Фандом: Ориджиналы. Что ждет людей, когда боги вернутся на Землю? Рабство? А что будет с анкийцами, и готовы ли они дать отпор высшей расе или же анкийский и земной мир ждет второй Освенцим?
Добавить в моё избранное
604 мин, 30 сек 8010
И следующей сценой обычно было срывание с нее платья.
— Ты хоть понимаешь, что теперь будет? — спокойно начал он. — Подойди, — Ривка послушно сделала два шага, сохранив невозмутимость. — Ближе. Вплотную.
Он не должен был причинить ей вред, но Ривка все равно опасалась его, по привычке.
— Мой господин, — она чуть склонила голову, — этот разговор не может немного подождать? Моего мужа переводят из-под стражи в мои апартаменты. Я не видела его довольно долго…
Надо отдать должное Нинурте, он сохранил спокойствие, вот только глаза его налились кровью.
— Ты подвергаешь свою жизнь опасности, Ребекка. Теперь мы понимаем, на что ты способна. И для тебя это может плохо закончиться.
Ривка только вскинула бровь.
— С начала соревнования за пост канцлера меня пытались убить уже не единожды, Ваше Высочество. Не вижу разницы. Мне всегда грозит опасность, в особенности — от вас. И, по моему, вам следует заботиться о супруге. У нее непременно будут проблемы из-за того видео.
Он оказался рядом и схватил ее за скулы одной рукой так, что губы Ривки подались вперед.
— Почему ты не боишься нас? — спросил он совсем не то, что она ожидала. — Смелость или глупость?
Она промолчала, ведь в действительности, нибируанцы не внушали ей священного трепета. Она не уважала их за их поступки и не боялась, потому что превращала страх в ненависть.
— Что вам нужно, Ваше Высочество?
— Ты вновь забываешься, дорогая, — вовсе не злясь, но констатируя факт, произнес Нинурта, оказавшись вплотную. — Как думаешь, сколько ты проживешь, выйдя за эту дверь? — его пальцы на ее щеке расслабились, и Ривка отстранилась.
— Я смогу за себя постоять, — она будто бы отказывалась понимать, что ей действительно угрожает опасность в виде осознавших в ней угрозу нибируанцев.
— Ты так ослепла в своем желании увидеть Мардука, что не понимаешь: тебя не спасут никакие нибируанские права. Кто-то может подослать парочку убийц.
— Догадываюсь кто, — ответила она. — Прошу отпустить меня, мне нужно…
— Да, я уже это слышал, что тебе не терпится увидеть своего ненаглядного мужа, — он манерно махнул кистью руки в сторону двери, и Ривка с полупоклоном вышла, так и не уловив мысли, которую до нее хотел донести Нинурта.
Майк, что заменил Дрейка, встретил ее в коридоре и, открывая перед ней двери, сопроводил до выхода из магистрата. Ривка стремилась к шуруппаку, куда уже наверняка добрался конвой, чтобы перевезти Александра к ней домой. Домашний арест был нелепицей, это понимали все, как и то, что Мардук, можно сказать, вернул себе прежнее положение и теперь будет действовать через свою жену, свобода которой не ограничена.
Ривка ликовала, она ехала в своем роллс-ройсе и не могла сдержать улыбки. Взгляд ее был обращен за окно, где жил привычной жизнью современный Бад-Тибира, так похожий своими высотками на Нью-Йорк, но бесконечно другой — оазис в пустыне. И теперь посреди стеклянных высоток появлялись металлические конструкции с золотым напылением — нибируанские блок-посты для слежки за анкийцами.
Чего таить, нибируанцы уже стали частью этого мира, менялся облик не только города, но и его жителей. Нибируанская мода на длинные женские платья пришла еще пару лет назад, мужчины же постепенно становились похожи на гладиаторов — в военной форме и штатском стали преобладать позолоченные и металлические элементы на плечах, груди и животе. Анкийцы не стремились подражать нибируанцам, они делали это ненамеренно, просто адаптировались. Но, тем не менее, они не теряли надежду на возвращение своего лидера. И всякий раз, видя проезжающий по улицам роллс-ройс канцлера, замирали, вглядываясь в затемненные стекла. Кто-то отдавал честь, и Ривка воодушевлялась и крепла духом от этих знаков поддержки. Кто-то из анкийцев знал об Ордене Шемеш, кто-то ему служил, но ни один анкиец из кланов Энки и Анкиа не распространял информацию, держа рот на замке. Система была хлипкой и построенной лишь на доверии, и любой телепат мог выведать необходимую информацию, но анкийцы все-таки с детства были сплоченнее людей, их учили скрывать информацию о себе с пеленок. И пока Орден Шемеш оставался тайной для широкой общественности.
Выходя на улицу у шуруппака, Ривка сощурилась от яркого солнца и достала солнечные очки. В следующий момент глаза поймали отнюдь не солнечный блик. Секунда, замешательство, и вот она уже лежит на тротуаре c отбитым локтем, а очки лежат под машиной, сломанные пополам. История повторяется, как и тогда — девять лет назад на поиски снайпера бросается добрая половина охраны из конвоя, что приехал за Александром. Как и тогда, ее спас от пули мужчина, вот только это был не ее муж. На Ривку в беспокойстве смотрели знакомые глаза, в солнечном свете казавшиеся голубыми. В них поселилось волнение.
