Вторая часть Мерлезонского балета

Даже птицы, казалось, куда-то делись. Громкий крик заставил нас обернуться и остановиться. Увязая сапогами в придорожной пыли, к нам бежала Женечка, придерживая рукой прыгающий за спиной мешок.

— Подождите меня! — запыхавшись, девушка поравнялась с телегой и полезла в нее. Мы недоуменно наблюдали за ее действиями, не додумавшись даже помочь. Забравшись наконец внутрь, она кинула мешок, пролезла на мой уютный «диванчик» и махнула рукой Глиннаэлю. Тот тронул поводья, лошади побрели дальше, а мы уставились на девушку, ожидая разъяснений.

— Этот Фаэллин невыносим! — она бросила назад злой взгляд. — Он грубый, совсем не умеет обращаться с девушками! Он назвал меня невоспитанной хамкой! Сам он хам, козел остроухий! НА СЕБЯ ПОСМОТРИ! — вставая в полный рост, крикнула она эльфу, ехавшему позади.

— Может, расскажешь нормально, что случилось? — я дернула распаленную Женечку вниз, заставляя ее упасть на тюки. Она недовольно посмотрела на меня, но спорить не стала, зато полезла зачем-то в свой мешок. Порывшись там, она достала небольшую книгу, украшенную затейливыми рисунками. К моему удивлению, она была на вестроне, а я в свое время столько книг на синдарине в Лихолесье перелопатила в поисках чего-нибудь написанного на всеобщем!

— Сегодня утром мне дал ее советник короля. Этот… Эвинил… Эунил… Эстинир…

— Элемир, — подсказала я, а Глиннаэль прыснул в кулак, поняв, что речь идет об одном из главных советников короля.

— Ну да, — мотнула головой Женечка. — Так вот, этот Эвинил принес мне книгу, сказал, что до вечера я должна ее прочитать, чтобы знать, как вести себя за столом короля. А то я и так не знаю! — девушка раздраженно посмотрела на книжку, будто пытаясь прожечь в ней дыру. — Я так и сказала этому эльфу в тележке, так он ТАК на меня посмотрел! Будто я лягушка мерзкая и мокрая! Он сказал, что никому не пристало обсуждать приказы короля и что раз мне сказали изучить этикет, то я должна быть благодарна такому вниманию! Да я и без этой книги отлично с Трандуилом общаюсь! Или что, мне расшаркиваться и лебезить перед ним?! Да у него таких дев вокруг и без меня хватает! Ему нужна девушка дерзкая и решительная! Та, что сможет с ним поспорить! А он мне: «Будешь так вести себя с королем, тебя в темницу посадят!».

Я застонала, обхватывая голову руками, а Глиннаэль беззвучно смеялся, глазами спрашивая меня, откуда взялось такое чудо. Закатив глаза, я пожала плечами и попыталась отвлечься от болтовни за спиной. Но ветер как назло давно утих, звонкий голос разносился далеко, чего, впрочем, и добивалась Женечка, изредка поворачивая голову назад, будто проверяя, услышал Фаэллин хоть слово из того, что она говорит. К вечеру голова гудела так, словно рядом с ней весь день били колокола. Я слезла с повозки, направляясь к ручью, твердо решив поговорить сегодня с Трандуилом и просить вернуть Женечку на лошадь. Или я повешусь.

Глава 3. Эльф на выдумки хитер

Ужин проходил оживленно, мы увлеченно стучали приборами по тонкому посеребренному фарфору. Ароматы еды щекотали нос, в желудке радостно урчало маленькое голодное животное, принимая долгожданную пищу. Женечка демонстративно молчала, ожидая, когда с ней кто-нибудь заговорит. Эльфы же, на радостях от тишины с ее стороны, благополучно забыли про нее. Девушка тихо сопела, понимая, что никто не кидается к ней с расспросами. Я упорно игнорировала отчаянные взгляды, которые она бросала на меня через стол, предпочитая слушать разговоры за столом о договорах с Роханом, нежели девушку, доведшую меня до головной боли. Мелодичный стук кубков, звук наливаемого вина, виноградный аромат — меня тянуло выпить. Хотелось почувствовать легкость, не думать о том, что говорить и как себя вести… Эх, наверное, я все-таки алкоголик!

Наевшись до отвала, я грустно подпирала щеку рукой, следя за постепенно пьянеющими эльфами. Мысли о пагубной привычке так расстроили, что хотелось всплакнуть. Веселье приобретало размах, за столом поминутно раздавался смех, эльфы даже вспомнили про Женечку. Ей тоже надоело строить из себя обиженную, и она охотно рассказывала о том, как прошел ее день, умильно вытягивая губки в трубочку и вспоминая «этого ужасного невоспитанного Фаэллина!». Она громко жаловалась на возницу, бросая косые взгляды на короля. Но Трандуил делал вид, что ничего не слышит, намеренно отвернувшись в другую сторону. Тяжелый желудок напомнил о себе — меня неудержимо клонило в сон, и я с трудом сдерживала зевоту.

— Надеюсь, сегодня ты чувствуешь себя лучше? — Элемир, подозрительно тихо просидевший рядом весь вечер, с надеждой посмотрел на меня. Я с трудом вынырнула из дремы (я научилась спать с открытыми глазами!), пытаясь понять, что от меня хотят.

— Лучше? — я наморщила лоб, припоминая, от чего мне может быть плохо. Наконец понимание пришло в голову, и я выпрямилась, кивая.

— Спасибо, уже намного лучше, — я улыбнулась, пытаясь выглядеть «почти выздоровевшей».