Фандом: Гарри Поттер. Быть человеком у него плохо выходило, зато котом…
Добавить в моё избранное
7 мин, 9 сек 3073
— Ты что натворил, кретин! — заорал Драко секунду спустя, когда из палочки Винса вырвался мощный поток пламени.
Огонь он не любил ещё сильнее, чем воду, а потому испугался. Он махнул палочкой раз, другой, но пламя не желало затухать.
— Скорее, бежим!
И гриффиндорцы, и Малфой бросились в сторону, а Винс всё ещё пытался оборвать заклинание, не понимая, что случилось, и почему магия не желает слушаться. Жар заставлял волосы завиваться, дышать становилось с каждой секундой труднее. Он бросил палочку, из которой всё ещё тёк огонь, и тоже побежал, но со всех сторон его окружали огненные химеры.
Издалека, сквозь рёв огня, он слышал крики, видел, как Поттер вернулся за Драко, а Уизли подхватил с горы сломанных вещей Гойла, но за ним самим они не вернулись.
Проводив тех, кого за семь лет привык звать друзьями, испуганным взглядом, Винсент обратился в кота и бросился бежать сквозь завалы хлама, даже не зная, правильную ли сторону он выбрал.
— Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! — твердил он, от страха не понимая, кричит он, шепчет или вовсе мяукает, но продолжал молить Выручай-комнату о выходе.
И та не подвела — обогнув очередную кучу мусора, Винс оказался прямо перед комодом, внизу которого почему-то была проделана кошачья дверца. Не колеблясь ни секунды, он юркнул в неё, и вывалился посреди пустынного коридора, принявшись кататься по полу, туша тлеющий хвост.
Сил не было даже на то, чтобы встать. Вздохнув, Винс дополз до ниши со статуей неизвестного волшебника, свернулся клубком и отключился.
В себя он пришёл рывком. Не сразу поняв, где находится и что происходит, Винс не спешил превращаться в человека — в теле кота было намного комфортнее. Осмотрев местами подпалённую шерсть, он вздохнул и, припадая на правую переднюю лапу, которую порезал при паническом бегстве из Выручай-комнаты, двинулся в сторону лестниц.
Винсент Крэбб стоял в тени статуи и с удивлением слушал разговоры волшебников, после битвы собравшихся в Большом зале. Быстрая эмоциональная речь была трудна для восприятия, но главное он смог понять: они проиграли, и в будущем их не ждёт ничего хорошего. Лорд пал, выживших Пожирателей либо уже отправили в Азкабан, либо вот-вот это сделают, слизеринцев (даже тех, кто не поддерживал Лорда), презирают. В таких условиях даже коту было понятно, что возвращаться нет смысла.
Винс медленно побрёл прочь, раздумывая, как теперь быть…
— Ох, бедняжка! — воскликнул кто-то прямо над ним, а в следующую секунду его подхватили на руки. — Не бойся! Нужно смазать твои ожоги, чтобы не осталось шрамов! Я помогу тебе, ладно?
Винс смотрел на чумазую рыжую девушку, лоб которой пересекала глубокая царапина, и не знал, что делать. Его несли куда-то в сторону лестницы — он не сразу догадался, что девушка направляется в гостиную Хаффлпаффа. Боунс — он наконец-то вспомнил её имя — бормотала о том, что всё будет хорошо, гладила его между ушей, держала осторожно, не причиняя боли, и он расслабился.
Девушка устроила его на своей кровати и принялась копаться в сундуке, откуда извлекла странной форму флакон. Немного криво улыбнувшись, она прижала его спину к кровати одной рукой, а во второй держала флакон… Винс даже не успел заподозрить неладное — в следующую секунду заорал дурным голосом, когда содержимое флакона попало на рану.
Не сразу, но он разобрал, что Боунс извиняется, говоря о необходимости использования зелья.
— Зато быстро-быстро всё пройдёт. Уже ранки затягиваются.
Она снова держала его на руках и гладила. Винсу стало стыдно за крик и за то, что поцарапал, и он неуверенно замурчал. Боунс тут же засияла улыбкой…
Слушая воркование девушки, которая, потеряв всех родных и только что выйдя из битвы, имеет силы и желание проявлять доброту к совершенно незнакомому животному, Винс всё сильнее убеждался в мысли остаться с ней. Быть человек у него плохо выходило, зато котом… Встав на задние лапы, он опёрся Боунс на плечи и заглянул в глаза.
— Ты такой ласковый, — всхлипнула вдруг та и разрыдалась Винсу в грудь.
Стало мокро, а когда мокро ему не нравилось, но вырываться он не стал. Наоборот, замурчал громче и стал тереться лобастой головой о мокрые щёки Боунс. Он не обращал внимания на девушку, пока был парнем, но теперь понимал, что влюбляется. Не в девушку — в хозяйку.
— Мур?
Боунс всхлипнула в последний раз и улыбнулась.
— Будешь моей семьёй?
