Не прости нам долги наши

Когда Сэму звонят из полиции, у него долгожданный выходной, который он намерен полностью потратить на свою семью, потому что из-за напряженного графика работы он видит Джесс и их трехлетнюю дочь Аманду только по вечерам. Но звонок срывает все его планы. С нечитаемым выражением лица он выслушивает то, что говорят ему на том конце провода механическим голосом, и сухо отвечает:

— Да, я понял. Разрешите узнать, откуда стал известен мой номер?

— Он был в списке контактов вашего брата.

— И как стало понятно, что я его… брат?

— Вы были так и подписаны в его телефонной книге, сэр.

— Хорошо. Спасибо. Завтра утром я приеду.

Больше не слушая, Сэм отключает телефон и некоторое время молча пялится на экран.

— Милый? — Джесс подходит как всегда незаметно и садится рядом, взяв его руку в свою. В его глазах он видит тревогу. — Что-то случилось?

Он мгновение молчит.

— Да, — наконец произносит он. — Мой старший брат, он… мертв.

Глаза Джессики становятся до смешного огромными.

— У тебя есть… был брат? И ты мне ничего за четыре года не сказал?

Сэм встает с дивана и, отойдя к серванту, некоторое время смотрит на свое отражение в зеркальной поверхности. Стальной блеск глаз, совершенно спокойное выражение лица — Сэм сам себе кажется чужим.

— Не видел смысла, — бросает он, глядя на Джессику через зеркало. — Я не видел его почти десять лет.

— Но… почему? — у нее все тот же удивленно-непонимающий взгляд, и Сэм еле сдерживается, чтобы не растянуть губы в горькой ухмылке.

— Поверь, ты не захотела бы ничего о нем знать, — говорит он и стремительным шагом выходит из комнаты, не оглянувшись, достает из кармана телефон и находит в списках контактов мать.

Может, ей уже тоже позвонили, но им в любом случае нужно срочно поговорить.

Мэри уже все знает, и она так же спокойна, как и Сэм. Переговорив около пятнадцати минут, они договариваются о том, чтобы похороны назначить на завтра — мать берет на себя все организационные вопросы, а Сэм доставляет гроб в морг, и оттуда брата сразу везут на кладбище.

— Я заеду к тебе и завезу денег на…

— Не стоит, Сэм, — обрывает его Мэри. — Этого не требуется.

Сэм молчит в трубку, понимая, что скрывается под этими словами. Она не собирается слишком-то раскошеливаться на пышные похороны или что-то в этом роде, и, в общем-то, она права. Главное все это начать и быстрее закончить, чтобы никогда больше к этому не возвращаться.

Немного сухо попрощавшись, он вешает трубку и выходит из дома, направляясь к своей спортивной машине. Ему нужно заехать в морг и опознать тело, после чего сообщить время, когда доставят гроб для погрузки. Времени должно хватить.

Садясь в машину, Сэм понимает, что ничего не объяснил жене, и кидает ей смс: «Я поехал в морг, скоро буду». Морг на другом конце города, и Сэму предостаточно времени для того, чтобы углубиться в свои мысли.

Он так до конца и не понимает до сих пор, как все так могло измениться. Когда-то давно у него был старший брат, которого он обожал, он таскался за ним повсюду и всегда, и Дин никогда его не прогонял, даже если Сэм навязывался с ним к друзьям Дина. Они являлись братьями не только на словах, и это было прекрасное ощущение.

Семья у них была дружная, хотя Дин часто ссорился с отцом на тему того, что не собирается следовать его карьере в сфере услуг и хочет построить собственную жизнь. Отец бесился, предрекая сыну хорошее будущее в заваленном кипами бумаг офисе, Дин бесился в ответ, заявляя, что хочет стать копом, и, в принципе, это было единственным разногласием в их семье. Учился Дин неплохо, хотя гуманитарные науки и усидчивость — это не для него, но что касалось практики, ему все давалось очень быстро. Все, казалось, было хорошо.

Но сломалось, когда Дину исполнилось семнадцать. Он стал все чаще пропадать из дома, сначала этого никто не замечал, потом Дин стал отговариваться тренировками в школе. Но когда он все чаще и чаще стал возвращаться с синяками, с подбитой губой, а после и со сломанными конечностями, родители забили в набат. Они устраивали ему головомойку каждый день, пытаясь выпытать, что происходит, но Дин отмалчивался и все равно убегал из дома, несмотря на все угрозы и наказания. Он все чаще запирался в своей комнате, и сколько Сэм ни пытался достучаться до него, поговорить, Дин лишь горько улыбался, трепал его по голове и говорил: «Все в порядке, Сэмми».

А потом ночью Дина родители застукали на кухне за кражей столового серебра. Загорелся дикий скандал, родители орали, что разве их сын может стать вором, с кем он связался, принимает ли он наркотики, и Дин все же сорвался. Он минут десять, отчаянно жестикулируя, плел что-то о монстрах, разгуливающих среди людей, о вампирах и призраках, об опасности, окружающей людей, о каких-то охотниках и о том, что он спасает людей.