Розмэри, всегда любившей августовские ярмарки, здесь совсем не нравилось. Во-первых, было душно, даже невзирая на то, что солнце уже несколько часов, как скрылось в растекавшихся раковой опухолью на горизонте свинцовых грозовых тучах. Во-вторых, Кэн Паркер, который две недели добивался почётного права сопровождать школьную королеву красоты на первую в этом году ярмарку, ушёл за сахарной ватой, да так и не удосужился вернуться. Бросить её, Розмэри Кент! Неслыханно! Завтра же об этом станет известно всей школе, и тогда плакала её карьера капитана группы поддержки! Ведь, известно, капитаном может быть только самая красивая и крутая девчонка. А какая же ты крутая, если тебя на ярмарке вдруг бросил капитан футбольной команды?
Добавить в моё избранное
9 мин, 5 сек 10115
Нет никакого аттракциона. Нет никакого коридора. Никаких дверей. Нужно лишь постараться и прийти в себя.
Розмэри зажмурилась и изо всех сил напряглась. Досчитала до десяти. Но они по-прежнему были там: бесконечный коридор и двери. И необходимость идти.
Дверь справа казалась наименее безобидной. Никаких тебе изогнутых косяков. Никаких торчащих гвоздей. Аккуратная белая дверь. Как в родительской спальне.
За дверью было… Нет, это практически невозможно описать, именно потому, что это — невозможно. За дверью оказалась Пустота. Никакого света. Никакого звука. Запаха. Чувства… Дверь словно парила в воздухе этого засасывающего, обыденного, пустого и такого живого, зовущего к себе вакуума. Испугавшись, что шагнёт туда, внутрь, что останется там одна, Рози сделала шаг назад и осторожно закрыла дверь. Чтобы не тревожить пустоту.
Следующая дверь находилась высоко, на уровне её талии. Потянувшись вверх, к ручке, Рози повернула её, боясь того, что ждёт. И в ту же минуту в лицо ударило холодным, мерзко пахнущим и липким. Словно кто-то невидимый снёс на машине пожарный гидрант, выпуская во все стороны струи… воды ли?
Рози прижалась к стене и взглянула на свои руки. Они были покрыты красным. Так же, как и её одежда, волосы, лицо… Розмэри отчаянно завизжала, выплёскивая в крике весь свой ужас. Лишь звонкий удар пощёчины смог остановить этот крик.
— Билет? Слышишь меня? У тебя есть билет? — Рози вскинула руки, готовясь защищаться. Перед ней стоял испуганный чернокожий парень — её ровесник. Стоял и отчаянно тряс её, словно тряпичную куклу, за плечи.
— Говори, если не хочешь утонуть здесь, безмозглая курица! — кровавый фонтан бил в противоположную стену, и Рози с какой-то отрешённой покорностью уставилась вниз, туда, где кровавая река дошла уже до щиколоток, полностью скрыв её белые туфельки.
«Билет!» — надпись вспыхнула перед глазами.
Так и есть, тот старик крикнул ей не потерять билет. Где же он?
Розмэри встряхнула с плеч руки парня и начала судорожно выворачивать карманы своей белой (теперь уже алой от крови) кофточки. Вот он! Заветная бумажка розовым флажком взлетела вверх, зажатая в её тонких пальцах.
— Идём со мной!
Рози замешкалась лишь на миг. Старый стереотип предупреждающим огоньком замигал перед внутренним взором. «Все беды США от негров!» — так говаривал её дядя — мэр. Конечно, так он говорил в загородном гольф клубе, куда не пускали всякий сброд, а не когда читал пламенные речи с трибуны.
— Хочешь, чтобы крикуны тебя забрали? — Рози оглянулась, чтобы взглянуть в том направлении, в котором указывал палец парня. По-направлению к ним, извиваясь в бурлящей воде, плыли чудовища с телом морских змей, крыльями летучей мыши и длинными обезьяньими руками… Казалось, что они бежали по коридору бесконечно. Вода (кровь! кровь!) всё прибывала и прибывала, доходя уже до пояса. Сзади слышалось постоянное хлопанье дверей, крики невиданных чудовищ, мерзкое хлюпанье и чавканье. Рози не смотрела назад. Она была уверена в том, что не хочет видеть того, что там происходило.
Парень резко остановился перед одной из дверей, больно дёрнув её, проскочившую мимо, за руку.
— Сюда! Давай, открывай!
Подождав, пока Розмэри повернёт ручку, парень изо всех сил толкнул потёртую створку, проталкивая их обоих вперёд.
Не устоявшая на ногах девушка полетела на пол. Тут же вновь вскочив, она огляделась, словно затравленный дикий зверёк.
Они были в кафе. Обычное, среднестатистическое. Как «Карамельное счастье» на пересечении 25-й и Лэйквью. Вдоль стен стояли столики с разноцветными стульями. В центре зала была барная стойка с ярким меню. Из старенького музыкального автомата в самом углу доносились приглушённые звуки«Тутти-фрутти».
Парень наклонился к самому уху Рози и прошептал:
— Иди к крайнему столику и садись. Только очень медленно и спокойно. И ни в коем случае не кричи.
Розмэри кивнула в знак согласия. Она уже догадалась, почему от неё требовалось не кричать. В кафе они были не одни.
Скелет в форменной шапочке и фартуке протирал стаканы за стойкой. Ещё один (одна?) скелет в форме официантки медленно шёл с подносом, гружённым всякой снедью, к дальнему столику. За столиком рядом в вечернем красном платье сидела полуразложившаяся женщина. Рози до боли закусила нижнюю губу, когда глаз дамы вывалился из глазницы, с мерзким шлепком угодив прямиком в молочный коктейль.