И Винсент счастливо мяукнул, позволив стиснуть себя в объятиях, тем более что раны совсем перестали болеть.
Огонь он не любил ещё сильнее, чем воду, а потому испугался. Он махнул палочкой раз, другой, но пламя не желало затухать.
— Скорее, бежим!
И гриффиндорцы, и Малфой бросились в сторону, а Винс всё ещё пытался оборвать заклинание, не понимая, что случилось, и почему магия не желает слушаться. Жар заставлял волосы завиваться, дышать становилось с каждой секундой труднее. Он бросил палочку, из которой всё ещё тёк огонь, и тоже побежал, но со всех сторон его окружали огненные химеры.
Издалека, сквозь рёв огня, он слышал крики, видел, как Поттер вернулся за Драко, а Уизли подхватил с горы сломанных вещей Гойла, но за ним самим они не вернулись.
Проводив тех, кого за семь лет привык звать друзьями, испуганным взглядом, Винсент обратился в кота и бросился бежать сквозь завалы хлама, даже не зная, правильную ли сторону он выбрал.
— Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! — твердил он, от страха не понимая, кричит он, шепчет или вовсе мяукает, но продолжал молить Выручай-комнату о выходе.
И та не подвела — обогнув очередную кучу мусора, Винс оказался прямо перед комодом, внизу которого почему-то была проделана кошачья дверца. Не колеблясь ни секунды, он юркнул в неё, и вывалился посреди пустынного коридора, принявшись кататься по полу, туша тлеющий хвост.
Сил не было даже на то, чтобы встать. Вздохнув, Винс дополз до ниши со статуей неизвестного волшебника, свернулся клубком и отключился.
В себя он пришёл рывком. Не сразу поняв, где находится и что происходит, Винс не спешил превращаться в человека — в теле кота было намного комфортнее. Осмотрев местами подпалённую шерсть, он вздохнул и, припадая на правую переднюю лапу, которую порезал при паническом бегстве из Выручай-комнаты, двинулся в сторону лестниц.
Винсент Крэбб стоял в тени статуи и с удивлением слушал разговоры волшебников, после битвы собравшихся в Большом зале. Быстрая эмоциональная речь была трудна для восприятия, но главное он смог понять: они проиграли, и в будущем их не ждёт ничего хорошего. Лорд пал, выживших Пожирателей либо уже отправили в Азкабан, либо вот-вот это сделают, слизеринцев (даже тех, кто не поддерживал Лорда), презирают. В таких условиях даже коту было понятно, что возвращаться нет смысла.
Винс медленно побрёл прочь, раздумывая, как теперь быть…
— Ох, бедняжка! — воскликнул кто-то прямо над ним, а в следующую секунду его подхватили на руки. — Не бойся! Нужно смазать твои ожоги, чтобы не осталось шрамов! Я помогу тебе, ладно?
Винс смотрел на чумазую рыжую девушку, лоб которой пересекала глубокая царапина, и не знал, что делать. Его несли куда-то в сторону лестницы — он не сразу догадался, что девушка направляется в гостиную Хаффлпаффа. Боунс — он наконец-то вспомнил её имя — бормотала о том, что всё будет хорошо, гладила его между ушей, держала осторожно, не причиняя боли, и он расслабился.
Девушка устроила его на своей кровати и принялась копаться в сундуке, откуда извлекла странной форму флакон. Немного криво улыбнувшись, она прижала его спину к кровати одной рукой, а во второй держала флакон… Винс даже не успел заподозрить неладное — в следующую секунду заорал дурным голосом, когда содержимое флакона попало на рану.
Не сразу, но он разобрал, что Боунс извиняется, говоря о необходимости использования зелья.
— Зато быстро-быстро всё пройдёт. Уже ранки затягиваются.
Она снова держала его на руках и гладила. Винсу стало стыдно за крик и за то, что поцарапал, и он неуверенно замурчал. Боунс тут же засияла улыбкой…
Слушая воркование девушки, которая, потеряв всех родных и только что выйдя из битвы, имеет силы и желание проявлять доброту к совершенно незнакомому животному, Винс всё сильнее убеждался в мысли остаться с ней. Быть человек у него плохо выходило, зато котом… Встав на задние лапы, он опёрся Боунс на плечи и заглянул в глаза.
— Ты такой ласковый, — всхлипнула вдруг та и разрыдалась Винсу в грудь.
Стало мокро, а когда мокро ему не нравилось, но вырываться он не стал. Наоборот, замурчал громче и стал тереться лобастой головой о мокрые щёки Боунс. Он не обращал внимания на девушку, пока был парнем, но теперь понимал, что влюбляется. Не в девушку — в хозяйку.
— Мур?
Боунс всхлипнула в последний раз и улыбнулась.
— Будешь моей семьёй?
И Винсент счастливо мяукнул, позволив стиснуть себя в объятиях, тем более что раны совсем перестали болеть.
Страница 2 из 2
