Фандом: Сказки Пушкина, Гарри Поттер. Это не просто сказка, сынок, а то самое семейное предание о том, как в роду Долоховых появилось волшебство.
Добавить в моё избранное
37 мин, 17 сек 12962
Здесь конюшня, — шепнула ему в ответ Битэг Блэк.
Наконец, они оказались вне поля зрения охраны вотчинного терема.
— Где отвар?
Юноша протянул Блэк флакончик из рубинового стекла.
— Держите, мисс Блэк. Ваша кузина Лэндси полностью со мной расплатилась, так что не беспокойтесь. Скажите, — он помялся, — вы уверены, что Сомноленс способна подлить кому-то из своей семьи Живую смерть?
— Увидишь, так и будет.
— И кому, если не секрет?
— Да какой уж из этого секрет, юный Принц, — она взяла его за руку и потянула за собой.
Через минуту, после того, как они пробрались вдоль стены конюшни к противоположному её углу, Битэг осторожно выглянула из-за него и тихо поманила юношу.
— Смотри. Видишь там вдалеке на качелях в окружении почтенных дам маленькую красавицу? Вот ей и грозит самая верная опасность. А после неё Сомноленс вполне может расправиться и со мной, если только хоть что-то заподозрит.
Молодой Принц выглянул за угол и замер.
Никогда еще он не видел девушки прелестней. Её черные, как смоль, пушистые кудри, наспех перехваченные синей лентой, убегали за спину. На тонких вытянутых руках пузырились от ветра свободные белые рукава, прихваченные у запястий широкими браслетами, маленькие пальцы уверенно обхватывали толстую пеньковую веревку; изящная фигурка призывно выгибалась каждый раз, когда прелестница, пытаясь раскачаться сильней, с силой приседала на широкой доске. Казалось, ещё чуть-чуть, и она взлетит.
— Это Милолика — дочь боярина Долоха, и мало того, что она красива, так еще и доверчива. Боюсь даже думать, что стрясется, если вдруг говорящее зеркало вздумает ляпнуть этой гадюке Сомноленс, что молодая падчерица прекрасней, чем она. Вот тогда за жизнь бедняжки я не дам и веверицы. — Чего не дадите, мисс Блэк? — изумился Принц.
— Ничего, не обращай внимания. Я уже пятнадцать лет здесь угасаю, привыкла думать по-здешнему.
Алэйсдэйр Принц в отчаянии еще раз выглянул за угол.
— Мисс Блэк, я хочу жениться на этой девушке.
— Ты спятил, Принц? Она же из простецов! Никогда не городи глупости, не подумав, просто так.
— Я подумал. И мне всё равно, что она не колдунья.
— Когда подумать-то успел? Ты хоть представляешь, каким клеймом тебя и всех Принцев заклеймят чистокровные?
— Она знатного происхождения, и мне этого вполне хватит. А Принцы? Слишком мало их осталось: отец мертв, дед — тоже, а прадед совсем плох. Что он мне сделает? Мама, думаю, порадуется за меня. К тому же за девушкой боярин наверняка даст приличное приданое, правда, оно мне ни к чему. Принцы и без него богаты.
Битэг Блэк задумалась.
— Да, приданое будет изрядное. Наш боярин — молочный брат самого Мономаха, и потому вотчинные земли у него теперь не только на Смоленщине, но и под Черниговом. Ох, что ж мне с тобой делать, глупый мальчишка? Хотя… Знаешь, а ведь правда, кому, в конце концов, какое дело. Только имей в виду, тут принято делать всё по правилам, значит, придется засылать сватов.
— Кого? — не понял Алэйсдэйр.
— Пойдем. Обратный портал сработает, когда тень вон от той башенки дойдет до пруда с карпами. Расскажу тебе, как здесь, в Хольмгарде, правильно договариваться о браке. Слушай, — Битэг вдруг встрепенулась и обернулась к Алэйсдэйру с таким видом, словно на неё снизошло озарение, — а обратись-ка ты к жене сюзерена Долоха — княгине Гите. Она наша соотечественница, дочь погибшего при Гастингсе короля Гарольда Годвинсона. Только постарайся внушить княгине, что о твоём британском происхождении ни в коем случае не должна узнать мачеха Милолики. Как ты это сделаешь, Мерлин знает, но если твоим сватом будет Мономах, Долох точно согласится отдать за тебя боярышню. И прими-ка ты православие. Тебе от этого ни тепло, ни холодно, а для дела крещение лишним не будет. Да и новое имя получишь. Тебе ли не знать, что Сомноленс очень уж недолюбливают Принцев. Твою прабабку при помощи отравленного веретена королева Летиция чуть не уморила, и Мстислава, заподозри она хоть что-то, живо вас с Милоликой со свету сживёт.
— Спасибо, мисс Блэк. Не сомневайтесь, я найду способ добиться прекрасной девы. А чистокровным скажу, что она — сквиб из правящего дома Хольмгарда. Подолью чего нужно и кому нужно — никто даже и не усомнится в моих словах.
— Ну, на то ты и зельевар, — улыбнулась Битэг, время от времени поглядывая на тень от башни. — Пошли, давай, не то заметят тебя. Еще скандала не хватало или, того хуже, проклятия Сомноленс. С неё станется. Да не забудь для меня зелье, когда свататься поедешь. То самое…
— Не краснейте, мисс Блэк, я в курсе. Одного не понимаю, как эта ведьма еще не догадалась, что её противозачаточными снадобьями опаивают.
