Фандом: Ориджиналы. Порой так хочется увидеть за повседневностью чудо, магию, волшебных существ или духов… только на самом-то деле лучше бы всего этого не видеть никогда. Чудеса выходят страшноватые, а с волшебными существами лучше вовсе не встречаться, до того они бывают опасны. Но что поделать, если уже оказался по уши… в сказке.
Добавить в моё избранное
17 мин, 44 сек 7579
Рита поудобнее устроила мужчину на полу, застегнула на нем брюки, поправила рубашку, присела рядом, проверяя, видимо, жив ли, удовлетворенно кивнула и оторвала стебель от его шеи. Опустила лицо в цветок — должно быть, продолжила есть.
— А почему она со мной этого не сделала?
— Потому что ты так никуда ее и не затащил, кроме кафе. Между прочим, первый случай, Риточка была очень растеряна. Никак не могла понять, что с тобой делать, если ты не еда.
От так легко сорвавшегося с языка красавца слова ощутимо передернуло.
— И что же решила?
— Решила, что раз может гулять, будет с тобой гулять. Ты, правда, при ней глупеешь ужасно — не обижайся, и сам ведь, наверно, понял. Но это ничего, к Рите можно привыкнуть. Вон, Адам же привык.
Вот как, значит, еще и Адам. Тот развел руками под его пристальным взглядом и улыбнулся:
— Директору по персоналу нехорошо тупеть от одного вида сотрудницы. Пришлось адаптироваться. И у вас наверняка получится.
На экране Рита помогала встать пришедшему в себя мужчине. Вздохнул:
— Не зря я всегда боялся этого места.
Взял контракт, начал внимательно и вдумчиво читать. Зачем ему это? Ради какой-то мистической твари, для которой такие как он — просто пища? Все бросать, окунаться по самую макушку в местные тайны, от которых уже сейчас голова пухнет, — из-за Риты? Ну, а почему бы и нет. У каждого свои недостатки. Галя, вон, совершенно не мистическая тварь, но мозги и силы выедала так же эффективно и гораздо более болезненно. Подумал, что так и не знает, что из себя представляет тот цветок, которым Рита питалась. Жизненные силы, энергия, еще что-нибудь столь же невнятное? Решил, что у нее и спросит.
Не нашел ни надписей невидимыми чернилами, ни пункта мелким шрифтом о пожизненном рабстве или продаже души. Сказал себе, что непременно об этом пожалеет. Поставил подпись.
— А если она его все-таки сожрет? — с сомнением спросил Адам, закрыв дверь за новым техническим директором.
— Не сможет. Он принес ей белые цветы, и еще не раз принесет. А она белых цветов всю жизнь ждала, это обещание избавления и еще что-то символическое для нее — я не помню уже, в чем там дело… в общем, нет, она его не тронет, если он сам не нарвется.
— Ладно, допустим, уже легче. А если он сорвется, наблюдая за ее трапезами?
— Ну, ей же в любом случае придется переходить на какой-то другой тип питания, — сказал дух места, будто это нечто само собой разумеющееся. — Вот пусть и переходит быстрее.
— А с чего ты взял, что она сможет? Столько лет не могла, а теперь вдруг…
— Ну ради него же. Он принес ей белые цветы. Ей есть ради кого стараться. Значит, сможет.
— А если все-таки…
— Сможет, — рявкнул он, и в голосе его послышался лязг металла. — Я сказал.
— А, ну раз ты сказал, тогда конечно, — без тени иронии отозвался Адам. — А все-таки, почему именно он? Ну, виделся ты с ним когда-то, так мало ли с кем ты виделся. Не верю, что дело только в этом.
— Правильно не веришь, — лукаво улыбнулся он. — Дело все в том, что этот мальчик в детстве отлично играл в карты. И сейчас наверняка играет не хуже. А хороший и азартный партнер по играм — это очень, очень важно.
— И все ради этого?
— Конечно. Все ради этого.
— А почему она со мной этого не сделала?
— Потому что ты так никуда ее и не затащил, кроме кафе. Между прочим, первый случай, Риточка была очень растеряна. Никак не могла понять, что с тобой делать, если ты не еда.
От так легко сорвавшегося с языка красавца слова ощутимо передернуло.
— И что же решила?
— Решила, что раз может гулять, будет с тобой гулять. Ты, правда, при ней глупеешь ужасно — не обижайся, и сам ведь, наверно, понял. Но это ничего, к Рите можно привыкнуть. Вон, Адам же привык.
Вот как, значит, еще и Адам. Тот развел руками под его пристальным взглядом и улыбнулся:
— Директору по персоналу нехорошо тупеть от одного вида сотрудницы. Пришлось адаптироваться. И у вас наверняка получится.
На экране Рита помогала встать пришедшему в себя мужчине. Вздохнул:
— Не зря я всегда боялся этого места.
Взял контракт, начал внимательно и вдумчиво читать. Зачем ему это? Ради какой-то мистической твари, для которой такие как он — просто пища? Все бросать, окунаться по самую макушку в местные тайны, от которых уже сейчас голова пухнет, — из-за Риты? Ну, а почему бы и нет. У каждого свои недостатки. Галя, вон, совершенно не мистическая тварь, но мозги и силы выедала так же эффективно и гораздо более болезненно. Подумал, что так и не знает, что из себя представляет тот цветок, которым Рита питалась. Жизненные силы, энергия, еще что-нибудь столь же невнятное? Решил, что у нее и спросит.
Не нашел ни надписей невидимыми чернилами, ни пункта мелким шрифтом о пожизненном рабстве или продаже души. Сказал себе, что непременно об этом пожалеет. Поставил подпись.
— А если она его все-таки сожрет? — с сомнением спросил Адам, закрыв дверь за новым техническим директором.
— Не сможет. Он принес ей белые цветы, и еще не раз принесет. А она белых цветов всю жизнь ждала, это обещание избавления и еще что-то символическое для нее — я не помню уже, в чем там дело… в общем, нет, она его не тронет, если он сам не нарвется.
— Ладно, допустим, уже легче. А если он сорвется, наблюдая за ее трапезами?
— Ну, ей же в любом случае придется переходить на какой-то другой тип питания, — сказал дух места, будто это нечто само собой разумеющееся. — Вот пусть и переходит быстрее.
— А с чего ты взял, что она сможет? Столько лет не могла, а теперь вдруг…
— Ну ради него же. Он принес ей белые цветы. Ей есть ради кого стараться. Значит, сможет.
— А если все-таки…
— Сможет, — рявкнул он, и в голосе его послышался лязг металла. — Я сказал.
— А, ну раз ты сказал, тогда конечно, — без тени иронии отозвался Адам. — А все-таки, почему именно он? Ну, виделся ты с ним когда-то, так мало ли с кем ты виделся. Не верю, что дело только в этом.
— Правильно не веришь, — лукаво улыбнулся он. — Дело все в том, что этот мальчик в детстве отлично играл в карты. И сейчас наверняка играет не хуже. А хороший и азартный партнер по играм — это очень, очень важно.
— И все ради этого?
— Конечно. Все ради этого.
Страница 5 из 5
