Фандом: Гарри Поттер. Рольф Саламандер возвращается в Англию после долгого отсутствия. В его прошлом — масса секретов и драм, а в настоящем — удивительная встреча с необычной девушкой. Сможет ли новое чувство распутать клубок прежних противоречий — или только запутает ещё больше? А если эта девушка — Луна Лавгуд?
Добавить в моё избранное
162 мин, 57 сек 4673
Здравствуйте, Рольф, — приветливо откликнулась она и… продолжила идти куда-то по своим делам, даже не притормозив.
Рольфу не оставалось ничего, кроме как последовать за ней. Рядом с девушкой в воздухе парила огромная стопка книг.
— Я думал, что Вы мне приснились, — честно признался он. Она весело рассмеялась в ответ:
— Простите мне моё маленькое хулиганство — я запустила в Ваши башмаки Очищающим заклятием. Как будто Вы никуда и не ходили, — не успел Рольф улыбнуться её признанию, как она снова сменила тему разговора: — Так Вы вспомнили, что это были за цветы?
— Почти, — соврал Рольф. Будь его воля, он бы вообще не вспоминал о той поляне… Ощущение беспредельной тоски, занозы, застрявшей глубоко в памяти, мешающей думать, вскрывающей душу. «Почему она с такой настойчивостью допытывается об этом?» Он почувствовал лёгкое раздражение и попытался перевести разговор на другую тему: — Вы здесь на всё лето?
— Нет, я наведываюсь сюда ради исследовательского проекта с профессором Флитвиком, — ответила она.
«Исследовательский проект. Значит, она аспирантка, а не студентка, — подумал Рольф. — И это хорошо»… Он ещё не до конца сформулировал для себя это «хорошо», но вряд ли отказался бы от общения с ней, даже если бы она была ученицей. И никакой негативный прошлый опыт бы ему не помешал. — А какая тема? — продолжил спрашивать он. — Боевая, защитная и практическая левитация живых и неживых предметов«.»
— О… материал на целую монографию, — поддержал он, радуясь, что разговор больше не касался событий прошлой ночи.
— На целую серию монографий, — кивнула девушка.
Увлечённый разговором он не сразу заметил, как изменился её голос: теперь он казался каким-то бесцветным, словно автоматическим. Голубые глаза смотрели без всякого выражения. Было заметно, какие они крупные и даже чуть выпуклые, словно прозрачные стеклянные пуговицы. Что-то кукольное, не совсем естественное проявилось в её облике. Снова, как в лесу, Рольфу показалось, что его здесь нет. Девушка словно «выключилась», перестав его замечать, как будто их разговор внезапно стал ей неинтересен. Пытаясь как-то расшевелить новую знакомую и обратить на себя внимание, он задал новый вопрос:
— Но Вы бываете здесь часто? — она подняла на Рольфа недоумевающий взгляд. Он снова почувствовал себя не в своей тарелке. Почему этот взгляд заставлял его думать, что он спросил какую-то несусветную глупость? Рольф откашлялся и попробовал объяснить свой вопрос: — Раньше в Хогвартсе это было не принято… Считалось, что летом ученики обязательно должны проводить в родительском доме…
Ещё не договорив фразу до конца, Рольф понял, что сказал что-то непоправимо неправильное: лицо девушки как будто превратилось в подобие неподвижной фарфоровой маски. Она не замедлила шаг, но даже в её движениях проявилось что-то марионеточное, не вполне настоящее: слишком ровные шаги, слишком прямая осанка.
— Если Вы об этом, то я сирота, — произнесла она. Тон был безразличным, словно бы просто информирующим, но Рольфу показалось, что дистанция между ними выросла ещё больше. «Моргановы порталы! — мысленно выругался он. — И надо было тебе это спрашивать?»
— Простите, — смущённо пробормотал Рольф, не зная как выйти из создавшейся ситуации. — Мне… очень жаль.
— Нет, — тихо сказала она, подняв на него взгляд. Рольф встретился с ней глазами в попытке как-то передать через зрительный контакт своё сожаление. Он ожидал увидеть во взгляде Луны боль, горечь, злость на него… или хотя бы непроницаемость глаз-пуговиц. Но она улыбалась! Уголки губ чуть-чуть приподнялись, а в глазах поблёскивала высокомерная усмешка отстраненного исследовательского интереса. Взгляд не кошки — скорее, рептилии — если, конечно, бывают змеи с голубыми глазами. От неожиданности он отступил на шаг. Реакция девушки его удивила и даже слегка… испугала. Рольф никогда не был трусом, даже наоборот, но этот пронизывающий насквозь взгляд был каким-то противоестественным. А она повторила, словно читая его мысли: — Нет. Вам не жаль.
Он поперхнулся словами и замолчал, мучительно думая, что же ещё сказать и сделать, но возможного пути к спасению найти не мог. Луна продолжила говорить, как ему показалось, с оттенком лёгкого превосходства:
— Вы не можете жалеть о людях, которых не знали. И о которых узнали от человека, которого Вы тоже не знаете. Это всего лишь вежливость, — последнее слово она выделила так, словно это было страшное ругательство.
Рольфу показалось, что он буквально провалится сквозь землю от стыда. Но в этот момент она неожиданно улыбнулась: тёплой, естественной улыбкой и чувство искусственности пропало, словно из-за туч выглянуло солнце. Рядом с ним снова шла обычная девушка, маленькая и хрупкая, похожая в своём тёмно-зелёном платье на озёрную лилию.
