Всё тайное становится явным

— Так, а уходил ли Малфой домой? — прошептал Поттер. Он совершенно не помнил, чем закончилась попойка. Внезапно со стороны дивана послышался чей-то неразборчивый сдавленный шёпот. Гарри, отчаявшийся встать на ноги, пополз на голос. Открывшаяся картина заставила его протереть глаза и несколько раз ущипнуть себя за руку. Вскрикнув от боли, он понял, что ему не мерещится.

На диване полулежал-полусползал пускающий слюни и растрёпанный Драко, крепко обнимающий при этом бледного, видимо, напуганного до смерти Кикимера. Глаза ночного гостя были закрыты, а всклокоченная белобрысая голова покоилась на тощем плече домовика.

— Гермиона, одуванчик мой… Я всегда знал, что мы будем вместе… Моя ты заноза в заднице… Я так тебя люблю… — страстно шептал он прямо в лопушистое и мохнатое эльфийское ухо.

— О, какие у тебя пышные локоны! Они мне снятся каждую ночь, — бормотал младший Малфой, зарываясь носом в седые жёсткие волосы.

— Спасите! Хозяин Гарри! — тоненько и обречённо пискнул стиснутый в страстных объятиях Кикимер.

Несмотря на то, что картина была просто уморительной, Поттер не рассмеялся, а, наморщив лоб, попытался вспомнить, не выболтал ли он сам в процессе пьянки свои тайные эротические фантазии, преследовавшие его с пятнадцати лет, неизменно вызывая жаркую волну стыда и похоти. То, что Драко, как оказалось, влюблён в Гермиону Грейнджер со времён второго курса, тот, определённо, поведал ему прошлой ночью. Эта новость не слишком поразила Гарри, который ещё от жены знал, что Грейнджер на шестом курсе под строжайшим секретом делилась с Джинни своими романтическими переживаниями относительно главного хорька всея Слизерина. Эту информацию он благополучно и слил Драко, радуясь, что чувства лучшей подруги оказались взаимными.

Поттер отчаянно пытался вернуться мысленно к застольным разговорам и понять, что же ещё мог озвучить, кроме жалоб на жену и весь мир, но так ничего и не вспомнил. Проклиная свою болтливость, он потянулся за волшебной палочкой, но её нигде не было видно. Растерянным взглядом он обшаривал комнату, стараясь определить, куда делась дракклова деревяшка, и наткнулся на умоляющие глаза Кикимера, намертво зажатого в тисках спящего гостя. Решив, что пора прекращать мучения несчастного домовика, который был готов расплакаться, Гарри потянулся вперёд и дёрнул Малфоя за ногу. Полусонный Драко разжал руки и, потеряв точку опоры, безвольным кулём повалился на пол, чудом не попав на хозяина дома.

Громко застонав, он приоткрыл глаза и попытался разглядеть, кто находится рядом с ним.

— П-поттер? Значит, это был не сон? Мордред, как же трещит голова… — пробормотал он, уткнувшись лбом в диван.

— Определённо, не сон, — хмыкнул Гарри, размышляя, стоит ли говорить Малфою, что тот практически покушался на честь домового эльфа.

— Классно погуляли! Теперь-то ты будешь дружить со мной? — вдруг захихикал тот, но тут же опять сжал пальцами виски.

— Всё не можешь забыть, как я отшил тебя на первом курсе? — ошалело спросил Поттер, поражаясь слизеринской злопамятности.

— Ага, ты просто разбил мою мечту о дружбе с легендой магического мира, — язвительно улыбнулся Драко, с трудом садясь прямо. — Я долго не мог понять, почему ты выбрал не меня. Ведь я лучше Уизли!

— Безусловно, — обнадёжил его Гарри. — Собутыльник ты гораздо более лучший, как и жилетка, чтобы поплакаться. Кстати, Гермиона уже свободна, так что можешь попытать счастья.

Малфой моментально стал белее снега и с ужасом посмотрел на него.

— Да, ты всё мне разболтал, — трагическим шёпотом продолжил Поттер. — Ты, чистокровный в сбился-со-счёту-в-каком поколении, втрескался в грязнокровку ещё в двенадцать лет. Но я никому не скажу, пока ты сам ей не признаешься. Гермиона моя лучшая подруга, и раз с тобой она видит своё счастье, кто я такой, чтобы этому препятствовать? Обещаю подарить вам на свадьбу тот отвратительного цвета сервиз из запасов Вальбурги Блэк, которым ты так умилялся вчера.

— Правда? — с безумным видом уставившись на него, прохрипел Драко.

— Клянусь! Я ненавижу этот дракклов набор посуды с выгравированным девизом семьи Блэк «Чистота крови навек».

Драко вздрогнул, потряс головой, почесал в затылке и вновь взглянул непонимающе:

— А как же Уизел?

— Спросишь у неё сам при встрече. Отправляйся прямо сейчас! — с чувством проговорил Гарри и указал на камин. — Адрес я тебе скажу. Нет, лучше запишу, чтобы не перепутал!

— Что, прямо так? — хлопая глазами, недоумённо спросил собеседник, оглядывая свою помятую одежду и босые ноги. Он поднял руку, наклонил голову, резко втянул воздух и поморщился. После бурной ночи от сиятельного потомка Малфоев несло далеко не дорогим парфюмом, а чем-то непередаваемо противным, напоминающим запах горного тролля.

— Поттер, ты уверен? Она меня не выносит…