Фандом: Доктор Кто, Светлячок, Люди в чёрном. В дельфинарии проводили эксперимент: по команде дельфин должен был свистнуть, и только тогда получить рыбу. Сначала дельфин игнорировал команды, но потом разобрался, что от него хотят, и стал свистеть. Однако, когда ученые прослушали запись, то обнаружили, что на самом деле дельфин свистел при каждой команде, с самого начала, постепенно понижая частоты, пока не достиг пределов слышимости человеческого уха.
Добавить в моё избранное
231 мин, 45 сек 12659
Он сел поудобнее, вытянул ноги и, упрямо скривив губы, продолжил: — Ты сам понимаешь, мы не могли оставить все без защиты. Бета даже считала, что мы переусердствовали с силовыми полями и энергопоглотителями. Но защита не сработала. Это не вторжение, не похищение в примитивном понимании.
Мортимус затаил дыхание. Если это не таймлорды и не, избави Бог, какие-нибудь высшие силы, то… Во вселенной существовала только одна разумная раса, технически способная на такое. Он посмотрел на Сека: тот молча сидел, ссутулившись, и следил за центральной колонной. Не может быть, чтобы он не догадался. Это же очевидно.
Если бы Мортимус мог остановить ТАРДИС и отправиться обратно, то сделал бы это тут же — он даже рефлекторно шагнул к консоли, но сейчас бессмысленно будет пытаться отменить погоню, даже опасно.
— Все-таки ты боишься, — сказал Сек, криво улыбнувшись. И добавил: — Наверное, я тебя понимаю.
Мортимус выдохнул. В консольной почему-то стало слишком холодно, словно зимним ветром подуло — не иначе, субъективное ощущение. Сек, который постоянно мерз, сидел как ни в чем не бывало.
Временной ротор замолчал, громко застонав напоследок, и ТАРДИС материализовалась — неизвестно где. Сканер слепо мигал, демонстрируя белый шум, датчики безбожно врали.
Что ж, еще одна причина для беспокойства.
Сек встал и подошел к консоли.
— Сейчас выйдем и посмотрим, что там снаружи. И кто.
Казалось, он старательно избегает не только говорить, но и думать о возможных — и наиболее вероятных! — похитителях, потому что тогда у него не останется надежды. Мортимус вздрогнул. Он и сам старался не думать об этом варианте. Конечно, неприкосновенный запас ампул с культурами всегда был при нем, но так наивно думать, что они подействуют на…
— Ох, ну хорошо, — ответил Мортимус. — Если ты так настаиваешь…
За дверью шумел прибой и дул прохладный, приятный бриз. ТАРДИС приземлилась в перелеске у самого берега; буквально в паре метров, за обрывом, синело море — не теплое, бирюзовое, а скорее сероватое, тусклое северное. Солнце пряталось за тучами. Мортимус глубоко вдохнул и улыбнулся: этот запах и ощущения ни с чем невозможно было спутать. Земля. И какое-то удивительно знакомое место, он бывал здесь раньше?
Сек отошел к краю обрыва и посмотрел вниз, потом завертел головой. И, на секунду замерев, медленно отступил назад.
— Там на скале кто-то есть, — пробормотал Сек вполголоса, обернувшись.
Мортимус, пожав плечами, подошел ближе. Кто бы там ни скрывался, не стоило устраивать такую секретность…
Оба сердца, екнув, провалились куда-то в живот.
— Господь всемилостивый, — выдохнул Мортимус, схватив Сека за рукав.
— Кажется, я знаю, кто это, — сказал тот и раздвинул губы в не слишком приятной улыбке.
— Давай вернемся в ТАРДИС, — пробормотал Мортимус, едва сдерживаясь, чтобы не прикрыть горящее лицо ладонью. Хорошо хоть, на темной коже не заметно. — Если ты знаешь, то и объяснять тебе незачем.
— Нет. — Сек, не прекращая улыбаться, покачал головой. Его щупальца радостно зашевелились и свернулись в калачики. — Мне любопытно.
На скале, возвышавшейся над берегом и отлично видной из редких зарослей, подступавших к обрыву, скрестив ноги сидел кое-кто действительно очень, очень знакомый — и нюхал табак.
— Тебе и раньше были свойственны вредные привычки, — констатировал Сек. — Это какой-то наркотик?
— Ты идиот! — прошипел Мортимус. — Нельзя, чтобы я… он меня увидел, ты что, не понимаешь?! Эффект Блиновича!
Сек, улыбаясь, хмыкнул, но ничего не ответил.
— И ты не смотри! — Мортимус дернул его за рукав еще раз. — Откуда вообще ты можешь знать, как он… я раньше выглядел?
Он потянул его назад, и Сек все-таки отошел от края обрыва, но все еще оставался в опасной близости от молодой версии Мортимуса. О, всемилостивый Боже! Это была та самая ужасная, постыдная ошибка и просчет, а еще тут где-то должен быть Доктор с двумя юными и до отвращения настырными спутниками. И, кажется, целая толпа местных, не считая викингов. Еще лучше!
— У меня хорошая память, — ответил Сек. — И база данных.
— О, мне так не хватало твоего сарказма! Можешь повторить на бис?
— Если тебе так хочется — конечно, — издевательски вежливым тоном отозвался Сек, но все-таки соизволил отойти подальше. Он остановился в нескольких шагах от ТАРДИС, замаскировавшейся под толстое и больше похожее на баобаб дерево, и скрестил руки на груди.
