Фандом: Гарри Поттер. Рольф Саламандер возвращается в Англию после долгого отсутствия. В его прошлом — масса секретов и драм, а в настоящем — удивительная встреча с необычной девушкой. Сможет ли новое чувство распутать клубок прежних противоречий — или только запутает ещё больше? А если эта девушка — Луна Лавгуд?
Добавить в моё избранное
162 мин, 57 сек 4684
на деле, а не на бумаге…
А дальше он начал рассказывать ей обо всём: сбивчиво, намеренно не делая пауз, чтобы не дать ей себя перебить… Про Хогвартс, про чудеса и магию, про то, что иногда ему кажется, что он не понимает, что делает… он уже и сам до конца не понимал, что именно говорит: это был какой-то поток ни то мыслей, ни то эмоций. Он говорил так искренне, как не делал уже давно, надеясь, что это заставит её понять, заставит поменять отношение к нему… Один шанс — именно так он и осознавал это для себя — один-единственный шанс на понимание, всё или ничего. У него не было ни времени, ни желания разбираться в причинах, по которым его прежние слова вызвали у неё такую реакцию, но он должен был во что бы то ни стало убедить её, что он — совсем другой…
Когда он поднял глаза на Луну, её взгляд смягчился. И Рольф понял, что теперь он прощён. Какая разница, за что?
С 6-го по 11-е ноября. Хогвартс.
— Хотите посмотреть, как можно предотвратить разгром класса с помощью конфискации имущества? — Луна усмехнулась и кивнула в сторону группы четверокурсников, спешивших на последний урок.
Если бы кто-то раньше сказал Рольфу, что можно отлично проводить время с девушкой, разбирая планы уроков и обмениваясь впечатлениями об учениках, он бы не поверил. Однако сейчас это было именно так. Стоя в тени арки и наблюдая за студентами, он чувствовал себя таким счастливым, словно они с Луной катались на лыжах в горах, купались в море или ходили по музею магической скульптуры.
— Вы всегда так подозрительны к ученикам? — улыбнулся в ответ Рольф. Последний урок. Пятница. Ещё чуть-чуть и можно быть свободным на все выходные. Сейчас, не желая нарушить хрупкого равновесия их отношений, он держался с Луной подчёркнуто по-дружески, как коллега и только. Но скоро… да, очень скоро… —
— Нет, но они гриффиндорцы, и они идут на Прорицания, — пожала плечами Луна. Видя его непонимающий взгляд, она добавила: — не к Флоренсу, к Сибилле.
Рольфу оставалось только хмыкнуть: редко кто любил Прорицания, но многие выбирали его, чтобы не ходить на чрезмерно сложную Нумерологию. А Сибилла Трелони была патологически неавторитетна, что как будто побуждало учеников ко всяким выходкам.
Между тем, Луна вытащила из кармана и развернула бесформенный мешок для мусора. Лёгкое движение рукой — из карманов только что прошедших гриффиндорцев начали вылетать и приземляться прямо в мешок навозные бомбы, «длинные уши», шпаргалки всех мастей, всевозможные вредилки, пищалки, шумовые шарики, один спящий нюхлер (его она посадила в заранее приготовленную клетку и сунула в руки опешившему от неожиданности Рольфу). Луна была достаточно аккуратна, и предметы не пролетали у учеников над головой, а переваливались через край карманов и стелились невысоко над полом. Благодаря этому никто из гриффиндорцев так и не заметил «разоружения». Последним в руки Луны прилетел пучок мяты. По сравнению с остальным он выглядел довольно безобидно, но именно мята заставила профессора Лавгуд открыть ученикам своё присутствие:
— Мистер Поттер! — звонко произнеся сдвоенную «т», окликнула Луна. Мешок с «вредилками» она уже свернула и куда-то убрала, так что теперь стояла, словно возмущённая аллегория флоры, держа в правой руке палочку, а в левой — «букет» зелёных листьев.
От группы подростков нехотя отделился черноволосый зеленоглазый парень. «Как он всё-таки похож на своего отца! Точная копия, только очки не носит», — невольно подумал Рольф. Одногруппники ободряюще хлопали того по плечу: мол, не сдавайся, мысленно мы с тобой, но он и не выглядел особенно провинившимся. Скорее, наоборот, расслабленным и готовым выгородить себя при любых обстоятельствах.
— Альбус, я в очередной раз нашла в твоём кармане мяту, — констатировала Луна, демонстративно встряхнув зелёное доказательство вины младшего Поттера. — Ты знаешь, что у профессора Трелони аллергия на неё. Зачем ты собирался принести это на её занятие?
— Я не собирался, госпожа Лавгуд, — бодро отрапортовал Альбус Поттер, глядя на преподавательницу зелёными и как будто мутными глазами, какие бывают у человека, вдохновенно сочиняющего без надежды, что ему поверят, но с особым вызовом «а докажи». — Я хотел занести эту мяту к нам в башню, чтобы не тащить её на урок. Видите ли, я очень, очень люблю чай с мятой.
— Любишь чай с мятой, — неожиданно приветливо улыбнулась Луна. Словно она внезапно обнаружила, что у них есть общее редкое хобби. — Я тоже. Просто жить без этого запаха не могу. Но… — она сокрушённо пожала плечами, — в Большом зале я пить его не могу — из-за Сибиллы с её аллергией: её передёргивает, даже когда она её просто нюхает. Знаешь что… — с внезапным энтузиазмом сказала она, словно эта идея только что пришла ей в голову. — Приходи ко мне в кабинет послезавтра: попьём мятного чая, а то я по нему уже соскучилась!
