Фандом: Ориджиналы. Наемник Даррен, вор Салех, эльфийский принц Леандор и Темная Эльфийка-чародейка Ирайа. Они были соперниками в стремлении овладеть великой силой. И сила эта досталась им… одна на четверых. Но мир жесток, он не признает таких компромиссов; четыре охотника за Сердцем Таэраны стали изгоями и отверженными для своих народов. И теперь они вынуждены спасаться от этого мира… и спасать этот мир, как ни странно, тоже.
Добавить в моё избранное
156 мин, 52 сек 1472
— И? — недовольно вопросил озиравшийся Леандор, — где это твое Зеркало?
— Погоди немного, — попытался успокоить его Салех и вовремя поправился, — то есть, извольте немного потерпеть, ваше высочество. Нужно осмотреться.
И бывший вор первым ступил на ближайшие к входу завалы из земли и камней. Его спутникам оставалось лишь двигаться следом. Подобравшись ближе к центру зала, они обнаружили, что пол здесь уже не столько земляной, сколько каменный. И что он отнюдь не ровный, а закручивается на манер воронки… ну или винтовой лестницы.
По этой-то воронке путники, не сговариваясь, и прошли вниз — оказавшись в длинном, выложенным камнем, коридоре.
Здесь было почище, чем зале наверху, а к стенам даже крепились какие-то светильники — правда, тусклые и холодные. Вдоль стен по всей длине коридора были выстроены небольшие по ширине, но довольно высокие темные ящики. По форме они напоминали то ли шкафы то ли…
— Советую приготовить оружие, — прошептал Салех, — если это то, о чем я думаю…
И он не ошибся — по крайней мере в своем совете.
Когда до ближайшей пары «шкафов» осталось менее десяти шагов, их дверцы одновременно открылись, и навстречу путникам вышли две человеческие фигуры. Точнее, не совсем человеческие: неестественная худоба и бледность (заметная даже зачарованным зрением), полуистлевшие лохмотья, не говоря уж о светящихся голубоватым блеском глазах — все это явно отличало эти существа от обитателей мира живых.
— Нежить! — совсем по-девчоночьи взвизгнула Ирайа и, повинуясь одним лишь инстинктам, попыталась спрятаться за спину Даррена.
А вот у самого наемника разговор с врагами был коротким. Один удар его меча снес голову ближайшему мертвяку, второй — подрубил ноги. Одновременно засвистела, рассекая затхлый подземный воздух, сабля в руке Леандора. Р-раз, два — и второй выходец из черного «шкафа» развалился на части.
— Так я и думал, — не без грусти заметил Салех, — это те несчастные, что до нас пытались добраться до Черного Зеркала… Но не добрались. И теперь Храм держит их вместо охраны… Понимаете сейчас, что докучать Черному Зеркалу по ерунде?
Он хотел сказать «себе дороже», но не договорил вновь. Дверцы шкафов начали открываться одна за другой, и коридор стремительно заполнялся мертвяками. Некоторые из них, как оказалось, были вооружены и одеты в ржавые обломки доспехов.
Впрочем, даже вооруженные мертвяки сражались довольно скверно. Даррену понадобилось меньше минуты, чтобы зарубить двух ближайших из них; старался не отставать и Леандор. Отложив саблю, он поочередно пускал в ход чары Плети Холодного Пламени и Невидимого Пресса.
А вот Ирайа оказалась не у дел: ее кинжал и метательные ножи мертвякам были что дракону заноза. Чародейство же ее требовало покоя и сосредоточенности — тех вещей, что никак не совместимы с горячкой боя. Не говоря уж о том, что редкий ритуал Лаин мог обойтись без живых существ в качестве источников силы.
В числе слабых звеньев в этом бою оказался и Салех. Бывший вор не носил с собой тяжелого оружия, а нож и кастет, что не раз спасали его на ночных улицах, теперь были бесполезны. Мертвякам ведь чуждо чувство боли, не говоря уж о страхе.
И все-таки совсем уж никчемным в этой схватке Салех себя не проявил. Когда один из мертвяков оказался слишком близко от него, бывший вор, разумеется, ударил — правда, без всякого оружия, кулаком и без надежды на успех. Но не надеялся он, как оказалось, напрасно. Ибо кулак Салеха неожиданно для него самого налился тяжестью и налету снес мертвяку голову. Мертвяк еще стоял на ногах, когда сбитая голова покатилась по полу под ноги его товарищам.
— Ого! — только и мог сказать Салех. Он был удивлен таким результатом и удивлен приятно.
И все же, несмотря на все усилия Даррена и Леандора, мертвяков не становилось меньше. Точнее, их было слишком много — настолько, что ни на какую победу гостям Храма рассчитывать не приходилось. Против грубой силы воинские умения оказались не очень-то хороши: они не могли решить исход схватки, а лишь позволяли немного оттянуть его.
Мертвяки не уставали и не боялись, им даже применять оружие было необязательно. Рано или поздно четверо незваных гостей должны были оказаться в окружении и быть задавленными массой… ну или взяты измором. Даррен понял это первым, и он же нашел выход, возможность избежать трагического исхода.
— Нам не отбиться! — крикнул он своим соратникам, — их слишком много, нужно пробиваться. Вперед!