— Ты не ранена?
— Ты хоть понимаешь, что теперь будет? — спокойно начал он. — Подойди, — Ривка послушно сделала два шага, сохранив невозмутимость. — Ближе. Вплотную.
Он не должен был причинить ей вред, но Ривка все равно опасалась его, по привычке.
— Мой господин, — она чуть склонила голову, — этот разговор не может немного подождать? Моего мужа переводят из-под стражи в мои апартаменты. Я не видела его довольно долго…
Надо отдать должное Нинурте, он сохранил спокойствие, вот только глаза его налились кровью.
— Ты подвергаешь свою жизнь опасности, Ребекка. Теперь мы понимаем, на что ты способна. И для тебя это может плохо закончиться.
Ривка только вскинула бровь.
— С начала соревнования за пост канцлера меня пытались убить уже не единожды, Ваше Высочество. Не вижу разницы. Мне всегда грозит опасность, в особенности — от вас. И, по моему, вам следует заботиться о супруге. У нее непременно будут проблемы из-за того видео.
Он оказался рядом и схватил ее за скулы одной рукой так, что губы Ривки подались вперед.
— Почему ты не боишься нас? — спросил он совсем не то, что она ожидала. — Смелость или глупость?
Она промолчала, ведь в действительности, нибируанцы не внушали ей священного трепета. Она не уважала их за их поступки и не боялась, потому что превращала страх в ненависть.
— Что вам нужно, Ваше Высочество?
— Ты вновь забываешься, дорогая, — вовсе не злясь, но констатируя факт, произнес Нинурта, оказавшись вплотную. — Как думаешь, сколько ты проживешь, выйдя за эту дверь? — его пальцы на ее щеке расслабились, и Ривка отстранилась.
— Я смогу за себя постоять, — она будто бы отказывалась понимать, что ей действительно угрожает опасность в виде осознавших в ней угрозу нибируанцев.
— Ты так ослепла в своем желании увидеть Мардука, что не понимаешь: тебя не спасут никакие нибируанские права. Кто-то может подослать парочку убийц.
— Догадываюсь кто, — ответила она. — Прошу отпустить меня, мне нужно…
— Да, я уже это слышал, что тебе не терпится увидеть своего ненаглядного мужа, — он манерно махнул кистью руки в сторону двери, и Ривка с полупоклоном вышла, так и не уловив мысли, которую до нее хотел донести Нинурта.
Майк, что заменил Дрейка, встретил ее в коридоре и, открывая перед ней двери, сопроводил до выхода из магистрата. Ривка стремилась к шуруппаку, куда уже наверняка добрался конвой, чтобы перевезти Александра к ней домой. Домашний арест был нелепицей, это понимали все, как и то, что Мардук, можно сказать, вернул себе прежнее положение и теперь будет действовать через свою жену, свобода которой не ограничена.
Ривка ликовала, она ехала в своем роллс-ройсе и не могла сдержать улыбки. Взгляд ее был обращен за окно, где жил привычной жизнью современный Бад-Тибира, так похожий своими высотками на Нью-Йорк, но бесконечно другой — оазис в пустыне. И теперь посреди стеклянных высоток появлялись металлические конструкции с золотым напылением — нибируанские блок-посты для слежки за анкийцами.
Чего таить, нибируанцы уже стали частью этого мира, менялся облик не только города, но и его жителей. Нибируанская мода на длинные женские платья пришла еще пару лет назад, мужчины же постепенно становились похожи на гладиаторов — в военной форме и штатском стали преобладать позолоченные и металлические элементы на плечах, груди и животе. Анкийцы не стремились подражать нибируанцам, они делали это ненамеренно, просто адаптировались. Но, тем не менее, они не теряли надежду на возвращение своего лидера. И всякий раз, видя проезжающий по улицам роллс-ройс канцлера, замирали, вглядываясь в затемненные стекла. Кто-то отдавал честь, и Ривка воодушевлялась и крепла духом от этих знаков поддержки. Кто-то из анкийцев знал об Ордене Шемеш, кто-то ему служил, но ни один анкиец из кланов Энки и Анкиа не распространял информацию, держа рот на замке. Система была хлипкой и построенной лишь на доверии, и любой телепат мог выведать необходимую информацию, но анкийцы все-таки с детства были сплоченнее людей, их учили скрывать информацию о себе с пеленок. И пока Орден Шемеш оставался тайной для широкой общественности.
Выходя на улицу у шуруппака, Ривка сощурилась от яркого солнца и достала солнечные очки. В следующий момент глаза поймали отнюдь не солнечный блик. Секунда, замешательство, и вот она уже лежит на тротуаре c отбитым локтем, а очки лежат под машиной, сломанные пополам. История повторяется, как и тогда — девять лет назад на поиски снайпера бросается добрая половина охраны из конвоя, что приехал за Александром. Как и тогда, ее спас от пули мужчина, вот только это был не ее муж. На Ривку в беспокойстве смотрели знакомые глаза, в солнечном свете казавшиеся голубыми. В них поселилось волнение.
— Ты не ранена?
Страница 138 из 169
