Фандом: Шерлок BBC, Гарри Поттер. — Знаешь, он не совсем человек, — говорит Джон, хотя не собирался. — Он не совсем человек, а скорее — сила природы. Как… как гравитация или… — Магия? — подсказывает Чарли. — Да, точно. Неизбежен так же, как магия. Глава, в которой Шерлок ревнует, Джон удивительно невнимателен, а Чарли все спасает.
Добавить в моё избранное
59 мин, 47 сек 7379
— Трансфигурация?
— Верно, — Минерва изгибает одну бровь. — А вы его сосед и партнер. Верно?
— Верно, — Джон не дает возможности Шерлоку ответить, на что Минерва улыбается. Ее острый взгляд расчетлив, но улыбка не изменилась.
— Тогда, Джон, мистер Холмс, я оставлю вас. Можете потом воспользоваться гостевой комнатой, и буду рада, если утром вы присоединитесь к нам за завтраком в Большом Зале. Джон, думаю, ты увидишь, что Хогвартс мало изменился с твоих времен, хотя он уже не такой… игривый и ехидный. Найдешь дорогу?
— Думаю, мы разберемся, если ничего не изменилось, как ты говоришь. Спасибо, Минерва. Правда, большое спасибо.
— Ты всегда был одним из моих любимых учеников, — Минерва мягко похлопывает Джона по плечу, когда проходит мимо. — Омут памяти в первом шкафу справа. Будь аккуратней. Хорошего вечера, джентльмены.
Когда она уходит, Шерлок открывает рот, собираясь что-то сказать, но снова закрывает его, очевидно напуганный этой грозной женщиной. Джон усмехается и стискивает его в объятьях, потом подходит к шкафу, достает оттуда каменную чашу и ставит ее на маленький столик, рядом с которым стоят два уютно выглядящих кресла.
— Что мы здесь делаем? — тихо спрашивает Шерлок, вновь оглядываясь вокруг себя.
— Будь терпелив, — ворчит Джон, выуживая небольшую пробирку из кармана и выливая серебристое содержимое в Омут. Он достает палочку, работает ей, пока не остается удовлетворен результатом, и жестом просит подойти Шерлока ближе.
— Вот, смотри.
Из кружащейся серебристой глубины облачком дыма поднимается фигура. Она, склонившись над микроскопом, сидит за столом, который также выступил над поверхностью.
— Это же я, — Шерлок тяжело опускается в кресло рядом с Джоном. — Похоже на меня.
— Ну да. Такой, каким я запомнил тебя в нашу первую встречу.
Шерлок отводит взгляд от чаши и смотрит пристально на Джона.
— Я не понимаю.
— Это Омут памяти, — объясняет Джон, водя палочкой над поверхностью, — а это мои воспоминания.
Фигура у микроскопа начинает кружиться и становится другим призрачным Шерлоком, который бежит, а его пальто развевается.
Шерлок так сжимает ручку кресла, что белеют костяшки.
— Джон, — выдыхает он, глядя завороженно на эту версию себя.
— Я не могу… я не могу объяснить тебе, — говорит Джон тихо, наблюдая, как Шерлок смотрит на самого себя. — И я не знаю, что сделать, чтобы ты поверил моим словам, кроме как показать. Я знаю, по крайней мере так думаю, ты уверен — ты единственный зависимый в наших отношениях. Но я… — Джон вздыхает и тянет свою нижнюю губу зубами. — Наверно, тебе надо понять, что ты сделал со мной. Для меня. Я хочу показать тебе, действительно показать, ведь не знаю, как иначе доказать тебе… Не о чем, не о чем беспокоиться, не тогда, когда дело касается меня.
— Джон… Послушай… Я понимаю. Ты не… Все в порядке…
— Нет, не в порядке, — прерывает Джон. — Ты ведешь себя как идиот, ты не хочешь верить моим словам, поэтому я хочу, чтобы ты сам все увидел.
— Я не… Как? Я вижу лишь самого себя.
— Пока да, но через мгновение ты действительно можешь оказаться в этих воспоминаниях, если захочешь.
— Ты имеешь в виду… Оживишь их?
— Вроде того. Наклонись вперед и смотри, и ты — думаю, Минерва об этом и говорила — окажешься внутри воспоминаний. Ты сможешь смотреть их, как фильм о моей жизни. Ты сможешь почувствовать, вроде как, мои эмоции. Ради этого все и затевалось.
— А ты не хочешь… пойти со мной?
Джон качает головой.
— Нет. Я хочу, чтобы ты смотрел, наблюдал, и я не хочу видеть это. Моя последняя попытка, Шерлок. Последнее, самое последнее, бывшее только моим.
Некоторое время Шерлок молчит, размышляя, пока серебристо-дымчатая версия его падает на диван, бродит по гостиной, кричит на кого-то невидимого. Затем он медленно кивает и, посмотрев последний раз на Джона, наклоняется вперед.
Джон может сказать, когда это произошло, когда Шерлок оказался в воспоминаниях. Его руки ухватились за края чаши, а тело напряглось. Могло не сработать на маггле, это был выстрел наугад, но, кажется, все отлично получилось. Нервничая, чувствуя себя так, словно его препарируют под микроскопом, Джон садится и ждет. Время в Омуте идет по-другому, он знает, но он дал Шерлоку столько воспоминаний, что он не удивится — пройдет час, или даже больше, прежде чем тот вынырнет в реальность.