И с этими словами наемник взялся за двуручный топор и первым двинулся на мертвяков — буквально пробивая себе дорогу в этой многорукой шевелящейся препоне. За ним последовал Салех, таща за руку Ирайу; принц Леандор с саблей наготове шел последним, прикрывая тыл.
Коридор казался бесконечным — потому, наверное, что продвигались по нему четверо товарищей по несчастью донельзя медленно.
— Погоди немного, — попытался успокоить его Салех и вовремя поправился, — то есть, извольте немного потерпеть, ваше высочество. Нужно осмотреться.
И бывший вор первым ступил на ближайшие к входу завалы из земли и камней. Его спутникам оставалось лишь двигаться следом. Подобравшись ближе к центру зала, они обнаружили, что пол здесь уже не столько земляной, сколько каменный. И что он отнюдь не ровный, а закручивается на манер воронки… ну или винтовой лестницы.
По этой-то воронке путники, не сговариваясь, и прошли вниз — оказавшись в длинном, выложенным камнем, коридоре.
Здесь было почище, чем зале наверху, а к стенам даже крепились какие-то светильники — правда, тусклые и холодные. Вдоль стен по всей длине коридора были выстроены небольшие по ширине, но довольно высокие темные ящики. По форме они напоминали то ли шкафы то ли…
— Советую приготовить оружие, — прошептал Салех, — если это то, о чем я думаю…
И он не ошибся — по крайней мере в своем совете.
Когда до ближайшей пары «шкафов» осталось менее десяти шагов, их дверцы одновременно открылись, и навстречу путникам вышли две человеческие фигуры. Точнее, не совсем человеческие: неестественная худоба и бледность (заметная даже зачарованным зрением), полуистлевшие лохмотья, не говоря уж о светящихся голубоватым блеском глазах — все это явно отличало эти существа от обитателей мира живых.
— Нежить! — совсем по-девчоночьи взвизгнула Ирайа и, повинуясь одним лишь инстинктам, попыталась спрятаться за спину Даррена.
А вот у самого наемника разговор с врагами был коротким. Один удар его меча снес голову ближайшему мертвяку, второй — подрубил ноги. Одновременно засвистела, рассекая затхлый подземный воздух, сабля в руке Леандора. Р-раз, два — и второй выходец из черного «шкафа» развалился на части.
— Так я и думал, — не без грусти заметил Салех, — это те несчастные, что до нас пытались добраться до Черного Зеркала… Но не добрались. И теперь Храм держит их вместо охраны… Понимаете сейчас, что докучать Черному Зеркалу по ерунде?
Он хотел сказать «себе дороже», но не договорил вновь. Дверцы шкафов начали открываться одна за другой, и коридор стремительно заполнялся мертвяками. Некоторые из них, как оказалось, были вооружены и одеты в ржавые обломки доспехов.
Впрочем, даже вооруженные мертвяки сражались довольно скверно. Даррену понадобилось меньше минуты, чтобы зарубить двух ближайших из них; старался не отставать и Леандор. Отложив саблю, он поочередно пускал в ход чары Плети Холодного Пламени и Невидимого Пресса.
А вот Ирайа оказалась не у дел: ее кинжал и метательные ножи мертвякам были что дракону заноза. Чародейство же ее требовало покоя и сосредоточенности — тех вещей, что никак не совместимы с горячкой боя. Не говоря уж о том, что редкий ритуал Лаин мог обойтись без живых существ в качестве источников силы.
В числе слабых звеньев в этом бою оказался и Салех. Бывший вор не носил с собой тяжелого оружия, а нож и кастет, что не раз спасали его на ночных улицах, теперь были бесполезны. Мертвякам ведь чуждо чувство боли, не говоря уж о страхе.
И все-таки совсем уж никчемным в этой схватке Салех себя не проявил. Когда один из мертвяков оказался слишком близко от него, бывший вор, разумеется, ударил — правда, без всякого оружия, кулаком и без надежды на успех. Но не надеялся он, как оказалось, напрасно. Ибо кулак Салеха неожиданно для него самого налился тяжестью и налету снес мертвяку голову. Мертвяк еще стоял на ногах, когда сбитая голова покатилась по полу под ноги его товарищам.
— Ого! — только и мог сказать Салех. Он был удивлен таким результатом и удивлен приятно.
И все же, несмотря на все усилия Даррена и Леандора, мертвяков не становилось меньше. Точнее, их было слишком много — настолько, что ни на какую победу гостям Храма рассчитывать не приходилось. Против грубой силы воинские умения оказались не очень-то хороши: они не могли решить исход схватки, а лишь позволяли немного оттянуть его.
Мертвяки не уставали и не боялись, им даже применять оружие было необязательно. Рано или поздно четверо незваных гостей должны были оказаться в окружении и быть задавленными массой… ну или взяты измором. Даррен понял это первым, и он же нашел выход, возможность избежать трагического исхода.
— Нам не отбиться! — крикнул он своим соратникам, — их слишком много, нужно пробиваться. Вперед!
И с этими словами наемник взялся за двуручный топор и первым двинулся на мертвяков — буквально пробивая себе дорогу в этой многорукой шевелящейся препоне. За ним последовал Салех, таща за руку Ирайу; принц Леандор с саблей наготове шел последним, прикрывая тыл.
Коридор казался бесконечным — потому, наверное, что продвигались по нему четверо товарищей по несчастью донельзя медленно.
Страница 8 из 44
