Фандом: Гарри Поттер. О сложности налаживания братских отношений и драконах.
Добавить в моё избранное
37 мин, 48 сек 8601
Непонятно, как можно ориентироваться в этом пространстве, где нет ни верха, ни низа, лишь серое марево, скрывающее их от взгляда случайных магглов, решивших в такую погоду прогуляться в альпийских лесах.
— Je déteste ma besogne, — сипло шепчет стоящий рядом волшебник. Лицо его землистого оттенка, и он тяжело дышит, силясь справиться с накатившей дурнотой. Он замечает взгляд Тесея и сразу пытается собраться. Не хочет распускаться перед иностранным коллегой.
Тесей разглядывает спину брата. Хейлгар что-то оживлённо ему рассказывает, судя по долетающим обрывкам диалога — о работе, но Ньютон отвечает без обычного своего энтузиазма. Полностью погружён в себя.
Тесей разглядывает сутулую спину и давит в себе желание снова подглядеть, что происходит в голове брата. Он и так злоупотребляет этим уже неделю. Мог бы просто взять и…
… и что? Более-менее нормально поговорить в последнее время у них получается только при поддержке развязывающего языки и ломающего барьеры хмеля. Это ещё более неправильный путь, не стоило даже задумываться о нём.
— Qu'est-ce? — нахмурившись, прислушивается давешний ненавидевший работу волшебник.
Тесей напрягает слух, но ничего, кроме свиста ветра, различить не может. Ньютон беспокойно ёрзает на козлах.
И тут откуда-то издалека доносится резкий птичий клёкот. И тут же стихает.
— Птицы, — Хейлгар не выказывает никакого беспокойства, пока клёкот не раздаётся снова и ближе. Тогда он напрягается, поднимает палочку, сигналя летящей сзади повозке, призывая к осторожности.
Чёрная крылатая тень проносится рядом, наталкивается на защитный купол и, издав режущий слух крик, исчезает в облаках.
— Грифоны, дракл их задери! — вскрикивает Хейлгар. — К коням их не подпустите! — приказывает он сидящим на мётлах.
Тесей, всё это время прижимающийся к борту повозки, оборачивается, силясь разглядеть, что происходит сзади. Мимо проносится ещё одна тень, и серое марево прорезают сразу две красные вспышки.
Сложно сказать, сколько грифонов кружит рядом. Они словно наблюдают, примериваются, рассчитывают опасность. А может, ждут, уберутся ли чужаки с их территории?
Огромный чёрный зверь возникает перед выносной парой внезапно, пугает их. Кони ржут и взбрыкивают, от чего повозка опасно кренится.
— Ступефай! — Хейлгар нацеливает палочку на грифона, но промазывает.
— Что вы делаете! — подаёт голос Ньютон, вцепившись в поднятую руку. — Вы же их раните!
— Они иначе ранят наз! — цедит сквозь зубы Хейлгар, отцепляя Ньютона от руки.
Грифоны нападают. Вокруг носятся чёрные тени зверей и синие — людей. Воздух гудит от наполнивших небо звуков творимых заклинаний и грозного клёкота.
— Остановитесь! — Ньютон отстёгивает ремни и пытается встать в полный рост, замахать руками, чтобы его увидели и услышали. Повозка снова вздрагивает, и он чуть не падает. Тесей успевает ухватить брата за плащ и тянет на себя, падая на спину, крепко прижимая к себе жилистое тело.
— Отпусти! — брыкается брат, лицо его искажено страхом, вот только не за себя.
Пронзительный крик выбивается из общей какофонии звуков. Несколько длинных чёрных перьев падает на дощатый пол, и Ньютон бледнеет.
— Отпусти, — с мольбой в голосе просит он, глядя в глаза. — Отпусти, Тесей. Я знаю, как их отпугнуть.
Несколько томительно долгих секунд Тесей вглядывается в излучающие уверенность глаза, а потом разжимает руки.
Брат вскакивает так резко, что случайно больно бьёт Тесея локтем в грудь, вынимает палочку и, указывая в небо, произносит заклинание.
Вспышка огня озаряет небо с громким хлопком, заглушая всё.
— Они боятся взрывов! — кричит Ньютон, обернувшись на сидящих, прижавшихся к бортам повозки волшебников. — Используйте фейерверки!
Ещё три залпа расцветают над их головами огненными цветами. Грифоны мечутся, стремясь оказаться как можно дальше от пугающего их зарева. Их громкий клёкот звучит криками паники. Вдохновлённые примером Ньютона, волшебники выпускают из палочек магическое пламя, пока гомон зверей не стихает далеко позади.
— Знижаемзя, — приказывает Хейлгар, сигналя. — Запряжку нужно проферить, не пофреждена ли, и коней узпокоить.
Под облаками тянется и тянется сплошной лес, и приходится ещё долго ждать, прежде чем он отступает перед берегом реки.
Стоило лишь приземлиться, как встревоженные драконологи бросаются проверять, не просыпаются ли их подопечные. Прочие же просто наслаждаются ощущением твёрдой земли под ногами. Лицо ненавидящего работу волшебника приобретает здоровый розовый оттенок.