Альбус, уже приготовившийся отстаивать свою версию событий, выглядел несколько ошарашенным.
А дальше он начал рассказывать ей обо всём: сбивчиво, намеренно не делая пауз, чтобы не дать ей себя перебить… Про Хогвартс, про чудеса и магию, про то, что иногда ему кажется, что он не понимает, что делает… он уже и сам до конца не понимал, что именно говорит: это был какой-то поток ни то мыслей, ни то эмоций. Он говорил так искренне, как не делал уже давно, надеясь, что это заставит её понять, заставит поменять отношение к нему… Один шанс — именно так он и осознавал это для себя — один-единственный шанс на понимание, всё или ничего. У него не было ни времени, ни желания разбираться в причинах, по которым его прежние слова вызвали у неё такую реакцию, но он должен был во что бы то ни стало убедить её, что он — совсем другой…
Когда он поднял глаза на Луну, её взгляд смягчился. И Рольф понял, что теперь он прощён. Какая разница, за что?
С 6-го по 11-е ноября. Хогвартс.
— Хотите посмотреть, как можно предотвратить разгром класса с помощью конфискации имущества? — Луна усмехнулась и кивнула в сторону группы четверокурсников, спешивших на последний урок.
Если бы кто-то раньше сказал Рольфу, что можно отлично проводить время с девушкой, разбирая планы уроков и обмениваясь впечатлениями об учениках, он бы не поверил. Однако сейчас это было именно так. Стоя в тени арки и наблюдая за студентами, он чувствовал себя таким счастливым, словно они с Луной катались на лыжах в горах, купались в море или ходили по музею магической скульптуры.
— Вы всегда так подозрительны к ученикам? — улыбнулся в ответ Рольф. Последний урок. Пятница. Ещё чуть-чуть и можно быть свободным на все выходные. Сейчас, не желая нарушить хрупкого равновесия их отношений, он держался с Луной подчёркнуто по-дружески, как коллега и только. Но скоро… да, очень скоро… —
— Нет, но они гриффиндорцы, и они идут на Прорицания, — пожала плечами Луна. Видя его непонимающий взгляд, она добавила: — не к Флоренсу, к Сибилле.
Рольфу оставалось только хмыкнуть: редко кто любил Прорицания, но многие выбирали его, чтобы не ходить на чрезмерно сложную Нумерологию. А Сибилла Трелони была патологически неавторитетна, что как будто побуждало учеников ко всяким выходкам.
Между тем, Луна вытащила из кармана и развернула бесформенный мешок для мусора. Лёгкое движение рукой — из карманов только что прошедших гриффиндорцев начали вылетать и приземляться прямо в мешок навозные бомбы, «длинные уши», шпаргалки всех мастей, всевозможные вредилки, пищалки, шумовые шарики, один спящий нюхлер (его она посадила в заранее приготовленную клетку и сунула в руки опешившему от неожиданности Рольфу). Луна была достаточно аккуратна, и предметы не пролетали у учеников над головой, а переваливались через край карманов и стелились невысоко над полом. Благодаря этому никто из гриффиндорцев так и не заметил «разоружения». Последним в руки Луны прилетел пучок мяты. По сравнению с остальным он выглядел довольно безобидно, но именно мята заставила профессора Лавгуд открыть ученикам своё присутствие:
— Мистер Поттер! — звонко произнеся сдвоенную «т», окликнула Луна. Мешок с «вредилками» она уже свернула и куда-то убрала, так что теперь стояла, словно возмущённая аллегория флоры, держа в правой руке палочку, а в левой — «букет» зелёных листьев.
От группы подростков нехотя отделился черноволосый зеленоглазый парень. «Как он всё-таки похож на своего отца! Точная копия, только очки не носит», — невольно подумал Рольф. Одногруппники ободряюще хлопали того по плечу: мол, не сдавайся, мысленно мы с тобой, но он и не выглядел особенно провинившимся. Скорее, наоборот, расслабленным и готовым выгородить себя при любых обстоятельствах.
— Альбус, я в очередной раз нашла в твоём кармане мяту, — констатировала Луна, демонстративно встряхнув зелёное доказательство вины младшего Поттера. — Ты знаешь, что у профессора Трелони аллергия на неё. Зачем ты собирался принести это на её занятие?
— Я не собирался, госпожа Лавгуд, — бодро отрапортовал Альбус Поттер, глядя на преподавательницу зелёными и как будто мутными глазами, какие бывают у человека, вдохновенно сочиняющего без надежды, что ему поверят, но с особым вызовом «а докажи». — Я хотел занести эту мяту к нам в башню, чтобы не тащить её на урок. Видите ли, я очень, очень люблю чай с мятой.
— Любишь чай с мятой, — неожиданно приветливо улыбнулась Луна. Словно она внезапно обнаружила, что у них есть общее редкое хобби. — Я тоже. Просто жить без этого запаха не могу. Но… — она сокрушённо пожала плечами, — в Большом зале я пить его не могу — из-за Сибиллы с её аллергией: её передёргивает, даже когда она её просто нюхает. Знаешь что… — с внезапным энтузиазмом сказала она, словно эта идея только что пришла ей в голову. — Приходи ко мне в кабинет послезавтра: попьём мятного чая, а то я по нему уже соскучилась!
Альбус, уже приготовившийся отстаивать свою версию событий, выглядел несколько ошарашенным.
Страница 20 из 46
