Moon

1. Окклюзия

У парня было необычное лицо: не безобразное, но и не красивое. Она незаметно изучала его, поглядывая на противоположную сторону парковой аллеи.

Она полагала, что парень был с ней одного возраста — лет двадцати пяти-двадцати восьми. У него были правильные, но немного странные черты лица, которые напоминали полицейские фотороботы: вроде все части лица на месте, а вместе никак не сочетаются. А еще у него были не поддающиеся описанию каштановые волосы и карие глаза, и вообще он был поразительно непримечателен.

Джейни Скотт продолжала разглядывать поверх газеты лицо, мучительно пытаясь припомнить имя его обладателя. Парень отличался худощавым, нескладным телосложением и высоким ростом — на пару дюймов за шесть футов. В конце рабочего дня в Садах Принцесс-стрит было многолюдно: все направлялись к вокзалу Уэверли. Он никуда не спешил. Бросал беспокойные взгляды поверх голов, явно кого-то высматривая.

Он, как и Джейни, сидел на скамейке в парке — но, в отличие от Джейни, не мог оставаться на одном месте. Каждые несколько секунд он подскакивал и озирался — сначала в одну сторону, потом в другую. То он смотрел вдоль дорожки по направлению к фонтану, то поворачивался к памятнику Вальтеру Скотту, то вытягивал шею и напряженно вглядывался в прохожих на Принцесс-стрит. Эти суетливые движения и привлекли внимание Джейни.

Было нетрудно догадаться, что он ждёт подружку. Джейни по-прежнему изучала его лицо, мучительно пытаясь вспомнить имя. Впрочем, кажущееся сходство с кем-то вполне могло быть вызвано заурядностью этого лица. Видела ли она его раньше? И что же в нём особенного?

Джейни свернула газету, допила остатки кофе из бумажного стаканчика и ещё раз глянула на парня, который привлёк её взгляд. Бейсбольные ботинки на его нелепо больших ногах были весьма потёртыми; он был одет в линялые синие джинсы и толстый вязаный свитер зелёного цвета. Джейни полагала, что где-то встречала его раньше — и чем дольше наблюдала, тем больше в этом убеждалась. Что-то в его облике напоминало ей о родном доме в городке под названием Киркубри.

Перед глазами промелькнуло мрачное семейство: высокий мальчик, худая девочка, тихая мать и угрюмый отец. Этого оказалось достаточно, чтобы воскресить воспоминания из прошлого. Джейни встала со скамейки, выбросила в урну стаканчик из-под кофе и подошла к заинтересовавшему её парню.

— Тебя зовут Марк Мун? — с любопытством спросила она.

Он вздрогнул от неожиданности. Забавно было наблюдать, как на его лице сменяют друг друга удивление, смущение и любопытство. Его звали Марк Мун, но он её не узнал и отчаянно пытался понять, встречались ли они раньше. Смерив её внимательным оценивающим взглядом, он сказал:

— Вы меня знаете, но я вас не помню, простите.

— Джейн Скотт. Когда мы общались, все меня звали Джейни, — она развеяла его последние сомнения, добавив: — Мы вместе учились в Киркубри, пока ты не уехал в какую-то крутую школу в Хайленде. После этого я видела тебя пару раз на летних каникулах.

Услышав эти слова, парень приоткрыл от удивления рот и просиял.

— Кир-ку-бри, — медленно, по слогам сказал он, уверенно налегая на первое «р». Джейни заметила, что он растерял почти весь свой акцент: наречие западношотландского побережья сменил ровный эдинбургский прононс. — Конечно, Джейни Скотт! Прости, что сразу не узнал.

— Ну, как поживаешь, Марк Мун? Хорошо выглядишь. Как тебе в большом городе? Ты здесь работаешь или живёшь? — выпалила Джейни. Марк поднял брови и немного отстранился, явно не желая отвечать на вопросы. Он и в детстве был тихим, застенчивым мальчиком, а вокруг их семьи ходило много слухов, особенно после того, как их мать ушла из дома. Джейни поняла, что зашла не с той стороны, и быстро сменила тактику.

— А у меня здесь новая работа, — сообщила она. — Я в Эдинбурге всего месяц, и никак не освоюсь. Я вышла замуж в девятнадцать, развелась в двадцать пять — он оказался свиньёй. Детей, слава богу, нет. И вот я здесь, два года спустя, молодая и совершенно свободная. — И одинокая, и отчаянно пытаюсь найти друзей в большом городе, добавила она про себя. — А ты как?

— Я работаю в офисе Шерифа, — ответил он, — с тех пор как закончил школу. Ну, в основном. Начал здесь, потом получил повышение, поработал годик в Англии, в Йоркшире; получил новое повышение, как раз на прошлое Рождество — и вернулся в Эдинбург. Хорошо, хоть квартира осталась.

— В офисе Шерифа? — переспросила она.

— Да, мы работаем с прокурором над криминальными делами, но я не полицейский, — сказал он. Джейни улыбнулась, отметив, что его городской акцент просел на последнем слове.

— Здорово. А я клерк в Парламенте — так что мы с тобой оба госслужащие.

Он кивнул.

— Получается, что так.

— А как твоя семья? Твоей сестре, наверное, уже года двадцать два или двадцать три? Она замужем?