Тесей стоит, прислонившись к борту повозки, наблюдает, как с удивительной нежностью на обезображенном шрамом лице Хейлгар шепчет что-то на ухо крылатому коню, заботливо поглаживая его по золотистой гриве. Он любит только своих зверей.
— Je déteste ma besogne, — сипло шепчет стоящий рядом волшебник. Лицо его землистого оттенка, и он тяжело дышит, силясь справиться с накатившей дурнотой. Он замечает взгляд Тесея и сразу пытается собраться. Не хочет распускаться перед иностранным коллегой.
Тесей разглядывает спину брата. Хейлгар что-то оживлённо ему рассказывает, судя по долетающим обрывкам диалога — о работе, но Ньютон отвечает без обычного своего энтузиазма. Полностью погружён в себя.
Тесей разглядывает сутулую спину и давит в себе желание снова подглядеть, что происходит в голове брата. Он и так злоупотребляет этим уже неделю. Мог бы просто взять и…
… и что? Более-менее нормально поговорить в последнее время у них получается только при поддержке развязывающего языки и ломающего барьеры хмеля. Это ещё более неправильный путь, не стоило даже задумываться о нём.
— Qu'est-ce? — нахмурившись, прислушивается давешний ненавидевший работу волшебник.
Тесей напрягает слух, но ничего, кроме свиста ветра, различить не может. Ньютон беспокойно ёрзает на козлах.
И тут откуда-то издалека доносится резкий птичий клёкот. И тут же стихает.
— Птицы, — Хейлгар не выказывает никакого беспокойства, пока клёкот не раздаётся снова и ближе. Тогда он напрягается, поднимает палочку, сигналя летящей сзади повозке, призывая к осторожности.
Чёрная крылатая тень проносится рядом, наталкивается на защитный купол и, издав режущий слух крик, исчезает в облаках.
— Грифоны, дракл их задери! — вскрикивает Хейлгар. — К коням их не подпустите! — приказывает он сидящим на мётлах.
Тесей, всё это время прижимающийся к борту повозки, оборачивается, силясь разглядеть, что происходит сзади. Мимо проносится ещё одна тень, и серое марево прорезают сразу две красные вспышки.
Сложно сказать, сколько грифонов кружит рядом. Они словно наблюдают, примериваются, рассчитывают опасность. А может, ждут, уберутся ли чужаки с их территории?
Огромный чёрный зверь возникает перед выносной парой внезапно, пугает их. Кони ржут и взбрыкивают, от чего повозка опасно кренится.
— Ступефай! — Хейлгар нацеливает палочку на грифона, но промазывает.
— Что вы делаете! — подаёт голос Ньютон, вцепившись в поднятую руку. — Вы же их раните!
— Они иначе ранят наз! — цедит сквозь зубы Хейлгар, отцепляя Ньютона от руки.
Грифоны нападают. Вокруг носятся чёрные тени зверей и синие — людей. Воздух гудит от наполнивших небо звуков творимых заклинаний и грозного клёкота.
— Остановитесь! — Ньютон отстёгивает ремни и пытается встать в полный рост, замахать руками, чтобы его увидели и услышали. Повозка снова вздрагивает, и он чуть не падает. Тесей успевает ухватить брата за плащ и тянет на себя, падая на спину, крепко прижимая к себе жилистое тело.
— Отпусти! — брыкается брат, лицо его искажено страхом, вот только не за себя.
Пронзительный крик выбивается из общей какофонии звуков. Несколько длинных чёрных перьев падает на дощатый пол, и Ньютон бледнеет.
— Отпусти, — с мольбой в голосе просит он, глядя в глаза. — Отпусти, Тесей. Я знаю, как их отпугнуть.
Несколько томительно долгих секунд Тесей вглядывается в излучающие уверенность глаза, а потом разжимает руки.
Брат вскакивает так резко, что случайно больно бьёт Тесея локтем в грудь, вынимает палочку и, указывая в небо, произносит заклинание.
Вспышка огня озаряет небо с громким хлопком, заглушая всё.
— Они боятся взрывов! — кричит Ньютон, обернувшись на сидящих, прижавшихся к бортам повозки волшебников. — Используйте фейерверки!
Ещё три залпа расцветают над их головами огненными цветами. Грифоны мечутся, стремясь оказаться как можно дальше от пугающего их зарева. Их громкий клёкот звучит криками паники. Вдохновлённые примером Ньютона, волшебники выпускают из палочек магическое пламя, пока гомон зверей не стихает далеко позади.
— Знижаемзя, — приказывает Хейлгар, сигналя. — Запряжку нужно проферить, не пофреждена ли, и коней узпокоить.
Под облаками тянется и тянется сплошной лес, и приходится ещё долго ждать, прежде чем он отступает перед берегом реки.
Стоило лишь приземлиться, как встревоженные драконологи бросаются проверять, не просыпаются ли их подопечные. Прочие же просто наслаждаются ощущением твёрдой земли под ногами. Лицо ненавидящего работу волшебника приобретает здоровый розовый оттенок.
Тесей стоит, прислонившись к борту повозки, наблюдает, как с удивительной нежностью на обезображенном шрамом лице Хейлгар шепчет что-то на ухо крылатому коню, заботливо поглаживая его по золотистой гриве. Он любит только своих зверей.
Страница 10 из 11
