Шаг в сторону

Двери были слишком тонкими, поэтому я отлично слышала всё, что происходило в коридоре. Что-то упало, кто-то выругался, помянув многострадальные мерлиновы подштанники… Мистер Корвин опять отчитывал своего ассистента за мелкую провинность. Хорошим он был человеком, хотя и дотошным, словно гоблин. Поэтому его подчиненные никогда не позволяли себе халатно относиться к работе: боялись.

— Крауч, хватит мечтать! — я пощелкала пальцами возле длинного носа моего визави.

Он фыркнул и, качнувшись на стуле, сказал:

— Я не мечтаю. Эти бумаги, — Барти взял в руки несколько исписанных листов, — шеф не подпишет.

— Но почему?

— Потому что надо заполнить стандартный формуляр 97А, заверить его у командующего группы и главы аврората, подождать, пока сверху придёт запрос и…

— … пройти ещё дюжину инстанций, пока мне наконец-то не поставят подпись и не заверят бумажку печатью. Знаю-знаю, вам, бюрократам, только дай развернуться: будете гонять по всем этажам до седьмого пота за паршивой справкой, — проворчала я.

Крауч-младший становился на редкость бестолковым и занудным, когда дело доходило до бумажной волокиты.

— У меня через два дня задание. Мне позарез нужна запасная палочка, — чуть наклонившись вперёд, я постаралась улыбнуться как можно обаятельней. Тщетно! Он откинулся на спинку стула и бросил скучающий взгляд на часы, которые стояли на столе.

— Всё воюешь, Лонгботтом… И не надоело ещё? — Барти с любопытством посмотрел на меня.

— Нет, — чуть помедлив, я добавила: — Это мой долг.

— Как пафосно. Долг, — он сделал паузу, смакуя слово. — У меня через двадцать минут перерыв. Пообедай со мной, и я подумаю, как достать для тебя разрешение.

— Вымогатель, — рассмеявшись, я встала со стула и пошла к выходу.

— Через двадцать минут, — повторил он, а потом чуть тише добавил: — Алиса.

Мы сидели в кафе. Барти изучал меню, я пила кофе и смотрела в окно на проходящих мимо людей. Они были похожи на тараканов: вечно спешащих, бодрых и слепых. Что им стоило остановиться хоть на мгновение и оглянуться вокруг? Увидеть, что уже наступила осень, что в лужах на асфальте плавают жёлтые листья, а другие, рыжие, кружатся в воздухе, подхваченные лёгким ветром. Просто остановиться…

Но времени всегда не хватало, а голова вечно была забита тысячей и одной заботой. Какая осень, какие листья? Всё потом, а сейчас надо было идти на работу. Или за покупками в магазин, или на встречу, которая не принесёт никакого удовольствия, но ты всё равно на неё пойдешь, потому что так нужно.

Я украдкой посмотрела на Крауча — он с аппетитом ел блинчики с джемом. Барти всегда заказывал блинчики на ланч. Удивительно, как они ему ещё не надоели?

— Ты точно ничего не хочешь? — спросил он. — Кофе вредно на голодный желудок.

Я улыбнулась и покачала головой.

— Нет, не хочу. Скоро идти на тренировку.

Тренировки по боевой магии у нашей группы вёл Муди. Они проводились раз в неделю и были обязательны для всех. Старый аврор считал, что двигаться надо много и быстро, поэтому сумасшедший ритм занятий, приправленный острым запахом пота и десятком заклинаний, заставлял жертвовать такими милыми сердцу вещами, как ланч.

— Мистер Корвин не подпишет разрешение на вторую палочку, пока ты не принесёшь все необходимые бумаги. Но, — Барти сделал паузу, — можно пойти другим путем.

— Каким? — поинтересовалась я.

— Купить её в Лютном переулке, — он усмехнулся и отправил в рот ещё один кусочек блина. Джем капнул ему на подбородок, и я, не удержавшись, протянула руку и стерла каплю пальцами.

— Это противозаконно. Палочка наверняка будет незарегистрированной.

— Зато она у тебя будет, — Крауч пожал плечами. — Что для тебя важнее: безопасность или законность?

— И то и другое.

— Ты неисправима, — он покачал головой и, поймав мою руку, стал вытирать салфеткой липкие пальцы. Руки у него были мягкие и влажные, совсем не такие, как у Фрэнка.

Сердце привычно заныло, но я постаралась быстрее выбросить опасные мысли из головы. Мне казалось неправильным сравнивать их даже в мелочах.

— Не глупи, — голос Барти стал терять привычную мягкость, вместо нее появилось раздражение. — Хотя бы раз поступись своими принципами и подумай о будущем.

— Хорошо, — я примирительно улыбнулась, сжав его руку, а он сделал вид, что поверил мне.

Палочку я так и не купила. Зря, как оказалось позже. Несмотря на тщательно спланированную операцию, мы столкнулись с жестким сопротивлением со стороны Пожирателей Смерти. Фабиана Прюэтта ранили, Уайта убили, а нам удалось схватить живым только одного преступника, и то он оказался совсем ещё ребёнком — только год, как закончил Хогвартс.

Мне тоже пришлось несладко. Я была под оборотным зельем, изображая жену политика, который чем-то не угодил Волдеморту, а Уайт играл роль моего супруга.