Жертва

До избиения он мог прикрикнуть на жену, грубил, игнорировал ее просьбы. Всегда потом извинялся и заглаживал вину, но в этих словах была фальшь. Они были фальшивы насквозь.

Уильям услышал тихо рыдание и опешил. Его руки беспокойно прошлись по всем вещам на столе, пока он не открыл ящик и не вытащил оттуда пачку бумажных салфеток.

— Миссис Харвуд? — он осторожно протянул ей упаковку. Женщина отрицательно помотала головой и продолжила плакать. Уильям тактично отвернулся в другую сторону: это был хороший знак.

Когда Натали только встретила Мервина, она, должно быть, была очень счастлива. Была полна мечтаний и надежд, любила своего мужа и чувствовала себя любимой. Откуда ей было знать, что она попала в лапы к настоящему монстру, который подчинит себе ее волю, память и будет медленно убивать.

Рыдания стихли. Натали вытерла глаза, достала из сумочки зеркало, чтобы привести себя в порядок. Слезы смазали тональный крем, и теперь синяки стали видны яснее. Она зависла, глядя на себя в зеркало.

— Простите за эту сцену, — наконец произнесла она.

— Ничего страшного, миссис…

— Натали. Натали Бенцони.

Уильям искренне улыбнулся.

— Приятно познакомиться, мисс Бенцони.

Когда Натали уходила, она выглядело хорошо. Все еще побитая с постыдно скрытыми синяками, но в ее глаза вернулись силы и жизнь. Сегодня Мервин Харвуд поймет, что его заводная кукла вырвалась из своей коробки. Она не спустит дело на тормозах. Ей плевать на собственную репутацию, она вынесет сор за порог и расскажет, что за человек был ее мужем. Будут дрязги и пересуды, будут допросы полиции и исковые заявление. Будет борьба, чтобы вернуть себе свою жизнь и уважение назад.

Довольный Уильям взял себе еще один перерыв. Все же он далеко не самый хороший менеджер: вычеркнул из списка постоянного клиента. Но, он был готов поспорить, даже ратующий за любую прибыль мистер Парсонс тоже отказался бы от полученных такой ценой денег. Репутация компании имела большое значение.

Все же неспроста многие так рьяно хотят прикрыть «Memoria». Среди множества плюсов проскальзывают и весьма значительные минусы. Однако компания — это лишь инструмент. Злые поступки творят люди. Как огнем можно согреть еду или подпалить дом соседа, так и купленные, проданные, вырезанные воспоминания могут принести большую пользу человеку или надломить его судьбу. Не бывает абсолютного зла или добра — оттенки и нюансы имеют огромное значение.

Годовой оборот «Memoria» исчислялся миллионами. Люди со всего света приезжали сюда за новым развлечением, за исполнением желаний, за деньгами. Имена клиентов копились в базе данных, как воспоминания копились в«CELLA». У них не было кодовых номеров и классификаций по категориям, но ни одно посещение не оставалось незафиксированным.

Менеджеры могли запомнить постоянных клиентов, но далеко не всех. Уильям мог второй раз сидеть перед человеком, но не помнить. Нужно было что-то исключительное, чтобы выделить клиента из череды других.

Молодая клиентка перед Уильямом выглядела довольной жизнью, было не сразу ясно, с каким ужасным воспоминанием она хочет расстаться. Уильям представился сам и попросил назвать свое имя.

— Миссис Харвуд.

— Подождите… — Уильям поднял голову от планшета. Вполне распространенная фамилия. — Харвуд?

— Да, верно, — женщина улыбнулась. — Все еще не могу привыкнуть, совсем недавно вышла замуж. — Она подняла руку и показала кольцо с огромным камнем. — Я не хотела брать фамилию мужа, все же, он вдовец, и уже была другая миссис… но он настоял. Я не могла ему отказать!

Она вновь улыбнулась. В этот раз Уильям рассмотрел фальшивые нотки в ее улыбке и наигранное веселье в голосе. И еще кое-что.

Огромные очки, за которыми новая миссис Харвуд пыталась скрыть синяки.