Фандом: Tokyo Ghoul, Ганнибал. В тринадцатом районе Токио происходит серия неожиданно ярких преступлений. Их основное отличие от остальной криминальной активности района — отсутствие следов каннибализма. Тела жертв изуродованы, но не съедены — нонсенс для Токио. Когда число жертв превышает ожидания руководства УБГ, дело передают следователю особого класса Уиллу Грэму, пять лет назад переведенному в Токио благодаря выдающимся способностям воссоздавать сцены убийств прямо на месте преступления.
Добавить в моё избранное
31 мин, 14 сек 9519
Уилл опускает оружие. Любопытство пересиливает — он слишком устал слушать отказы Куроивы. Если у гостя найдется подходящая информация, это поможет раскрыть дело. Возможно, у него есть основания заявляться в гости таким вот образом. После того, что Уилл видел в архиве УБГ, это почти ожидаемо.
— Проходите в комнату, — предлагает Грэм.
— Благодарю, — незнакомец продолжает говорить на английском. — Мое имя — Ганнибал Лектер. Я работаю в Управлении больше десяти лет, занимаюсь изучением психологии гулей.
— Я читал ваши работы, — Уиллу становится легче. Перед ним не очередной военный в отставке, занятый делом, которое ему не по плечу. Перед ним кто-то, с кем можно поговорить о деле.
— Вам понравилось?
— К сожалению, я не могу использовать их в своей работе, — Уилл уходит от ответа. Лучше оставаться на нейтральной позиции, беспристрастным слушателем. Признать чужие заслуги — это первый шаг вниз по невидимой лестнице японского этикета.
— Если я правильно понимаю, вы занимаетесь составлением профайлов преступников, — Лектер кажется удивленным.
— Я должен заниматься этим, но мне редко удается дойти до сути.
— Понимаю, — Лектер кивает.
Уилл добирается до переключателя и включает свет. Глаза не сразу привыкают к ярким лампам, которые он все время собирается заменить, и вместо этого оставляет выключенными большую часть времени. Ганнибал Лектер выглядит европейцем, на нем экстравагантный по меркам УБГ костюм, он вежливо улыбается и смотрит на реплику старинной вазы, поставленную у стены, а не в глаза Уилла — это удивляет больше всего.
— Вы хотели от меня чего-то конкретного?
— Нет, — Лектер переводит взгляд, но теперь он обращен вдаль — не в глаза. Грэм делает мысленную пометку — перечитать работы гостя.
— Тогда что вам нужно?
— Я принес вам подарок, — Лектер достает из кармана пиджака миниатюрную карту памяти и кладет на стеклянный столик. — Мой допуск позволяет мне обращаться к делам с грифом государственной тайны любого уровня. На сегодняшнем совещании я узнал, что было убито уже четыре человека, четвертый — в здании УБГ. Работа моего отдела остановлена, все сотрудники, подготовленные для работы в поле, отправлены на особые миссии. Облавы, разумеется. Понимаю, вам это покажется странным, но я уверен, что эта информация вам поможет. Я читал ваши отчеты.
Невольно Уилл усмехается.
— Я сказал что-то неправильно? — Лектер остается невозмутим. — Больше десяти лет я ни с кем не говорил по-английски, возможно…
— Нет, — Уилл смеется. — Нет, мистер Лектер…
— Доктор Лектер, — поправляет гость.
— Что ж, доктор Лектер, — Уиллу все еще смешно, — дело в том, что эти отчеты — в них полная чушь.
— Я заметил, — Лектер снисходительно улыбается. — Но инструкции, которые вы оставляете, остаются крайне точными.
Уилл молчит — отвечать нечего. Гость направляется к выходу.
— Надеюсь, не нужно объяснять вам, что я могу потерять работу, если кому-то станет известно, что я передал вам секретные данные, касающиеся государственной безопасности, — говорит он на прощание и закрывает за собой дверь.
Ночью Уилл читает досье домохозяйки, школьного учителя, рекламного агента и уборщика. Несколько раз он доливает себе виски, а к утру стирает файлы, бросает карту в мясорубку, установленную на его кухне заботливым руководством, пьет кофе и отправляется в Управление. Он знает совершенно точно, что связывает жертв, — это было на поверхности с самого начала. Если бы он увидел настоящие досье, он мог бы предотвратить третье, возможно, даже второе убийство.
— Отстранен? — Уиллу едва хватает выдержки, чтобы не улыбнуться в ответ на приказ Куроивы.
— Я выразился недостаточно ясно?
— Нет, господин Куроива, вы выразились предельно ясно, — Грэм забирает снятый минуту назад пиджак и отправляется к выходу.
— Куда это вы собрались?
— Вы только что отстранили меня, господин Куроива, я собираюсь прийти домой и выспаться, потому что всю ночь ломал голову над вашим заданием.
— И вы что-то нашли? — Куроива подбирается. При его габаритах это выглядит нелепо.
— Да, я понял, что связывает жертв, — отвечает Грэм. Взгляды коллег вновь сосредоточены на нем — несмотря на всю свою деликатность, они ведут себя очень навязчиво. Грэм упрямо смотрит в пол, отказываясь разгадывать этот парадокс.
