Фандом: Средиземье Толкина. Аля уже собралась тихо-мирно побродить по Средиземью, но не тут-то было… Женечка решила по-другому, да и Трандуил внес свою лепту.
Добавить в моё избранное
291 мин, 5 сек 15835
— Ваше Величество! — поспешила я, прежде чем исполнительный Элемир открыл рот. — Мне очень хорошо в повозке, не стоит, право слово! А от укачивания я лучше попрошу мятную настойку! Вы же не откажете мне, Элемир?
Эльф растерянно посмотрел на короля, но, стоило тому согласно кивнуть, поспешно протянул мне темно-зеленую склянку, с сожалением провожая ее взглядом. Все остальные сочувствующе смотрели на Элемира, делая какие-то одному ему понятные знаки. Я бы расшифровала их как: «Не волнуйся, мы тебе перельем!». Странно, тошнит их тут поголовно что ли?
Первый ужин, слава богу, подходил к концу, небольшую палатку нам уже разбили, и я упала на удобную походную кровать лесных эльфов, не уставая поражаться окружающему меня комфорту. Да, вот так бы да с Братством… Хотя нет, в Мории не слишком сподручно было бы, хотя если волочь кровати за собой… С этими мыслями я уснула.
Следующий день ничем не отличался от предыдущего: солнце так же припекало, птицы носились в небе, журчали многочисленные ручьи. В повозке позади нас с Глиннаэлем ехала Женечка, громко споря о чем-то с возницей. Ветер относил от нас их голоса, не позволяя расслышать хотя бы слово. Я лежала за спиной эльфа, расставив тюки с поклажей в виде дивана и подложив под голову одну из подушечек, вытащенную из поклажи. Мне, можно сказать, повезло: наша повозка оказалась груженной текстилем — ткани, ковры, сам шатер, постельное белье — сказка, а не груз! Телега позади нас везла сундуки с посудой, столовыми принадлежностями, мебелью и предметами интерьера. Она ехала медленнее, изредка позвякивая на ухабах.
— Ты не хочешь отдохнуть? — я ткнула Глиннаэля в спину. — Я могу править, а ты полежишь. Смотри, я тут царское ложе соорудила!
Эльф повернулся, весело хмыкнул и покачал головой.
— Я привык подолгу сидеть в седле или править лошадьми, — он прищурился, задрав голову. — Коршун охотится, — кивнул мне эльф, указывая на невидимые точки в бирюзовом небе. Я подняла глаза, вглядываясь, и с удивлением заметила птицу, раскинувшую крылья и парившую в воздушных потоках. Глаза заслезились, и я опустила голову, моргая и протирая их.
— Разглядела? — эльф пристально посмотрел на меня, слегка наморщив лоб, словно пытаясь разгадать загадку. Наконец, приняв какое-то решение, он похлопал по лавке рядом с собой, приглашая присесть. Я нехотя перелезла и устроилась рядом, глядя на крупы лошадей, бредущих перед нами.
— Кто ты? — задал Глиннаэль давно мучивший его вопрос. — Разглядеть птицу на такой высоте едва ли под силу человеку.
— Разве в остальном я на людей не похожа? — я лукаво прищурилась, глядя на смущенного эльфа.
— В том-то и дело, что в остальном ты обычный человек, я много их видел. Но вот твоя аура… — он замялся, пытаясь подобрать подходящее сравнение. — Она то обычная, как у многих людей — разноцветная, то начинает светиться чистым белым светом. И у твоей подруги я тоже это видел пару раз. Вот сейчас ты смотрела на коршуна и вся буквально засияла. Так кто же ты?
— Да как тебе сказать, — теперь я искала слова, чтобы объяснить свое положение в этом мире. — Сама не знаю, снаружи человек, а внутри — и человек, и эльфийка… — я вкратце попыталась рассказать о том, кто такая Альффаин и что она делает внутри. Глиннаэль слушал, не перебивая, лишь изредка задавал уточняющие вопросы. Рассказ подошел к концу, и некоторое время мы ехали молча, думая каждый о своем. Влажный ветерок сменился сухим, за разговором мы не заметили, как миновали болотистые притоки и теперь ехали по степям Рохана. Я смотрела на знакомый пейзаж, в этих краях я провела три дня, стремясь выжить. Вспомнила, как искала воду и пыталась добывать еду, и меня передернуло. Глиннаэль вздрогнул, выныривая из своих мыслей, и задумчиво посмотрел на меня.
— Ну как, свечусь? — я улыбнулась, раскинув руки. Но эльф лишь серьезно покачал головой.
— Переселение фэа не шутки, Аля, — серьезно проговорил он. — Я слышал о таких случаях, но происходили они так давно, что теперь многими воспринимаются как легенды.
— И чем это заканчивалось? — во рту внезапно пересохло, и я потянулась за флягой, лежавшей за спиной, пытаясь скрыть охватившее меня смятение.
— Ничем плохим, — поспешил успокоить эльф. — Хотя обычно новая фэа становилась сильнее и доминировала в теле хозяина. Но насколько мне известно, переселение всегда проходило в эльфов, да еще и в отчаявшихся, желающих покинуть землю, истаявших… Случаи, когда фэа перемещалась в людей, мне неизвестны.
— Но я же осталась человеком? — проговорила я, с надеждой глядя на Глиннаэля. Тот прищурил глаза, отчего веснушки сбежались в кучку, и покачал головой.
