Так как я позволил тебе изменять гравитацию

Он выбирал воспоминания очень тщательно, но не скупился, занимаясь этим во время затиший между делами, собирая их в пробирку, позаимствованную у Шерлока. Там были воспоминая о его детстве, его семье, о времени, проведенном в Хогвартсе. Воспоминания о его первых занятиях, матчах по квиддичу, о Чарли. Воспоминания о его друзьях, профессорах, жестоких словах, которыми бросались другие дети. День, когда умер его отец. День, когда он решил отказаться от магии. Поступил в медицинский, вступил в армию, убивал и лечил людей. Первая ночь в афганских горах, первая смерть друга на его глазах. Ночь, когда старая женщина учила его, как использовать магию без палочки, ее загадочные слова на прощание: «Только то, что было разбито, может вновь стать целым». Ранение маггловской пулей, а не заклятием. И потом — потом поток воспоминаний и эмоций, связанных с Шерлоком, только с Шерлоком. О том, каким он увидел его первый раз в Бартсе, как был поражен странным неземным человеком, как тот ушел, оставив его, а он застрелил ради него спустя час. Бег по крышам, прыжки под машины. Он никогда не чувствовал себя настолько живым до этого, ни разу, никогда вообще. Первый поцелуй, второй; первый раз, когда они, разобравшись с расследованием, голые и задыхающиеся кончили в коридоре; восторг, который он чувствовал, произнося те слова впервые; опустошение, когда он увидел стоящего на крыше Шерлока, готового сброситься с нее, и единственное, о чем он тогда способен был думать: «Боже, я не могу потерять его. Я не вынесу это».

Спустя некоторое время, когда Джона уже начала охватывать сонливость, Шерлок возвращается, задыхающийся, судорожно глотающий воздух, запрокидывающий голову и складывающий губы в идеальное «О». Джон оживает, мягко толкает Шерлока назад в кресло, хотя тот беспорядочно шарит по рукам Джона, его груди, его лицу.

— Джон, Джон, — повторяет он снова и снова, глаза чуть остекленели. Джон убирает прядку с его лица.

— Тссс, Шерлок, я здесь, здесь, извини.

Возможно, это было слишком много и слишком сильно для кого-то столь хрупкого и неподготовленного как Шерлок, позволяющий себе проявлять эмоции.

Шерлок сжимает пальцы в волосах Джона и притягивает его ближе, ресницы дрожат, когда он закрывает глаза и их лбы соприкасаются.

— Тсс, Шерлок, спокойно, просто успокойся. Все в порядке, я никуда не ухожу.

— Нет, — говорит Шерлок, вцепившийся невероятно крепко, пока Джон обхватывает руками его лицо. — Нет. Действительно не уйдешь. Ты любишь меня, и ты не собираешься уходить.

— Никогда, — обещает Джон. — Если только ты меня не заставишь.

— Ты сказал… Ты сказал, что оставишь меня.

— И я так и сделаю, — соглашается Джон торжественно. — Я уйду, если решу, что с моей помощью ты разрушаешь себя. Это убьет меня, но я так и сделаю, если это обезопасит тебя.

Шерлок открывает глаза и смотрит до боли потрясенно, Джон ведет большим пальцем по его щеке.

— Я не… Я не смогу, Джон, если не будет тебя.

— Сможешь, на самом деле, — говорит Джон чуть печально, — Думаю, ты сможешь. Мог раньше. Сможешь опять.

— Джон. Джон. Если ты так считаешь, то ты гораздо глупее, чем я думал.

Джон медленно отступает, поцеловав Шерлока в лоб.

— Возможно, мы оба глупее, чем думали, — дразнится он, сжимая руку Шерлока. Тот смеется, скорее — довольно фыркает, но Джон видит, что он погружен в собственные мысли.

Кончиком палочки Джон перегоняет свои воспоминания обратно в пробирку и убирает Омут в шкаф. Он тянет Шерлока из кресла и, взяв за локоть, ведет к двери. Краешком глаза он замечает блеск небесно-голубого и смотрит в ответ на ухмыляющийся портрет Альбуса Дамблдора, который крайне неудачно притворяется спящим.

— Добрый ночи, Профессор, — говорит он тихо, когда они проходят мимо портрета.

— Доброй ночи, мистер Ватсон. Приятно снова видеть вас. Я всегда думал, что вы можете вернуться.

— Хммм, — Джон больше ничего не говорит, но улыбается бывшему директору перед тем, как выйти.

Позже они лежат в кровати, крепко обнявшись. В камине трещит огонь, и Шерлок шепчет три слова в шею Джона первый раз, и они будоражат кровь Джона, как заклинание. Джон притягивает его невероятно близко, когда они засыпают, дыша друг другом. Проснувшись утром, Джон видит лицо Шерлока, которое мягко освещает луч бледного шотландского солнца, и думает вопреки логике, что Шерлок здесь на своем месте: рядом с Джоном, в самом необычном месте, какое Джон только мог представить.