— Поговорим наедине.
Уилл повторяет несколько раз: преступник устраняет членов одного отряда, расформированного четыре недели назад. Да, в самом начале Уилл обращал внимание на последние преступления. Да, это оказалось совпадением. Да, его предположение построено на догадках. Да, он понимает, что это может оказаться ошибкой, еще раз, как в самом начале. Да, да, да, он отдает себе отчет, чем это может закончиться.
— Проходите в комнату, — предлагает Грэм.
— Благодарю, — незнакомец продолжает говорить на английском. — Мое имя — Ганнибал Лектер. Я работаю в Управлении больше десяти лет, занимаюсь изучением психологии гулей.
— Я читал ваши работы, — Уиллу становится легче. Перед ним не очередной военный в отставке, занятый делом, которое ему не по плечу. Перед ним кто-то, с кем можно поговорить о деле.
— Вам понравилось?
— К сожалению, я не могу использовать их в своей работе, — Уилл уходит от ответа. Лучше оставаться на нейтральной позиции, беспристрастным слушателем. Признать чужие заслуги — это первый шаг вниз по невидимой лестнице японского этикета.
— Если я правильно понимаю, вы занимаетесь составлением профайлов преступников, — Лектер кажется удивленным.
— Я должен заниматься этим, но мне редко удается дойти до сути.
— Понимаю, — Лектер кивает.
Уилл добирается до переключателя и включает свет. Глаза не сразу привыкают к ярким лампам, которые он все время собирается заменить, и вместо этого оставляет выключенными большую часть времени. Ганнибал Лектер выглядит европейцем, на нем экстравагантный по меркам УБГ костюм, он вежливо улыбается и смотрит на реплику старинной вазы, поставленную у стены, а не в глаза Уилла — это удивляет больше всего.
— Вы хотели от меня чего-то конкретного?
— Нет, — Лектер переводит взгляд, но теперь он обращен вдаль — не в глаза. Грэм делает мысленную пометку — перечитать работы гостя.
— Тогда что вам нужно?
— Я принес вам подарок, — Лектер достает из кармана пиджака миниатюрную карту памяти и кладет на стеклянный столик. — Мой допуск позволяет мне обращаться к делам с грифом государственной тайны любого уровня. На сегодняшнем совещании я узнал, что было убито уже четыре человека, четвертый — в здании УБГ. Работа моего отдела остановлена, все сотрудники, подготовленные для работы в поле, отправлены на особые миссии. Облавы, разумеется. Понимаю, вам это покажется странным, но я уверен, что эта информация вам поможет. Я читал ваши отчеты.
Невольно Уилл усмехается.
— Я сказал что-то неправильно? — Лектер остается невозмутим. — Больше десяти лет я ни с кем не говорил по-английски, возможно…
— Нет, — Уилл смеется. — Нет, мистер Лектер…
— Доктор Лектер, — поправляет гость.
— Что ж, доктор Лектер, — Уиллу все еще смешно, — дело в том, что эти отчеты — в них полная чушь.
— Я заметил, — Лектер снисходительно улыбается. — Но инструкции, которые вы оставляете, остаются крайне точными.
Уилл молчит — отвечать нечего. Гость направляется к выходу.
— Надеюсь, не нужно объяснять вам, что я могу потерять работу, если кому-то станет известно, что я передал вам секретные данные, касающиеся государственной безопасности, — говорит он на прощание и закрывает за собой дверь.
Ночью Уилл читает досье домохозяйки, школьного учителя, рекламного агента и уборщика. Несколько раз он доливает себе виски, а к утру стирает файлы, бросает карту в мясорубку, установленную на его кухне заботливым руководством, пьет кофе и отправляется в Управление. Он знает совершенно точно, что связывает жертв, — это было на поверхности с самого начала. Если бы он увидел настоящие досье, он мог бы предотвратить третье, возможно, даже второе убийство.
— Отстранен? — Уиллу едва хватает выдержки, чтобы не улыбнуться в ответ на приказ Куроивы.
— Я выразился недостаточно ясно?
— Нет, господин Куроива, вы выразились предельно ясно, — Грэм забирает снятый минуту назад пиджак и отправляется к выходу.
— Куда это вы собрались?
— Вы только что отстранили меня, господин Куроива, я собираюсь прийти домой и выспаться, потому что всю ночь ломал голову над вашим заданием.
— И вы что-то нашли? — Куроива подбирается. При его габаритах это выглядит нелепо.
— Да, я понял, что связывает жертв, — отвечает Грэм. Взгляды коллег вновь сосредоточены на нем — несмотря на всю свою деликатность, они ведут себя очень навязчиво. Грэм упрямо смотрит в пол, отказываясь разгадывать этот парадокс.
— Поговорим наедине.
Уилл повторяет несколько раз: преступник устраняет членов одного отряда, расформированного четыре недели назад. Да, в самом начале Уилл обращал внимание на последние преступления. Да, это оказалось совпадением. Да, его предположение построено на догадках. Да, он понимает, что это может оказаться ошибкой, еще раз, как в самом начале. Да, да, да, он отдает себе отчет, чем это может закончиться.
Страница 4 из 10
