Фандом: Гарри Поттер. Чем более могучие силы используются в войне, тем дольше будет звучать ее эхо. И, иногда, эхо будет не просто звучать.
Добавить в моё избранное
26 мин, 34 сек 1806
Гермиона разжимает пальцы, роняя палочку на пол и провожая взглядом, как что-то ненужное.
Потом она делает шаг вперед, опускается рядом с головой Рона на колено, прижимая вторым его грудь. Наклоняется над ним, явно собираясь что-то сделать. И что Рон инстинктивно пытается избежать, изо всех сил стараясь ее оттолкнуть. Не подозревая, что она идеально управляется со своим телом. Зная, что та, его Гермиона, никогда бы не нарисовала ни одного рисунка. Не зная, что эта — способна небрежно, хоть левой ногой, нарисовать точный портрет человека, виденного мельком и давно. Что нехватка, в сравнении с ним, физической силы у нее скомпенсирована точностью и скоростью, недостижимой для обычного человека. Разве что для принявшего ударные дозы довольно редких, сложных и кратковременно действующих зелий, из разряда тех, за применение которых приходится расплачиваться весьма неприятными побочными явлениями. Не ведая, что и видимая разница «весовых категорий» — не препятствие для этой«Гермионы». Пусть и на короткий срок. И не безвозмездно. Совсем не безвозмездно.
Резкий удар ладонями по ушам отправляет Рона в полуобморочное состояние. Затем руки нежно ложатся на его голову.
— Тише, милый, тише.
В голове у него начинает звенеть, все сильнее и сильнее, пока не становится совсем невыносимо. А потом отключается сознание…
… Сон уходил медленно, но кто-то его настойчиво тормошил:
— Рон, очнись!
Рон простонал что-то нечленораздельное и с трудом уселся.
— Ронни, ты такой неуклюжий. Так неудачно приложился головой об косяк, — Гермиона продолжала говорить. Или, точнее сказать, тараторить: — Как ты только аврором работаешь? Может, тебе стоит подумать о том, чтобы работу сменить?
Она направила на него палочку, заставив Рона пережить вспышку необъяснимого страха. Облако зеленых искорок окутало его, но… ничего не случилось, разве что, боль в голове прекратила раздражать. Гермиона опустилась рядом с ним, водя палочкой над его телом, и продолжила:
— Надеюсь, ты не опоздаешь? Тебе же на работу пора.
— Ох, драклова работа, — пробурчал Рон. — Сейчас, сейчас.
И побрел собираться. Вернувшись в комнату, подошел к камину. Шепотка порошка — и там затанцевало зеленое пламя. Произнес навязший в зубах за эти годы адрес назначения и сделал шаг.
Не видя, как смотрит в спину ему Гермиона, с лица которой мгновенно исчезло всякое выражение. Словно видеокамера, просто фиксирующая происходящее…
Потом она делает шаг вперед, опускается рядом с головой Рона на колено, прижимая вторым его грудь. Наклоняется над ним, явно собираясь что-то сделать. И что Рон инстинктивно пытается избежать, изо всех сил стараясь ее оттолкнуть. Не подозревая, что она идеально управляется со своим телом. Зная, что та, его Гермиона, никогда бы не нарисовала ни одного рисунка. Не зная, что эта — способна небрежно, хоть левой ногой, нарисовать точный портрет человека, виденного мельком и давно. Что нехватка, в сравнении с ним, физической силы у нее скомпенсирована точностью и скоростью, недостижимой для обычного человека. Разве что для принявшего ударные дозы довольно редких, сложных и кратковременно действующих зелий, из разряда тех, за применение которых приходится расплачиваться весьма неприятными побочными явлениями. Не ведая, что и видимая разница «весовых категорий» — не препятствие для этой«Гермионы». Пусть и на короткий срок. И не безвозмездно. Совсем не безвозмездно.
Резкий удар ладонями по ушам отправляет Рона в полуобморочное состояние. Затем руки нежно ложатся на его голову.
— Тише, милый, тише.
В голове у него начинает звенеть, все сильнее и сильнее, пока не становится совсем невыносимо. А потом отключается сознание…
… Сон уходил медленно, но кто-то его настойчиво тормошил:
— Рон, очнись!
Рон простонал что-то нечленораздельное и с трудом уселся.
— Ронни, ты такой неуклюжий. Так неудачно приложился головой об косяк, — Гермиона продолжала говорить. Или, точнее сказать, тараторить: — Как ты только аврором работаешь? Может, тебе стоит подумать о том, чтобы работу сменить?
Она направила на него палочку, заставив Рона пережить вспышку необъяснимого страха. Облако зеленых искорок окутало его, но… ничего не случилось, разве что, боль в голове прекратила раздражать. Гермиона опустилась рядом с ним, водя палочкой над его телом, и продолжила:
— Надеюсь, ты не опоздаешь? Тебе же на работу пора.
— Ох, драклова работа, — пробурчал Рон. — Сейчас, сейчас.
И побрел собираться. Вернувшись в комнату, подошел к камину. Шепотка порошка — и там затанцевало зеленое пламя. Произнес навязший в зубах за эти годы адрес назначения и сделал шаг.
Не видя, как смотрит в спину ему Гермиона, с лица которой мгновенно исчезло всякое выражение. Словно видеокамера, просто фиксирующая происходящее…
Страница 8 из 8
