Фандом: Вселенная Майлза Форкосигана. Саймон Иллиан вступает в должность шефа Имперской СБ, но вместе с должностью получает от предшественника непростое наследство. Это проблемы, враги и сотрудники. И одно иногда сложно отличить от другого.
Добавить в моё избранное
220 мин, 41 сек 17170
Но Иллиан пока не понимал, куда приткнуть кусочек этой мозаики и имеет ли он вообще отношение к сложившейся ситуации, так что отложил совпадение на подкорку. С надеждой, что больше информации принесет эскобарская агентурная сеть, он открыл присланные списки. Перевербованные агенты, двойные агенты, намеренно не разоблаченные информаторы, через которых наша разведка сливала Эскобару «дезу», эскобарские контакты, не замеченные пока в противозаконной деятельности… Инженер-путеец, чиновник, школьный учитель, рантье, отставной сержант, архивистка… Неприметный и безобидный с виду народ. Иллиан махнул рукой и без особой надежды запустил весь этот список в свободный поиск, поставив критерием «за последние две недели». А сам налил себе чашку горького какао, потому что от одного запаха кофе его уже тошнило.
Контекстный анализ быстро выплюнул сырую «простыню» данных, в которой, как и ожидалось, почему-то не был помечен мигающим красным флажком источник всех иллиановских неприятностей. Понятно, придется брать усидчивостью. Аналитик он в прошлом, или так, погулять вышел? Один срез, другой, третий… все еще с нулевым результатом. Четвертый… Источники запросов. Кто-кто?!
— Стефанис! — рявкнул Иллиан в комм-селектор. — Где ты есть? Ко мне в кабинет быстро.
Сержант, очевидно, его рыка не испугался, потому что явился в кабинет шефа через четверть часа и совершенно не запыхавшимся. Хотя, конечно, этот лось здоровенный мог и пробежаться по коридорам штаб-квартиры, дыхания ни разу не сбив. Ничего, сейчас его спокойствию придет полный и безоговорочный конец!
— Доступом для муниципальной стражи ты занимался, сержант? — уточнил Иллиан тем негромким тоном, который в последнее время проходил у него под кодовым названием «эйреловский». А если учесть, что в настоящем гневе Форкосиган говорил как раз шепотом, и это Стефанису было превосходно известно, тот мог бы и поостеречься. А не пялиться на него с улыбкой. Стадию игры в лихого и придурковатого подчиненного перед лицом грозного начальника они давным-давно миновали, а не изображать даже в шутку милых, которые бранятся — только тешатся, у Стефаниса хватало ума.
— Ну, да.
— Лично?
— Нет, курсантов потренироваться посадил, — Стефанис фыркнул. — Лично, лично.
— И как именно ты его организовал?
— Зеркало со ступенчатой репликацией, протокол доступа лямбда-два-три… а что? — Стефанис посмотрел на него и, совершенно не скрываясь, вздохнул. — Саймон, отомри. Ты способный начальник и неплохой аналитик, и мозги у тебя работают как надо, но в информ-сетях ты пока понимаешь меньше, чем те самые курсанты, если они занятий не прогуливали. Скажи, тебе точно нужен ликбез на эту тему прямо сейчас?
— Ну, зачем, — столь же мягко и тихо возразил Иллиан. — У меня на это специалисты есть. Вот, ты, например. Ты ведь легко объяснишь, каким образом персоны с ограниченным уровнем допуска свободно роются в наших данных по агентурной сети?
Он щелчком пальца развернул отчет над пластиной комм-пульта перед самым носом сержанта.
— Пятую строку сверху смотри. Добрый подданный императора, учитель словесности в колледже, по совместительству — раскрытый нами эскобарский агент-информатор. Логи погляди, не стесняйся, полицейский в них изрядно отметился. Сержант, ты как, специально утечку данных устроил, или просто случай удачный подвернулся? — в конце фразы Иллиан поймал себя на том, что уже форменным образом шипит.
Стефанис уткнулся в страницу, наморщил лоб. Потом обернулся, и шутовское выражение с его лица как губкой стерли:
— Вижу, Иллиан. И что муниципалам в этих данных делать нечего, согласен. Но я-то не аналитик, извини, с налета не разберусь. Мне надо посмотреть изнутри, чтобы понять, что случилось. Если это моя ошибка — отвечу по всей строгости… сэр.
Иллиан выставил его разбираться и лишь затем позволил себе поморщиться. «Да уж, ответишь. Только что с тебя взять?» Штраф с грошей сержантского жалования, понижение в должности от просто помощника аж до помощника младшего или катастрофическое для карьеры Стефаниса разжалование в капралы?