— А, перестань! — огрызнулся Мортимус. — Нельзя здесь оставаться. Мы нарушаем этим бог знает сколько законов времени!
— Я думаю, ты это делаешь не впервые, — сказал Сек и пошевелил щупальцами.
Что-то зашумело внизу, на берегу — кажется, как раз должны были высадиться викинги, — и Мортимус вдруг вспомнил про одну очень интересную вещь.
Мортимус затаил дыхание. Если это не таймлорды и не, избави Бог, какие-нибудь высшие силы, то… Во вселенной существовала только одна разумная раса, технически способная на такое. Он посмотрел на Сека: тот молча сидел, ссутулившись, и следил за центральной колонной. Не может быть, чтобы он не догадался. Это же очевидно.
Если бы Мортимус мог остановить ТАРДИС и отправиться обратно, то сделал бы это тут же — он даже рефлекторно шагнул к консоли, но сейчас бессмысленно будет пытаться отменить погоню, даже опасно.
— Все-таки ты боишься, — сказал Сек, криво улыбнувшись. И добавил: — Наверное, я тебя понимаю.
Мортимус выдохнул. В консольной почему-то стало слишком холодно, словно зимним ветром подуло — не иначе, субъективное ощущение. Сек, который постоянно мерз, сидел как ни в чем не бывало.
Временной ротор замолчал, громко застонав напоследок, и ТАРДИС материализовалась — неизвестно где. Сканер слепо мигал, демонстрируя белый шум, датчики безбожно врали.
Что ж, еще одна причина для беспокойства.
Сек встал и подошел к консоли.
— Сейчас выйдем и посмотрим, что там снаружи. И кто.
Казалось, он старательно избегает не только говорить, но и думать о возможных — и наиболее вероятных! — похитителях, потому что тогда у него не останется надежды. Мортимус вздрогнул. Он и сам старался не думать об этом варианте. Конечно, неприкосновенный запас ампул с культурами всегда был при нем, но так наивно думать, что они подействуют на…
— Ох, ну хорошо, — ответил Мортимус. — Если ты так настаиваешь…
За дверью шумел прибой и дул прохладный, приятный бриз. ТАРДИС приземлилась в перелеске у самого берега; буквально в паре метров, за обрывом, синело море — не теплое, бирюзовое, а скорее сероватое, тусклое северное. Солнце пряталось за тучами. Мортимус глубоко вдохнул и улыбнулся: этот запах и ощущения ни с чем невозможно было спутать. Земля. И какое-то удивительно знакомое место, он бывал здесь раньше?
Сек отошел к краю обрыва и посмотрел вниз, потом завертел головой. И, на секунду замерев, медленно отступил назад.
— Там на скале кто-то есть, — пробормотал Сек вполголоса, обернувшись.
Мортимус, пожав плечами, подошел ближе. Кто бы там ни скрывался, не стоило устраивать такую секретность…
Оба сердца, екнув, провалились куда-то в живот.
— Господь всемилостивый, — выдохнул Мортимус, схватив Сека за рукав.
— Кажется, я знаю, кто это, — сказал тот и раздвинул губы в не слишком приятной улыбке.
— Давай вернемся в ТАРДИС, — пробормотал Мортимус, едва сдерживаясь, чтобы не прикрыть горящее лицо ладонью. Хорошо хоть, на темной коже не заметно. — Если ты знаешь, то и объяснять тебе незачем.
— Нет. — Сек, не прекращая улыбаться, покачал головой. Его щупальца радостно зашевелились и свернулись в калачики. — Мне любопытно.
На скале, возвышавшейся над берегом и отлично видной из редких зарослей, подступавших к обрыву, скрестив ноги сидел кое-кто действительно очень, очень знакомый — и нюхал табак.
— Тебе и раньше были свойственны вредные привычки, — констатировал Сек. — Это какой-то наркотик?
— Ты идиот! — прошипел Мортимус. — Нельзя, чтобы я… он меня увидел, ты что, не понимаешь?! Эффект Блиновича!
Сек, улыбаясь, хмыкнул, но ничего не ответил.
— И ты не смотри! — Мортимус дернул его за рукав еще раз. — Откуда вообще ты можешь знать, как он… я раньше выглядел?
Он потянул его назад, и Сек все-таки отошел от края обрыва, но все еще оставался в опасной близости от молодой версии Мортимуса. О, всемилостивый Боже! Это была та самая ужасная, постыдная ошибка и просчет, а еще тут где-то должен быть Доктор с двумя юными и до отвращения настырными спутниками. И, кажется, целая толпа местных, не считая викингов. Еще лучше!
— У меня хорошая память, — ответил Сек. — И база данных.
— О, мне так не хватало твоего сарказма! Можешь повторить на бис?
— Если тебе так хочется — конечно, — издевательски вежливым тоном отозвался Сек, но все-таки соизволил отойти подальше. Он остановился в нескольких шагах от ТАРДИС, замаскировавшейся под толстое и больше похожее на баобаб дерево, и скрестил руки на груди.
— А, перестань! — огрызнулся Мортимус. — Нельзя здесь оставаться. Мы нарушаем этим бог знает сколько законов времени!
— Я думаю, ты это делаешь не впервые, — сказал Сек и пошевелил щупальцами.
Что-то зашумело внизу, на берегу — кажется, как раз должны были высадиться викинги, — и Мортимус вдруг вспомнил про одну очень интересную вещь.
Страница 16 из 67
