Severus' Dreams

— воскликнула она, принюхавшись.

— Это вы там? — раздался женский голос. Северус услышал, как кто-то бежит вниз по лестнице. Он обернулся, увидев, как в комнату влетела женщина. Он с испугом понял, что это Джинни Уизли, которую он лишь на прошлой неделе защитил от Амикуса. Она, как и все, кого он узнал, была на двадцать лет старше. Она превратилась в прекрасную женщину, чье лицо засветилось при виде них.

Лили бросилась к ней:

— Мама!

Камин снова активировался, и из него вышел старший ребенок, Ал. Он отряхнулся и повернулся, чтобы обнять мать, когда та закончила приветствовать Лили.

Рука Поттера все еще покоилась на плече Северуса, когда Уизли повернулась, чтобы поцеловать Поттера, а затем наклонилась обнять его. Северус дернулся и отшатнулся назад, не сумев совладать с собой. Уизли с недоумением оглянулась на Поттера, а затем снова посмотрела на него, но на объятьях все же настаивать не стала.

— Тим? — неуверенно обратилась она к нему.

— Он довольно сильно ударился головой, — тихо пояснил Поттер. — Ему трудно вспоминать некоторые вещи. Он узнал Лили и назвал меня «мистером Поттером», но Ала он, похоже, не узнает.

Уизли… нет, теперь она была миссис Поттер, понял Северус, обеспокоенно нахмурилась.

— Пошлю сову Эрни. Я боялась, когда Поппи написала нам… — она замолчала и послала Северусу обеспокоенную улыбку. — Ничего страшного, Тим. Бладжеры не раз хорошенько ударяли меня, так что я потом даже имя свое вспомнить не могла несколько дней. Все утрясется.

Если ребенок, в теле которого он теперь обитал (или завладел им? Хотя мысль это была мало приятной), обычно звал Поттера «папой», то она, должно быть, была его мамой. По какой-то причине Северусу захотелось утешить ее точно так же, как до этого было с Лили.

— Уверен, со мной все будет хорошо, мама, — сказал он ей, надеясь, что эти слова не слишком отличались от того, как обычно разговаривал этот ребенок.

Хотя, напомнил он себе, это едва ли имело значение, ведь все это было сном.

Она широко улыбнулась и потянулась, чтобы взять его за руку, вместо того, чтобы вновь вторгаться в его личное пространство. Лишь только тогда он заметил, что все еще держит палочку в руке. Никто ему и слова не сказал, но Северус почувствовал внезапную неловкость. Он засунул палочку во внутренний карман мантии.

— Как насчет того, чтобы что-нибудь перекусить? — спросила женщина. — Кричер как раз достает булочки из духовки, а я заварю чай.

Северус осторожно кивнул. Рука Поттера направила его к скамейке у стола. Там стоял пожилой эльф, прислуживавший Блэкам. Северус гадал, что же он тут делает. Ему даже в голову бы никогда не пришло, что Поттер оставит это существо после того, какую оно сыграло роль в смерти Блэка.

Северус знал и других домашних эльфов. Возможно, Кричер был здесь из-за того, что воображению Северуса не удалось представить, что в этом доме будет прислуживать кто-то иной. Хотя в этом сне, видении или чем там все это было домашние эльфы могли и вовсе оставаться невидимыми, как они делали в Хогвартсе.

Возможно, скоро тут появится и Блэк, ищущий возмездия.

Кричер поставил перед Северусом тарелку с двумя булочками и баночку с малиновым вареньем.

— Спасибо, — пробормотал Северус.

Домашний эльф дернулся, посмотрев на него.

— Мастер Тим сегодня сам не свой, — сказал он.

Поттер, сидевший рядом, кивнул.

— Да, ты прав, Кричер. С ним случился несчастный случай, и он ударился головой.

Кричер подозрительно прищурился, но комментировать не стал. Возможно, никто в этом доме раньше не благодарил этого домашнего эльфа.

Северус отвесил себе мысленный пинок.

Это. Все. Сон.

Здесь не было прошлого или будущего. Люди вокруг него были ненастоящими. Ему нужно помнить об этом. Возможно, если он позабудет это, ему никогда не удастся выбраться. Они были лишь пыткой, уготовленной ему Поппи, чтобы показать ему, кем он никогда не будет и чем никогда не будет обладать. Как он мог быть так глуп?

Комната опасно накренилась. Он зажмурился из-за внезапно ставшего слишком ярким света.

— Тим? — Северус распахнул глаза. Теперь напротив него сидела Джинни Поттер.

— Что? — резко спросил он, искривив рот в усмешке. Внезапно он обрадовался тому, что еще ничего не успел съесть. Иначе бы его стошнило. Он поднял руку к своей раскалывающейся голове.

— Милый, ты дрожишь, — сказала она, потянувшись, чтобы коснуться его лба. — Тебе нужно прилечь, — заявила она.

Он бы огрызнулся, но трудно было быть устрашающим, когда в тебе всего четыре фута роста.

— Пойдем. Ты же слышал, что сказала твоя мама, — подхватил его на руки Поттер.

Северус стиснул зубы. Конечно, не помогало еще и то, что маленькое тело, в котором он застрял, похоже, действительно страдало от последствий удара по голове.