Искупление

Goner

28 сентября 2013

Кейт Марш. Что за дичь?

Нейтан пнул свой ноутбук, потому что его логотип сверкал слишком ярко и бесил его. Темнота в комнате была приятной — удивительно. Так ему было проще. В темноте он сдувался, будто всю злость выкачивали. Было проще дышать, слушать, говорить. В темноте классно курить травку, потому что перед глазами, словно на чёрном холсте, начинали вырисовываться сны наяву.

Нейтан Прескотт — гроза Блэквелла, элита, король школы, король Аркадии-Бэй, этого ублюдского городка. Если б он сломал свой ноутбук, то отец купил бы ему новый, десять новых, всю грёбаную компанию, если бы он, Нейтан, того захотел. Хотя вряд ли. В последнее время отец стал жёстче. Он даже директора и этого недоумка Мэдсена попросил смотреть за ним. Директор Уэллс был тем ещё придурком и даже не пытался быть ненавязчивым, а в первый же день по прибытии после каникул заявил: «Я за тобой буду следить. Не делай глупостей». Какие, мать вашу, глупости, ага? Глупостью было уехать из Флориды, глупостью было то, что его бросил единственный близкий человек, на которого он мог рассчитывать. И что Кристин нашла в Бразилии? Но все же Нейтан был рад иногда получать от сестры письма на электронку…

Телефон мигнул вспышкой — сто процентов сообщение от Виктории.

«Эй, ты как? Готов?»

Более чем. Он неторопливо затянул капюшон толстовки, вытягивая, как щупальца, шнурки у ворота. Затянул до той поры, пока не остался виден только его собственный нос. Он любил это делать с детства. Так приятно было спрятаться ото всех. А стоило надышать, как становилось ещё и тепло.

Телефон вновь мигнул.

«Почему ты опять не отвечаешь?»

О Виктории и о предстоящей вечеринке думать даже не хотелось. Если бы Нейтан мог, то больше не пошёл никуда, просто сидел бы в комнате и смотрел на проекторе документалку про Чёрную Далию, спрятавшись в свой мрачный кокон.

Кейт Марш! Гребаная Марш!

Нейтан резко вскочил и размял шею, рывком сдергивая с себя уютную толстовку. Больше некогда было сидеть, некогда закручивать шнурки у ворота. Пора было действовать, потому что сегодня эта овца Марш должна быть готова к «фотосессии». Чтобы её унесло как следует, хватит и пары глотков заранее подготовленного вина или пива. Или вообще чего угодно — лишь бы она выпила это.

«Нейтан, блять! Ответь мне или зайди!»

Викторию нельзя игнорировать. Каким бы хорошим другом она ни была, Нейтан всё равно бесился от её напряга. Он решительным шагом направился в женское крыло.

В общаге у парней всегда несло пивом, травкой, потом и грязной одеждой или протухшими куриными ножками. В женской же отовсюду тащились запахи духов и дебильных ароматических свечей — стопудово их жгла «Феминаци» Колфилд. Нейтан быстро прошагал до конца коридора, где была комната Виктории. Однако он застыл на секунду возле комнаты Кейт Марш. Угораздило же их быть соседками. Он усмехнулся про себя и чуть прислонился ухом к дверям. Марш что-то мычала себе под нос и, кажется, металась по комнате.«Черт!» — она что, ругнулась? Словив тупой смешок, Нейтан подумал, что в общежитиях и вправду пора было сменить двери. Он оглянулся ещё раз, убедившись, что никого нет поблизости, и присел, пытаясь заглянуть в замочную щель. Было очень плохо видно, но Кейт действительно шлялась по комнате, наматывая круги. Она застыла на мгновение, а затем возвела руки и тихо прошептала:«Господи, слишком ярко! Она ведь казалась светло-розовой в магазине»… Нейтан второй раз словил смешок, потому что, должно быть, только Марш и Колфилд не умели красить губы. Забавно будет увидеть, чем кончатся эти мучения.

Новая вспышка телефона.

«ПРЕСКОТТ!»

Нейтану ничего не оставалось, как, сжав кулаки и стиснув зубы, направиться в комнату Виктории.

На вечеринке «Циклона» творилось что-то дикое. Они сняли школьный бассейн, а Нейтан самолично проконтролировал, чтобы вблизи не было копов. О да, детка! Это была просто адская смесь бухла, травы и секса. Нейтан был на грани. Джефферсон ждал его с«добычей», и потому ни выпить, ни накуриться вдоволь он не мог. Еще эта самая «добыча» — грёбаная Марш — куда-то подевалась. Одно его радовало — её и вправду унесло. Она еле стояла на ногах, когда он в последний раз её видел.

За углом послышалось громкое улюлюканье и гул. А ещё что-то вроде: «Давай! Давай! Давай!». Нейтан протолкался сквозь толпу, снимавших что-то на видео. У стены, прислонившись спиной и съехав по ней, была Кейт Марш. Она тщетно пыталась попасть губами на горлышко початой бутылки энергетика, но руки её не слушались, а только лишь проливали вонючую кислятину на белоснежную блузку. И намокший хлопок обличал на груди силуэт крестика. Нейтан стоял и наблюдал за этим мерзким зрелищем. Глаза Марш были прикрыты, она медленно моргала и покачивала согнутыми коленями. А когда её голова почти что безжизненно упала на них, толпа уже потеряла интерес к «нажравшейся в говно католичке».