Рекомендация капитана Негри, а заодно — и Форкосигана, практически гарантировала, что Стефанису следовало доверять. А поступки того так же явно говорили об обратном. Напрашивался странный вывод, что Фил Стефанис нарочно старался, чтобы в ныне провальных эскобарских делах Иллиан решил ему не доверять. Сперва вранье насчет Мийоча, потом эта вопиющая неаккуратность с доступом… Хотя, по правде говоря, Стефанис не мог знать, что с Мийочем все-таки прокололся. Точнее, прокололся повторно, прикрыв ложь о существующем знакомстве практически доказанным враньем о несуществовавшем интиме. Или все-таки мог?
Какая-то бесконечная матрешка, ложь внутри лжи. Стефанис, сука, охренительно сложная личность, прямо какой-то резидент в тылу врага! Только просветишь один его слой, под ним обнаруживается еще.
Контекстный анализ быстро выплюнул сырую «простыню» данных, в которой, как и ожидалось, почему-то не был помечен мигающим красным флажком источник всех иллиановских неприятностей. Понятно, придется брать усидчивостью. Аналитик он в прошлом, или так, погулять вышел? Один срез, другой, третий… все еще с нулевым результатом. Четвертый… Источники запросов. Кто-кто?!
— Стефанис! — рявкнул Иллиан в комм-селектор. — Где ты есть? Ко мне в кабинет быстро.
Сержант, очевидно, его рыка не испугался, потому что явился в кабинет шефа через четверть часа и совершенно не запыхавшимся. Хотя, конечно, этот лось здоровенный мог и пробежаться по коридорам штаб-квартиры, дыхания ни разу не сбив. Ничего, сейчас его спокойствию придет полный и безоговорочный конец!
— Доступом для муниципальной стражи ты занимался, сержант? — уточнил Иллиан тем негромким тоном, который в последнее время проходил у него под кодовым названием «эйреловский». А если учесть, что в настоящем гневе Форкосиган говорил как раз шепотом, и это Стефанису было превосходно известно, тот мог бы и поостеречься. А не пялиться на него с улыбкой. Стадию игры в лихого и придурковатого подчиненного перед лицом грозного начальника они давным-давно миновали, а не изображать даже в шутку милых, которые бранятся — только тешатся, у Стефаниса хватало ума.
— Ну, да.
— Лично?
— Нет, курсантов потренироваться посадил, — Стефанис фыркнул. — Лично, лично.
— И как именно ты его организовал?
— Зеркало со ступенчатой репликацией, протокол доступа лямбда-два-три… а что? — Стефанис посмотрел на него и, совершенно не скрываясь, вздохнул. — Саймон, отомри. Ты способный начальник и неплохой аналитик, и мозги у тебя работают как надо, но в информ-сетях ты пока понимаешь меньше, чем те самые курсанты, если они занятий не прогуливали. Скажи, тебе точно нужен ликбез на эту тему прямо сейчас?
— Ну, зачем, — столь же мягко и тихо возразил Иллиан. — У меня на это специалисты есть. Вот, ты, например. Ты ведь легко объяснишь, каким образом персоны с ограниченным уровнем допуска свободно роются в наших данных по агентурной сети?
Он щелчком пальца развернул отчет над пластиной комм-пульта перед самым носом сержанта.
— Пятую строку сверху смотри. Добрый подданный императора, учитель словесности в колледже, по совместительству — раскрытый нами эскобарский агент-информатор. Логи погляди, не стесняйся, полицейский в них изрядно отметился. Сержант, ты как, специально утечку данных устроил, или просто случай удачный подвернулся? — в конце фразы Иллиан поймал себя на том, что уже форменным образом шипит.
Стефанис уткнулся в страницу, наморщил лоб. Потом обернулся, и шутовское выражение с его лица как губкой стерли:
— Вижу, Иллиан. И что муниципалам в этих данных делать нечего, согласен. Но я-то не аналитик, извини, с налета не разберусь. Мне надо посмотреть изнутри, чтобы понять, что случилось. Если это моя ошибка — отвечу по всей строгости… сэр.
Иллиан выставил его разбираться и лишь затем позволил себе поморщиться. «Да уж, ответишь. Только что с тебя взять?» Штраф с грошей сержантского жалования, понижение в должности от просто помощника аж до помощника младшего или катастрофическое для карьеры Стефаниса разжалование в капралы?
Рекомендация капитана Негри, а заодно — и Форкосигана, практически гарантировала, что Стефанису следовало доверять. А поступки того так же явно говорили об обратном. Напрашивался странный вывод, что Фил Стефанис нарочно старался, чтобы в ныне провальных эскобарских делах Иллиан решил ему не доверять. Сперва вранье насчет Мийоча, потом эта вопиющая неаккуратность с доступом… Хотя, по правде говоря, Стефанис не мог знать, что с Мийочем все-таки прокололся. Точнее, прокололся повторно, прикрыв ложь о существующем знакомстве практически доказанным враньем о несуществовавшем интиме. Или все-таки мог?
Какая-то бесконечная матрешка, ложь внутри лжи. Стефанис, сука, охренительно сложная личность, прямо какой-то резидент в тылу врага! Только просветишь один его слой, под ним обнаруживается еще.
Страница 43 из 63
