Карта для путешественника

— В таком случае тот, кто тебе действительно нужен, Гарри, это — Люциус. Полагаю, он с радостью возьмет на себя эту миссию. Люциус не из тех, кто долго помнит обиды, зато из тех, кто способен оценить потенциал и вложить все силы в становление выдающегося политика. Тем более если будет знать, что я хотел этого. Я не нужен тебе.

Как ни странно, в словах Снейпа была грусть. И это придало Гарри смелости.

— Нужен, конечно же, — заговорил он. — Черт возьми, как еще я могу убедить вас, что без вас…

На этом месте он предсказуемо споткнулся. Конечно же. Что он без Снейпа, не сможет жить, что ли? Так уже смог. Но… Гори оно все огнем!

Гарри вскочил и сделал тот шаг, который отделял их друг от друга. Потом взял Снейпа за подбородок и посмотрел ему в глаза. Белки Снейпа по-прежнему пугали, и никакой новой красоты в этом бледном, землистом, лице не появилось, но Гарри видел уже что-то совсем другое, что-то такое уже сильно за внешностью, и даже за характером Снейпа, и даже за тем, что зовут душой. Он не знал, правдой или ложью было все то, что он знал о нем, но он видел связь между ними двумя, он видел свою часть связи и, если только он не ошибался…

И он поцеловал Снейпа в сухие, обветренные, но твердые губы, на мгновение разомкнувшиеся под его губами, а потом уже не мог остановиться, принялся целовать все подряд — в лоб, в подбородок, в нос. Потом отстранился и схватил Снейпа за руку, разглядывая, как в первый раз, переплетенные со своими длинные тонкие пальцы. Снейп не сопротивлялся, но и не отвечал. Однако в его лице проступали краски удовольствия, он приоткрыл рот и дышал заметно чаще, чем обычно.

— Теперь ты видишь, — сказал Гарри. — Я не справлюсь без тебя. С этим — не справлюсь.

— Действительно, не справишься, — ласково усмехнулся Снейп.

И тут Гарри почувствовал толчок где-то под ребрами — пора возвращаться. И это было очень неприятное чувство.

Он видел, что лицо Снейпа тоже исказилось. Но потом вспомнил, что теперь… теперь-то ему не придется бегать сюда, теперь все будет по-другому?

— Теперь ты уйдешь? — спросил Гарри.

— Конечно, — улыбнулся Снейп и тихонько дотронулся до его губ сухими, теплыми, живыми кончиками пальцев.

Это было последнее, что Гарри увидел перед тем, как очнуться в своей комнате. На этот раз, по счастью, никакого пожара не было, зато было обеспокоенное лицо Кричера.

— К хозяину Гарри пришли.

Наскоро натянув джинсы и свитер, с бешено стучащим сердцем Гарри помчался в гостиную. Но это оказался не Гиппократ. На диване сидел Билл, а у окна стоял Кингсли.

— Я же говорил тебе, что он наверняка под кайфом, — сказал Билл Кингсли, едва взглянув на Гарри.

— Работа требует, — вызывающе ответил Гарри. — Кроме того, у меня все под контролем! Кричер…

— Сядь, — с досадой прервал его Кингсли и поморщился, словно от головной боли. — Вопрос избавления народного героя от зависимости мы будем решать, когда закончим основные дела. Сейчас нужно обсудить детали операции.

Они проговорили еще около часа. Все это время Кингсли был очень мрачен, и, Гарри казалось, словно порывался сообщить ему что-то, но не решался при Билле, но потом все-таки ушел первым, а Гарри под присмотром Билла отправился в Лютный, как предполагал — чтобы выслушать очередные нотации. Но, видимо, перед операцией Билл не был настроен изображать из себя ментора. Поэтому сразу же лег спать, а Гарри с облегчением отправился к себе, и, по обычаю, долго лежал без сна, только на этот раз его вовсе не мучило ни собственное любопытство, ни чужие загадки. Он представлял себе то одно, то другое, и в том числе как позовет Снейпа на прогулку туда, где нашел его, в реальности, теплой летней ночью, и они расстелют мантии среди камней прямо на тропинке и будут заниматься понятно чем, а потом будут лежать в обнимку и считать звезды.

Весь четверг он провел как на иголках. Билл ушел сам, но запретил выходить ему, и Гарри каждую минуту хотелось нарушить запрет — в конце концов, с чего кто-то взял, что пара часов его отсутствия в Лютном сегодня провалит завтрашнюю операцию? А если завтра что-то пойдет не так и его убьют? Что, если он Снейпа вообще больше никогда не увидит? Но когда желание отправиться в Мунго стало почти непреодолимым, Гарри обнаружил, что Билл предусмотрительно забрал с собой его оборотное и таким образом сомнениям был положен конец.

Потом он чудом заставил себя выкинуть из головы Снейпа и сосредоточиться на операции, поминутно напоминал себе, как бы в этом случае себя повел Снейп. И все прошло гладко, даже чересчур гладко, и когда все было кончено, когда первая группа авроров, одного за другим, выводила из помещения Кэлверта, мастера Джонатана и того, третьего, а вторая снимала сонные чары с несчастных посетителей притона, Гарри мог бы удивляться своей везучести, если бы у него на уме не было только одного.