Мертвецы той или иной степени разложения справа и слева, по центру и за её спиной. Что это за фантасмагоричный, извращённый мир? Или, может быть, так и выглядит Тот свет?
Напротив Розмэри, сжавшейся от страха, на кожаное сиденье опустился её спаситель. Теперь, в свете яркой лампы на столе, Рози смогла разглядеть его. Кожа чёрная, как уголь. Глаза соответствующие. Но лицо не отталкивающе-негритянское, из тех, что ненавидят её родные.
Розмэри зажмурилась и изо всех сил напряглась. Досчитала до десяти. Но они по-прежнему были там: бесконечный коридор и двери. И необходимость идти.
Дверь справа казалась наименее безобидной. Никаких тебе изогнутых косяков. Никаких торчащих гвоздей. Аккуратная белая дверь. Как в родительской спальне.
За дверью было… Нет, это практически невозможно описать, именно потому, что это — невозможно. За дверью оказалась Пустота. Никакого света. Никакого звука. Запаха. Чувства… Дверь словно парила в воздухе этого засасывающего, обыденного, пустого и такого живого, зовущего к себе вакуума. Испугавшись, что шагнёт туда, внутрь, что останется там одна, Рози сделала шаг назад и осторожно закрыла дверь. Чтобы не тревожить пустоту.
Следующая дверь находилась высоко, на уровне её талии. Потянувшись вверх, к ручке, Рози повернула её, боясь того, что ждёт. И в ту же минуту в лицо ударило холодным, мерзко пахнущим и липким. Словно кто-то невидимый снёс на машине пожарный гидрант, выпуская во все стороны струи… воды ли?
Рози прижалась к стене и взглянула на свои руки. Они были покрыты красным. Так же, как и её одежда, волосы, лицо… Розмэри отчаянно завизжала, выплёскивая в крике весь свой ужас. Лишь звонкий удар пощёчины смог остановить этот крик.
— Билет? Слышишь меня? У тебя есть билет? — Рози вскинула руки, готовясь защищаться. Перед ней стоял испуганный чернокожий парень — её ровесник. Стоял и отчаянно тряс её, словно тряпичную куклу, за плечи.
— Говори, если не хочешь утонуть здесь, безмозглая курица! — кровавый фонтан бил в противоположную стену, и Рози с какой-то отрешённой покорностью уставилась вниз, туда, где кровавая река дошла уже до щиколоток, полностью скрыв её белые туфельки.
«Билет!» — надпись вспыхнула перед глазами.
Так и есть, тот старик крикнул ей не потерять билет. Где же он?
Розмэри встряхнула с плеч руки парня и начала судорожно выворачивать карманы своей белой (теперь уже алой от крови) кофточки. Вот он! Заветная бумажка розовым флажком взлетела вверх, зажатая в её тонких пальцах.
— Идём со мной!
Рози замешкалась лишь на миг. Старый стереотип предупреждающим огоньком замигал перед внутренним взором. «Все беды США от негров!» — так говаривал её дядя — мэр. Конечно, так он говорил в загородном гольф клубе, куда не пускали всякий сброд, а не когда читал пламенные речи с трибуны.
— Хочешь, чтобы крикуны тебя забрали? — Рози оглянулась, чтобы взглянуть в том направлении, в котором указывал палец парня. По-направлению к ним, извиваясь в бурлящей воде, плыли чудовища с телом морских змей, крыльями летучей мыши и длинными обезьяньими руками… Казалось, что они бежали по коридору бесконечно. Вода (кровь! кровь!) всё прибывала и прибывала, доходя уже до пояса. Сзади слышалось постоянное хлопанье дверей, крики невиданных чудовищ, мерзкое хлюпанье и чавканье. Рози не смотрела назад. Она была уверена в том, что не хочет видеть того, что там происходило.
Парень резко остановился перед одной из дверей, больно дёрнув её, проскочившую мимо, за руку.
— Сюда! Давай, открывай!
Подождав, пока Розмэри повернёт ручку, парень изо всех сил толкнул потёртую створку, проталкивая их обоих вперёд.
Не устоявшая на ногах девушка полетела на пол. Тут же вновь вскочив, она огляделась, словно затравленный дикий зверёк.
Они были в кафе. Обычное, среднестатистическое. Как «Карамельное счастье» на пересечении 25-й и Лэйквью. Вдоль стен стояли столики с разноцветными стульями. В центре зала была барная стойка с ярким меню. Из старенького музыкального автомата в самом углу доносились приглушённые звуки«Тутти-фрутти».
Парень наклонился к самому уху Рози и прошептал:
— Иди к крайнему столику и садись. Только очень медленно и спокойно. И ни в коем случае не кричи.
Розмэри кивнула в знак согласия. Она уже догадалась, почему от неё требовалось не кричать. В кафе они были не одни.
Скелет в форменной шапочке и фартуке протирал стаканы за стойкой. Ещё один (одна?) скелет в форме официантки медленно шёл с подносом, гружённым всякой снедью, к дальнему столику. За столиком рядом в вечернем красном платье сидела полуразложившаяся женщина. Рози до боли закусила нижнюю губу, когда глаз дамы вывалился из глазницы, с мерзким шлепком угодив прямиком в молочный коктейль.
Мертвецы той или иной степени разложения справа и слева, по центру и за её спиной. Что это за фантасмагоричный, извращённый мир? Или, может быть, так и выглядит Тот свет?
Напротив Розмэри, сжавшейся от страха, на кожаное сиденье опустился её спаситель. Теперь, в свете яркой лампы на столе, Рози смогла разглядеть его. Кожа чёрная, как уголь. Глаза соответствующие. Но лицо не отталкивающе-негритянское, из тех, что ненавидят её родные.
Страница 2 из 3