— Ей невдомёк, что это я делаю. Она ж не знает о смерти моей матушки. Пусть и дальше остаётся в неведении и подвоха не ожидает.
Наконец, они оказались вне поля зрения охраны вотчинного терема.
— Где отвар?
Юноша протянул Блэк флакончик из рубинового стекла.
— Держите, мисс Блэк. Ваша кузина Лэндси полностью со мной расплатилась, так что не беспокойтесь. Скажите, — он помялся, — вы уверены, что Сомноленс способна подлить кому-то из своей семьи Живую смерть?
— Увидишь, так и будет.
— И кому, если не секрет?
— Да какой уж из этого секрет, юный Принц, — она взяла его за руку и потянула за собой.
Через минуту, после того, как они пробрались вдоль стены конюшни к противоположному её углу, Битэг осторожно выглянула из-за него и тихо поманила юношу.
— Смотри. Видишь там вдалеке на качелях в окружении почтенных дам маленькую красавицу? Вот ей и грозит самая верная опасность. А после неё Сомноленс вполне может расправиться и со мной, если только хоть что-то заподозрит.
Молодой Принц выглянул за угол и замер.
Никогда еще он не видел девушки прелестней. Её черные, как смоль, пушистые кудри, наспех перехваченные синей лентой, убегали за спину. На тонких вытянутых руках пузырились от ветра свободные белые рукава, прихваченные у запястий широкими браслетами, маленькие пальцы уверенно обхватывали толстую пеньковую веревку; изящная фигурка призывно выгибалась каждый раз, когда прелестница, пытаясь раскачаться сильней, с силой приседала на широкой доске. Казалось, ещё чуть-чуть, и она взлетит.
— Это Милолика — дочь боярина Долоха, и мало того, что она красива, так еще и доверчива. Боюсь даже думать, что стрясется, если вдруг говорящее зеркало вздумает ляпнуть этой гадюке Сомноленс, что молодая падчерица прекрасней, чем она. Вот тогда за жизнь бедняжки я не дам и веверицы. — Чего не дадите, мисс Блэк? — изумился Принц.
— Ничего, не обращай внимания. Я уже пятнадцать лет здесь угасаю, привыкла думать по-здешнему.
Алэйсдэйр Принц в отчаянии еще раз выглянул за угол.
— Мисс Блэк, я хочу жениться на этой девушке.
— Ты спятил, Принц? Она же из простецов! Никогда не городи глупости, не подумав, просто так.
— Я подумал. И мне всё равно, что она не колдунья.
— Когда подумать-то успел? Ты хоть представляешь, каким клеймом тебя и всех Принцев заклеймят чистокровные?
— Она знатного происхождения, и мне этого вполне хватит. А Принцы? Слишком мало их осталось: отец мертв, дед — тоже, а прадед совсем плох. Что он мне сделает? Мама, думаю, порадуется за меня. К тому же за девушкой боярин наверняка даст приличное приданое, правда, оно мне ни к чему. Принцы и без него богаты.
Битэг Блэк задумалась.
— Да, приданое будет изрядное. Наш боярин — молочный брат самого Мономаха, и потому вотчинные земли у него теперь не только на Смоленщине, но и под Черниговом. Ох, что ж мне с тобой делать, глупый мальчишка? Хотя… Знаешь, а ведь правда, кому, в конце концов, какое дело. Только имей в виду, тут принято делать всё по правилам, значит, придется засылать сватов.
— Кого? — не понял Алэйсдэйр.
— Пойдем. Обратный портал сработает, когда тень вон от той башенки дойдет до пруда с карпами. Расскажу тебе, как здесь, в Хольмгарде, правильно договариваться о браке. Слушай, — Битэг вдруг встрепенулась и обернулась к Алэйсдэйру с таким видом, словно на неё снизошло озарение, — а обратись-ка ты к жене сюзерена Долоха — княгине Гите. Она наша соотечественница, дочь погибшего при Гастингсе короля Гарольда Годвинсона. Только постарайся внушить княгине, что о твоём британском происхождении ни в коем случае не должна узнать мачеха Милолики. Как ты это сделаешь, Мерлин знает, но если твоим сватом будет Мономах, Долох точно согласится отдать за тебя боярышню. И прими-ка ты православие. Тебе от этого ни тепло, ни холодно, а для дела крещение лишним не будет. Да и новое имя получишь. Тебе ли не знать, что Сомноленс очень уж недолюбливают Принцев. Твою прабабку при помощи отравленного веретена королева Летиция чуть не уморила, и Мстислава, заподозри она хоть что-то, живо вас с Милоликой со свету сживёт.
— Спасибо, мисс Блэк. Не сомневайтесь, я найду способ добиться прекрасной девы. А чистокровным скажу, что она — сквиб из правящего дома Хольмгарда. Подолью чего нужно и кому нужно — никто даже и не усомнится в моих словах.
— Ну, на то ты и зельевар, — улыбнулась Битэг, время от времени поглядывая на тень от башни. — Пошли, давай, не то заметят тебя. Еще скандала не хватало или, того хуже, проклятия Сомноленс. С неё станется. Да не забудь для меня зелье, когда свататься поедешь. То самое…
— Не краснейте, мисс Блэк, я в курсе. Одного не понимаю, как эта ведьма еще не догадалась, что её противозачаточными снадобьями опаивают.
— Ей невдомёк, что это я делаю. Она ж не знает о смерти моей матушки. Пусть и дальше остаётся в неведении и подвоха не ожидает.
Страница 6 из 11
