еще кто-то в этой школе осознает, что это значит, даже Минерва. — Она немного помолчала, словно проверяя, поспевал ли он за ее мыслью. Когда он ничего не ответил, она раздраженно фыркнула: — Это значит, что директора нельзя убить на территории замка.
— Кажется, я опроверг этот миф, — его голос прозвучал резко под властью вины.
Она кивнула, опуская взгляд.
— Дамблдор был так болен, — в ее голосе послышалась боль. — Я знала его куда дольше, чем ты, Северус. Я видела, как им постепенно овладевает слабость. Я знала, что он никогда не желал погибнуть медленной смертью. Школа бы ни за что не позволила ему пасть от руки предателя.
Замерев на месте, Северус спросил:
— Кто-нибудь еще из персонала школы сумел сопоставить эти факты?
— Нет, — печально улыбнулась мадам Помфри, поднимая взгляд. — Я сочла, что будет гораздо безопаснее, если я оставлю эти новости при себе.
— А что насчет тебя?
— Я слизеринка, Северус. Быть той, кого другие недооценивают, это мое прикрытие, — она вновь наполнила свой бокал. — И, думаю, никто не будет лишний раз задавать вопросов, если директор полюбит измываться надо мной из-за того, что я возражаю против того, как он обращается с одной конкретной рыжеволосой ученицей. Ты всегда можешь прийти сюда, пусть даже лишь ради чашечки чая или дружеского плеча. — На ее лице отразилось смирение: — Но, если ты чувствуешь необходимость в этом, ты можешь стереть воспоминание об этом вечере из моего разума.
Так ему и стоило поступить. Ситуация была слишком опасной, он не мог позволить себе иметь друзей. И то же можно было сказать о снах, приснившихся ему прошлой ночью. Он не мог позволить себе цепляться за надежду, которую они ему дали.
Но Алиса… Она подтвердила, что хотя бы часть из этого была правдой. Ведь так?
И все же хотя бы на мгновение он мог оставить свой страх в стороне и насладиться этим рождественским ужином. Он поднял бокал:
— Счастливого Рождества, Поппи.
Рождество настоящего
Сидя в своем кабинете в канун Рождества с бокалом огневиски, Гарри размышлял о событиях последней недели. Тиму стало гораздо лучше, хотя он воспринял близко к сердцу тот факт, что Темный человек исчез, даже не попрощавшись.
Дети вместе с Джинни отправились в предпраздничный поход по магазинам. Гарри же, не особо любивший толпы и всеобщее веселье, остался дома.
Неожиданный стук в окно заставил его подскочить на месте. Это была всего лишь почтовая сова. Наверное, принесла запоздавшие поздравления с наступающим Рождеством.
В клюве у совы было три конверта. Один был адресован ему, второй — Джинни, а третий — Тиму. На вид пергамент был старым.
Он открыл письмо, адресованное ему. В нем мелким почерком профессора Снейпа было написано:
«Поттер,»
Если ты читаешь это, то все мои надежды оправдались. Я передал эти бумаги под опеку гоблинам. Я указал, чтобы эти письма доставили тебе в канун этого Рождества, но только при условии, что они смогут также доставить письмо Тимоти Ризу Доусону Поттеру.
Хотя я завещал большую часть своих вещей Хогвартсу, я владею несколькими предметами, которые желаю передать тебе и твоему сыну Тиму. Ключ от моего счета в Гринготтсе и завещание будут переданы тебе после наступления нового года. Пожалуйста, прими мою благодарность.
Искренне твой,
Северус Снейп
Гарри уставился на пергамент, не зная что чувствовать, имея на руках вещественное доказательство того, что Снейп действительно был в теле Тима.
Несколько часов спустя Гарри по-прежнему сидел в своем кабинете, устремив взгляд в окно, хотя теперь он пил просто чай.
— Тим? — крикнул он вниз по лестнице. — Тебе принесли письмо.
Мальчик, громко топая, взбежал вверх, его щеки раскраснелись после прогулки по улице.
— Правда?
— Ага. Оно от… — Гарри не знал, как все объяснить. — Просто зайди и открой его.
Тим красноречиво приподнял одну бровь в немом вопросе. Гарри был уверен, что ребенок наверняка тренировал это выражение перед зеркалом или же мускулы его лица привыкли к тому, как их использовал Снейп.
Страница 77 из 79
