Хамелеон

Живо!

— Что, правда? — Ксавьер выскочил из камеры, опасаясь, что страж закона передумает. — Ну тогда верни мне мои вещи и — adios!

— Заберешь у своего дружка, — выплюнул полицейский. — Пошел вон.

Ксавьер бодрой ланью проскакал к выходу, оглядываясь в поисках Десмонда. Того видно не было, однако какой-то мужчина в строгом костюме подошел к нему, протягивая руку:

— Ты поедешь со мной, Ксавьер, или как там тебя.

Тот покосился на ладонь, но руки не подал.

— Кто вы? Я вас не знаю и не собираюсь садиться в машину к каким-то левым типам.

— Джейкоб меня звать. Хочешь узнать, кто тебя освободил, или как? — железные пальцы сомкнулись на запястье, и Ксавьер инстинктивно дернулся, угодив прямо в объятия подошедшего громилы.

— Какая мне разница, пусти! И ты тоже отвали! — рявкнул он на второго. — Откуда вы вообще взялись, черт…

Джейкоб с напарником подтащили его к припаркованному у управления полиции автомобилю и зашвырнули на заднее сиденье. Джейкоб, опершись о крышу, наклонился к Ксавьеру.

— Я бы не советовал дергаться. Если не едешь с нами — топаешь обратно в тюрьму. Что выберешь?

— А ты как думаешь, — обиженно хмыкнул Ксавьер. — Кто захочет снова лицезреть жирную тушу того хряка.

— Умный мальчик, — Джейкоб обошел машину и сел за руль.

Всю дорогу Ксавьер пытался выяснить, куда его везут, но Джейкоб и его напарник молчали, как рыбы. В конце концов, он бросил это бесполезное занятие и начал следить за дорогой на случай, если придется бежать. Мимо мелькали вывески дорогих магазинов, ресторанов, кажется, попался даже какой-то элитный клуб… Ксавьер с интересом вытягивал шею — в таком богатом районе он еще не бывал. Вот бы прогуляться тут с часик… При улове, который удастся добыть, можно безбедно жить полгода! А то и год, если сильно не раскидываться.

Сладкие мечты прервал пронзительный автомобильный сигнал, и Ксавьер высунулся из-за сиденья. Высокие кованые ворота распахнулись, пропуская машину, и парень раскрыл рот. Они въезжали на частную территорию.

Выйдя из машины, Ксавьер застыл, пытаясь охватить взглядом сразу все. Безуспешно, поместье, а иначе назвать это было нельзя, поражало своими размерами. Огромный сад был весь в цвету, мощеные булыжником дорожки разбегались в разные стороны, насколько хватало глаз. Где-то слышался плеск воды, похоже, за кустарником пробегал ручей. А может, там располагался и пруд.

— Топай, — Джейкоб не слишком вежливо подтолкнул в спину, и Ксавьер подчинился.

У входа его обыскал охранник, несмотря на заверения Ксавьера, что у него все отобрали еще в тюрьме. Джейкоб подтвердил его слова, помахав бумажным пакетом, где должен был находиться лишь нож — неизменный атрибут любого, кто рисковал выйти на улицы Грязного района.

Изнутри дом поражал еще больше, чем снаружи. Ксавьеру даже показалось, что он попал во дворец какой-то знатной особы, если бы такие водились в городе. Вокруг было полно антикварных вещичек, по виду — очень дорогих, стены украшали картины весьма странного, но привлекательного содержания. Ксавьера провели по длинному коридору, заставили подняться на второй этаж — и вот он уже стоит перед изящными резными дверями. Они были чуть приоткрыты, и оттуда доносился чей-то красивый переливчатый голос.

Пол устилал мягкий голубой ковер, и Ксавьера заставили разуться, прежде чем впустили внутрь.

Кабинет поразил Ксавьера куда больше, чем роскошь остального дома. Прежде всего — из-за его хозяйки.

За столом сидела женщина. Рыжие волосы вспыхивали огнем в лучах полуденного солнца, голубое платье без рукавов обтягивало большую грудь и стройную талию. Изумрудные глаза слегка сощурились, когда она поднесла к губам бокал с вином и с видимым наслаждением сделала глоток.

— Ксавьер Перейра, — пропела она. — Наконец-то выпала возможность встретиться с тобой лично.

— Ты еще кто такая? — презрительно спросил Ксавьер, но тут до него дошло. Глаза расширились, он отступил, но наткнулся спиной на Джейкоба. Тот ткнул его кулаком в спину.

— Стой на месте.

— Вижу, ты меня не забыл, — обворожительно улыбнулась Жаклин. — И я тебя тоже. Иначе не стоял бы ты сейчас на этом месте, а гнил бы в тюрьме, — она демонстративно покрутила рукой. Запястье охватывал массивный золотой браслет, изумруды, искусно вделанные в оправу, перемежались с бриллиантами, вспыхивая на солнце. — Тебе знакома эта вещь?

Ну конечно, черт побери, она мне знакома, зло подумал Ксавьер. Сам же загонял ее три месяца назад в ломбард. Выручил хорошие бабки, просто отличные, да еще и гордился тем, что его никто не засек. Серьезный просчет. Вслух же он сказал:

— Никогда раньше не видел. Дорогая вещь?

— Даже не представляешь, насколько. Хотя куда тебе с твоим доходом в несколько сотен в неделю, — она отпила еще вина. — Я приказала выкупить его из ломбарда.