Идея пришла к нему той ночью, после встречи с Чарли, когда он лежал в кровати, смотрел в потолок и не мог уснуть, слушая, как Шерлок мечется в гостиной. Он послал много сов, пытаясь разыскать Омут, пока кто-то не предложил спросить в Хогвартсе. Минерва рада была слышать о нем и ответила незамедлительно, видимо, очень хотела помочь.
— Верно, — Минерва изгибает одну бровь. — А вы его сосед и партнер. Верно?
— Верно, — Джон не дает возможности Шерлоку ответить, на что Минерва улыбается. Ее острый взгляд расчетлив, но улыбка не изменилась.
— Тогда, Джон, мистер Холмс, я оставлю вас. Можете потом воспользоваться гостевой комнатой, и буду рада, если утром вы присоединитесь к нам за завтраком в Большом Зале. Джон, думаю, ты увидишь, что Хогвартс мало изменился с твоих времен, хотя он уже не такой… игривый и ехидный. Найдешь дорогу?
— Думаю, мы разберемся, если ничего не изменилось, как ты говоришь. Спасибо, Минерва. Правда, большое спасибо.
— Ты всегда был одним из моих любимых учеников, — Минерва мягко похлопывает Джона по плечу, когда проходит мимо. — Омут памяти в первом шкафу справа. Будь аккуратней. Хорошего вечера, джентльмены.
Когда она уходит, Шерлок открывает рот, собираясь что-то сказать, но снова закрывает его, очевидно напуганный этой грозной женщиной. Джон усмехается и стискивает его в объятьях, потом подходит к шкафу, достает оттуда каменную чашу и ставит ее на маленький столик, рядом с которым стоят два уютно выглядящих кресла.
— Что мы здесь делаем? — тихо спрашивает Шерлок, вновь оглядываясь вокруг себя.
— Будь терпелив, — ворчит Джон, выуживая небольшую пробирку из кармана и выливая серебристое содержимое в Омут. Он достает палочку, работает ей, пока не остается удовлетворен результатом, и жестом просит подойти Шерлока ближе.
— Вот, смотри.
Из кружащейся серебристой глубины облачком дыма поднимается фигура. Она, склонившись над микроскопом, сидит за столом, который также выступил над поверхностью.
— Это же я, — Шерлок тяжело опускается в кресло рядом с Джоном. — Похоже на меня.
— Ну да. Такой, каким я запомнил тебя в нашу первую встречу.
Шерлок отводит взгляд от чаши и смотрит пристально на Джона.
— Я не понимаю.
— Это Омут памяти, — объясняет Джон, водя палочкой над поверхностью, — а это мои воспоминания.
Фигура у микроскопа начинает кружиться и становится другим призрачным Шерлоком, который бежит, а его пальто развевается.
Шерлок так сжимает ручку кресла, что белеют костяшки.
— Джон, — выдыхает он, глядя завороженно на эту версию себя.
— Я не могу… я не могу объяснить тебе, — говорит Джон тихо, наблюдая, как Шерлок смотрит на самого себя. — И я не знаю, что сделать, чтобы ты поверил моим словам, кроме как показать. Я знаю, по крайней мере так думаю, ты уверен — ты единственный зависимый в наших отношениях. Но я… — Джон вздыхает и тянет свою нижнюю губу зубами. — Наверно, тебе надо понять, что ты сделал со мной. Для меня. Я хочу показать тебе, действительно показать, ведь не знаю, как иначе доказать тебе… Не о чем, не о чем беспокоиться, не тогда, когда дело касается меня.
— Джон… Послушай… Я понимаю. Ты не… Все в порядке…
— Нет, не в порядке, — прерывает Джон. — Ты ведешь себя как идиот, ты не хочешь верить моим словам, поэтому я хочу, чтобы ты сам все увидел.
— Я не… Как? Я вижу лишь самого себя.
— Пока да, но через мгновение ты действительно можешь оказаться в этих воспоминаниях, если захочешь.
— Ты имеешь в виду… Оживишь их?
— Вроде того. Наклонись вперед и смотри, и ты — думаю, Минерва об этом и говорила — окажешься внутри воспоминаний. Ты сможешь смотреть их, как фильм о моей жизни. Ты сможешь почувствовать, вроде как, мои эмоции. Ради этого все и затевалось.
— А ты не хочешь… пойти со мной?
Джон качает головой.
— Нет. Я хочу, чтобы ты смотрел, наблюдал, и я не хочу видеть это. Моя последняя попытка, Шерлок. Последнее, самое последнее, бывшее только моим.
Некоторое время Шерлок молчит, размышляя, пока серебристо-дымчатая версия его падает на диван, бродит по гостиной, кричит на кого-то невидимого. Затем он медленно кивает и, посмотрев последний раз на Джона, наклоняется вперед.
Джон может сказать, когда это произошло, когда Шерлок оказался в воспоминаниях. Его руки ухватились за края чаши, а тело напряглось. Могло не сработать на маггле, это был выстрел наугад, но, кажется, все отлично получилось. Нервничая, чувствуя себя так, словно его препарируют под микроскопом, Джон садится и ждет. Время в Омуте идет по-другому, он знает, но он дал Шерлоку столько воспоминаний, что он не удивится — пройдет час, или даже больше, прежде чем тот вынырнет в реальность.
Идея пришла к нему той ночью, после встречи с Чарли, когда он лежал в кровати, смотрел в потолок и не мог уснуть, слушая, как Шерлок мечется в гостиной. Он послал много сов, пытаясь разыскать Омут, пока кто-то не предложил спросить в Хогвартсе. Минерва рада была слышать о нем и ответила незамедлительно, видимо, очень хотела помочь.
Страница 16 из 17
