Один

Пешее путешествие через тонны грязи нельзя было назвать увлекательной прогулкой. Хоть я и провел холодные месяцы среди Алтайских гор, воображение ясно рисовало картину очень снежной зимы, охватившей город. Сугробы принимали брошенные здания в свои холодные объятия, накрывая пустынные улицы до верхушек фонарных столбов. Теперь же весеннее солнце безжалостно выжигало остатки снега и льда, чтобы вода продолжила разрушать следы человеческой цивилизации. Интересно, сколько еще пройдет времени, прежде чем на Земле вообще не останется напоминаний о некогда царствующих на ней существ?

Я шел по руинам родного города, но ясное осознание того, что я вижу эти улицы впервые, не покидало ни на секунду.

Эта серая и холодная сестра родной Земли не была моим домом никогда. Несколько месяцев после возвращения из космоса я занимался одним — поиском живых людей. В целом, Россия географически совпадала с привычной для меня страной, судя по найденной мною дорожной картой. Но вот обнаруженные технологии отставали от моей Земли примерно на сотню лет. Наверное, люди в этой реальности были более заняты уничтожением себе подобных, нежели развитием цивилизации.

Бросив попытки выйти на связь с миром, я отправился в путь, без какой-либо конечной цели маршрута. Новосибирск, к сожалению, оказался не единственным городом-призраком — за все свое путешествие я не встретил ни единого живого человека. Долгую дорогу до Алтая преодолел на велосипеде — единственном виде транспорта, которое не испортило время на столько, чтобы нельзя было привести его в рабочее состояние. Конечно, можно было попробовать оживить какой-нибудь автомобиль, но ввиду местного технологического развития я понятия не имел, как именно это сделать. Топливо, возможно, и сохранилось где-то в специальных цистернах, но вот аккумуляторы еще не были способны хранить электроэнергию достаточно долго.

Маленький домик на берегу Телецкого озера дал мне пристанище во время зимы. Конечно, можно было навсегда остаться жить там, питаясь дарами природы, заняться выращиванием овощей и фруктов, но я не мог так быстро сдаться. Хорошенько обмозговав варианты, я решил продолжить поиски людей, даже если для этого мне придется обойти весь мир.

Человечество встретило свою погибель на этом мрачном близнеце моего дома около пяти лет назад, о чем свидетельствовали находимые мною обрывки старых документов, газет, маркировок продуктов. Что послужило причиной гибели людей? Последние новости, что ушли в печать, были не утешительны. Нет, не было начато мировых войн, никто не ждал метеорита, несущегося в сторону планеты. Писали о внезапной мировой эпидемии нового штамма вируса. От первых статей, рассказывающих про болезнь, до последних напечатанных тиражей газет едва прошел месяц. Что творилось с планетой дальше, я не знал. Но судя по останкам людей, которые я время от времени находил внутри брошенных домов, ответ напрашивался сам собой.

Волею случая я оказался в своем личном Алькатрасе, но вот сбежать с этого острова безнадеги мне было не суждено. Как мой корабль попал в эту реальность? Ответа на этот вопрос у меня не было. Вот пара умников-астрофизиков из моей команды могли бы построить нужную теорию. Конечно, если бы не нарушение в системе анабиозных камер, из-за которых они не смогли прийти в себя и погибли внутри капсул. Интересно, они все еще видели те живые сны, когда вышли из стазиса, или же чувствовали, как их тела погибают от голода, не в силах сопротивляться неминуемой гибели?

Ученые неделями вычисляли идеальный маршрут, по которому был проложен путь автопилота, пока весь экипаж был погружен в анабиоз. Всегда оставалась вероятность, что мы нарвемся на куски расколотых метеоритов, но компьютер с легкостью решал такие задачи даже без помощи человека. Лишь в случае каких-либо непредвиденных ситуаций система разбудила бы капитана и пилотов.

Но они погибли в своих капсулах.

Наш путь по млечному пути лежал вблизи черной дыры — явления до сих пор неизученного и страшного. «Вблизи» не совсем подходящее слово, мы бы не приблизились к горизонту событий на тысячи световых лет, но… Может, ошибка при расчетах или же саботаж, которого не должно было случиться под надзором военных. Так кто мог ошибиться, ученые или мы? Мог ли корабль под воздействием этого зловещего явления переместиться в другую реальность?

Если отыскать место крушения корабля, то ответ мне даст черный ящик. Но найти его сложнее, чем иголку в стоге сена, на это уйдет уйма времени… Времени? Хотя почему бы и нет, у меня не осталось ничего, кроме времени. Но за эту задачу я возьмусь не раньше, чем докажу самому себе, что я не единственный живой человек на планете.

Место, где мог бы находиться мой дом, я отыскал ранним утром. Заржавевшая табличка с номером сто тридцать девять криво висела на кирпичной стене двухэтажного домика. Строили его на совесть, выглядел он вполне сносно, учитывая время, которое он провел среди бетонного склепа.