Они уже дошли до крыла Рейвенкло. Вскоре навстречу им показался сам Филиус Флитвик, который махнул рукой Луне и приветливо ей улыбнулся.
Рольфу не оставалось ничего, кроме как последовать за ней. Рядом с девушкой в воздухе парила огромная стопка книг.
— Я думал, что Вы мне приснились, — честно признался он. Она весело рассмеялась в ответ:
— Простите мне моё маленькое хулиганство — я запустила в Ваши башмаки Очищающим заклятием. Как будто Вы никуда и не ходили, — не успел Рольф улыбнуться её признанию, как она снова сменила тему разговора: — Так Вы вспомнили, что это были за цветы?
— Почти, — соврал Рольф. Будь его воля, он бы вообще не вспоминал о той поляне… Ощущение беспредельной тоски, занозы, застрявшей глубоко в памяти, мешающей думать, вскрывающей душу. «Почему она с такой настойчивостью допытывается об этом?» Он почувствовал лёгкое раздражение и попытался перевести разговор на другую тему: — Вы здесь на всё лето?
— Нет, я наведываюсь сюда ради исследовательского проекта с профессором Флитвиком, — ответила она.
«Исследовательский проект. Значит, она аспирантка, а не студентка, — подумал Рольф. — И это хорошо»… Он ещё не до конца сформулировал для себя это «хорошо», но вряд ли отказался бы от общения с ней, даже если бы она была ученицей. И никакой негативный прошлый опыт бы ему не помешал. — А какая тема? — продолжил спрашивать он. — Боевая, защитная и практическая левитация живых и неживых предметов«.»
— О… материал на целую монографию, — поддержал он, радуясь, что разговор больше не касался событий прошлой ночи.
— На целую серию монографий, — кивнула девушка.
Увлечённый разговором он не сразу заметил, как изменился её голос: теперь он казался каким-то бесцветным, словно автоматическим. Голубые глаза смотрели без всякого выражения. Было заметно, какие они крупные и даже чуть выпуклые, словно прозрачные стеклянные пуговицы. Что-то кукольное, не совсем естественное проявилось в её облике. Снова, как в лесу, Рольфу показалось, что его здесь нет. Девушка словно «выключилась», перестав его замечать, как будто их разговор внезапно стал ей неинтересен. Пытаясь как-то расшевелить новую знакомую и обратить на себя внимание, он задал новый вопрос:
— Но Вы бываете здесь часто? — она подняла на Рольфа недоумевающий взгляд. Он снова почувствовал себя не в своей тарелке. Почему этот взгляд заставлял его думать, что он спросил какую-то несусветную глупость? Рольф откашлялся и попробовал объяснить свой вопрос: — Раньше в Хогвартсе это было не принято… Считалось, что летом ученики обязательно должны проводить в родительском доме…
Ещё не договорив фразу до конца, Рольф понял, что сказал что-то непоправимо неправильное: лицо девушки как будто превратилось в подобие неподвижной фарфоровой маски. Она не замедлила шаг, но даже в её движениях проявилось что-то марионеточное, не вполне настоящее: слишком ровные шаги, слишком прямая осанка.
— Если Вы об этом, то я сирота, — произнесла она. Тон был безразличным, словно бы просто информирующим, но Рольфу показалось, что дистанция между ними выросла ещё больше. «Моргановы порталы! — мысленно выругался он. — И надо было тебе это спрашивать?»
— Простите, — смущённо пробормотал Рольф, не зная как выйти из создавшейся ситуации. — Мне… очень жаль.
— Нет, — тихо сказала она, подняв на него взгляд. Рольф встретился с ней глазами в попытке как-то передать через зрительный контакт своё сожаление. Он ожидал увидеть во взгляде Луны боль, горечь, злость на него… или хотя бы непроницаемость глаз-пуговиц. Но она улыбалась! Уголки губ чуть-чуть приподнялись, а в глазах поблёскивала высокомерная усмешка отстраненного исследовательского интереса. Взгляд не кошки — скорее, рептилии — если, конечно, бывают змеи с голубыми глазами. От неожиданности он отступил на шаг. Реакция девушки его удивила и даже слегка… испугала. Рольф никогда не был трусом, даже наоборот, но этот пронизывающий насквозь взгляд был каким-то противоестественным. А она повторила, словно читая его мысли: — Нет. Вам не жаль.
Он поперхнулся словами и замолчал, мучительно думая, что же ещё сказать и сделать, но возможного пути к спасению найти не мог. Луна продолжила говорить, как ему показалось, с оттенком лёгкого превосходства:
— Вы не можете жалеть о людях, которых не знали. И о которых узнали от человека, которого Вы тоже не знаете. Это всего лишь вежливость, — последнее слово она выделила так, словно это было страшное ругательство.
Рольфу показалось, что он буквально провалится сквозь землю от стыда. Но в этот момент она неожиданно улыбнулась: тёплой, естественной улыбкой и чувство искусственности пропало, словно из-за туч выглянуло солнце. Рядом с ним снова шла обычная девушка, маленькая и хрупкая, похожая в своём тёмно-зелёном платье на озёрную лилию.
Они уже дошли до крыла Рейвенкло. Вскоре навстречу им показался сам Филиус Флитвик, который махнул рукой Луне и приветливо ей улыбнулся.
Страница 10 из 46