— Я бы на твоем месте на это не надеялся, — он пожал плечами. — Ты смогла договориться с Альффаин, она не будет больше вмешиваться, но и никуда не денется…
Мы снова замолчали, лишь скрип колес да гулкий топот копыт окружали нас.
Эльф растерянно посмотрел на короля, но, стоило тому согласно кивнуть, поспешно протянул мне темно-зеленую склянку, с сожалением провожая ее взглядом. Все остальные сочувствующе смотрели на Элемира, делая какие-то одному ему понятные знаки. Я бы расшифровала их как: «Не волнуйся, мы тебе перельем!». Странно, тошнит их тут поголовно что ли?
Первый ужин, слава богу, подходил к концу, небольшую палатку нам уже разбили, и я упала на удобную походную кровать лесных эльфов, не уставая поражаться окружающему меня комфорту. Да, вот так бы да с Братством… Хотя нет, в Мории не слишком сподручно было бы, хотя если волочь кровати за собой… С этими мыслями я уснула.
Следующий день ничем не отличался от предыдущего: солнце так же припекало, птицы носились в небе, журчали многочисленные ручьи. В повозке позади нас с Глиннаэлем ехала Женечка, громко споря о чем-то с возницей. Ветер относил от нас их голоса, не позволяя расслышать хотя бы слово. Я лежала за спиной эльфа, расставив тюки с поклажей в виде дивана и подложив под голову одну из подушечек, вытащенную из поклажи. Мне, можно сказать, повезло: наша повозка оказалась груженной текстилем — ткани, ковры, сам шатер, постельное белье — сказка, а не груз! Телега позади нас везла сундуки с посудой, столовыми принадлежностями, мебелью и предметами интерьера. Она ехала медленнее, изредка позвякивая на ухабах.
— Ты не хочешь отдохнуть? — я ткнула Глиннаэля в спину. — Я могу править, а ты полежишь. Смотри, я тут царское ложе соорудила!
Эльф повернулся, весело хмыкнул и покачал головой.
— Я привык подолгу сидеть в седле или править лошадьми, — он прищурился, задрав голову. — Коршун охотится, — кивнул мне эльф, указывая на невидимые точки в бирюзовом небе. Я подняла глаза, вглядываясь, и с удивлением заметила птицу, раскинувшую крылья и парившую в воздушных потоках. Глаза заслезились, и я опустила голову, моргая и протирая их.
— Разглядела? — эльф пристально посмотрел на меня, слегка наморщив лоб, словно пытаясь разгадать загадку. Наконец, приняв какое-то решение, он похлопал по лавке рядом с собой, приглашая присесть. Я нехотя перелезла и устроилась рядом, глядя на крупы лошадей, бредущих перед нами.
— Кто ты? — задал Глиннаэль давно мучивший его вопрос. — Разглядеть птицу на такой высоте едва ли под силу человеку.
— Разве в остальном я на людей не похожа? — я лукаво прищурилась, глядя на смущенного эльфа.
— В том-то и дело, что в остальном ты обычный человек, я много их видел. Но вот твоя аура… — он замялся, пытаясь подобрать подходящее сравнение. — Она то обычная, как у многих людей — разноцветная, то начинает светиться чистым белым светом. И у твоей подруги я тоже это видел пару раз. Вот сейчас ты смотрела на коршуна и вся буквально засияла. Так кто же ты?
— Да как тебе сказать, — теперь я искала слова, чтобы объяснить свое положение в этом мире. — Сама не знаю, снаружи человек, а внутри — и человек, и эльфийка… — я вкратце попыталась рассказать о том, кто такая Альффаин и что она делает внутри. Глиннаэль слушал, не перебивая, лишь изредка задавал уточняющие вопросы. Рассказ подошел к концу, и некоторое время мы ехали молча, думая каждый о своем. Влажный ветерок сменился сухим, за разговором мы не заметили, как миновали болотистые притоки и теперь ехали по степям Рохана. Я смотрела на знакомый пейзаж, в этих краях я провела три дня, стремясь выжить. Вспомнила, как искала воду и пыталась добывать еду, и меня передернуло. Глиннаэль вздрогнул, выныривая из своих мыслей, и задумчиво посмотрел на меня.
— Ну как, свечусь? — я улыбнулась, раскинув руки. Но эльф лишь серьезно покачал головой.
— Переселение фэа не шутки, Аля, — серьезно проговорил он. — Я слышал о таких случаях, но происходили они так давно, что теперь многими воспринимаются как легенды.
— И чем это заканчивалось? — во рту внезапно пересохло, и я потянулась за флягой, лежавшей за спиной, пытаясь скрыть охватившее меня смятение.
— Ничем плохим, — поспешил успокоить эльф. — Хотя обычно новая фэа становилась сильнее и доминировала в теле хозяина. Но насколько мне известно, переселение всегда проходило в эльфов, да еще и в отчаявшихся, желающих покинуть землю, истаявших… Случаи, когда фэа перемещалась в людей, мне неизвестны.
— Но я же осталась человеком? — проговорила я, с надеждой глядя на Глиннаэля. Тот прищурил глаза, отчего веснушки сбежались в кучку, и покачал головой.
— Я бы на твоем месте на это не надеялся, — он пожал плечами. — Ты смогла договориться с Альффаин, она не будет больше вмешиваться, но и никуда не денется…
Мы снова замолчали, лишь скрип колес да гулкий топот копыт окружали нас.
Страница 5 из 80
