Фандом: Вселенная Майлза Форкосигана. Саймон Иллиан вступает в должность шефа Имперской СБ, но вместе с должностью получает от предшественника непростое наследство. Это проблемы, враги и сотрудники. И одно иногда сложно отличить от другого.
Добавить в моё избранное
220 мин, 41 сек 17173
Хорошая память — это достоинство, но не тогда, когда она перетекает в злопамятность.
Если беседа потекла в таком направлении, фамилию Стефаниса как потенциальной занозы и источника беспокойства и вправду лучше не упоминать. Иллиан ограничился обтекаемым:
— Ты не в духе.
— Ну что ты, сейчас я сама кротость. Но мое настроение стремительно испортится, если ты не перестанешь ходить вокруг да около, — Форкосиган едва приметно нахмурился.
— О'кей. Только попрошу не смеяться, — Иллиан сам неловко усмехнулся. — Мне не нравится, что творится в моих служебных делах в последний месяц — и либо меня сглазили, чего не бывает в природе, либо эта цепочка невезений имеет свою причину, живую и деятельную. Но я пока не знаю, где ее искать.
— Вот уж никогда не думал, — съязвил Форкосиган, — что шеф моей СБ придет ко мне сетовать на потенциальный заговор и сообщать, что не знает, в какую сторону вести расследование. Предположительно должно быть наоборот — это ты должен находить злоумышленников и приносить мне на блюдечке, уже расколотых, как орехи.
— Вот это в твоем понимании означает «не смеяться»?
— А что же не смеяться, если смешно? — резонно возразил тот. — Жалобы тебе не идут.
— Жалобы? Нет, вовсе нет. Это была просто преамбула, — неожиданно принял решение Иллиан. Всю прошлую неделю он сомневался, но резкость Эйрела каким-то образом заставляла его положить конец колебаниям. — Хочу официально известить вас, сэр, что я намерен устроить себе короткую командировку на Комарру и собственными глазами взглянуть на место, где зародилась первая из моих недавних неприятностей. И если Империя способна какое-то время обойтись без моего личного присутствия в столице…
Он осекся, потому что Эйрел встал, шагнул к нему. Иллиан слегка опешил, когда тот взял его за плечи и слегка повертел, словно осматривая. Хотелось передернуть плечами, высвобождаясь из рук: слишком пристальным был этот осмотр.
— Саймон, — тот покачал головой. — Поехать ты, разумеется, можешь. Неделю я без тебя точно обойдусь, а если вдруг понадобишься, так выдерну тебя с Комарры так резво, что обратно всю дорогу тебе придется толкать корабль в корму, подгоняя его. Но тебе не кажется, что это жест отчаяния? Конечно, ты шеф и в своем праве, но я тебя не первый месяц знаю. Ты по профессии не следователь, а аналитик, и если начнешь разбираться, что случилось на Комарре с беглым офицером, ты будешь скорее стоять над душой у собственных подчиненных, а не приносить пользу. Вот разве что свое беспокойство приглушишь бурной деятельностью. Дело полезное, я не спорю, но раньше я ни разу не видел, чтобы ты так дергался. Видно, по-настоящему припекло. Может, ты и вправду берешь на себя нагрузку не под силу?
Это уже говорил не регент, но друг. Очень проницательный друг. Может, Иллиану стоило заранее поразмышлять наедине с собой, есть ли у него неразрешимые проблемы, и действительно ли он не справляется с наступившим кризисом или берет на себя нагрузку свыше сил. Но это был первый его крупный служебный кризис, первая попытка перевалить через гребень волны самостоятельно, и он просто не имел под рукой никакого масштаба для сравнения.
— Не больше, чем ты, — тем не менее, попытался уйти он в защиту.
Форкосиган усмехнулся:
— Можем, конечно, помериться, у кого длиннее… список первоочередных задач на неделю. Но я серьезно. Идея реоганизовать СБ в единого монстра по всему комплексу задач исходила от меня, не забывай. А я тоже человек и способен ошибаться. Если ты пытаешься построить работу на моей ошибке…
— Я не знал, стоит ли тебе говорить об этом, — признался Иллиан через силу. — Сам понимаешь, что врать я не стал бы ни при каком раскладе, но между честностью и откровенностью всегда есть «серая зона». Дело не во внешней разведке как таковой, а в том, что я в упор не понимаю, действительная моя проблема или надуманная, а то и вовсе… созданная кем-то? Куча неприятностей, разнородных, мелких, демонстративных — и к каждой из них оказывается хоть каким-то образом причастен один и тот же человек, которому я по идее должен доверять полностью. Так что, милорд регент, у меня болит и чешется методологический вопрос. Если я не доверяю никому — мы приходим к той же структуре тайных ячеек, которую придерживался Негри, и которую вы приказали мне перестроить. Если наоборот — у меня отрастает «слепое пятно». И?
— Этот твой человек сейчас на Комарре? — уточнил Форкосиган напрямую. Иллиан помотал головой. — Если нет, прими мой личный совет: не дури и не пытайся искать под фонарем только потому, что там светлее. Кучу времени потратишь, а разобраться все равно не разберешься. — Он фыркнул и добавил несколько загадочно: — Уж я-то знаю.
17
— Шеф, а, может, хватит на сегодня? Не все такие железные… то есть с железкой в голове. А что будет, если она у тебя перегреется?
Если беседа потекла в таком направлении, фамилию Стефаниса как потенциальной занозы и источника беспокойства и вправду лучше не упоминать. Иллиан ограничился обтекаемым:
— Ты не в духе.
— Ну что ты, сейчас я сама кротость. Но мое настроение стремительно испортится, если ты не перестанешь ходить вокруг да около, — Форкосиган едва приметно нахмурился.
— О'кей. Только попрошу не смеяться, — Иллиан сам неловко усмехнулся. — Мне не нравится, что творится в моих служебных делах в последний месяц — и либо меня сглазили, чего не бывает в природе, либо эта цепочка невезений имеет свою причину, живую и деятельную. Но я пока не знаю, где ее искать.
— Вот уж никогда не думал, — съязвил Форкосиган, — что шеф моей СБ придет ко мне сетовать на потенциальный заговор и сообщать, что не знает, в какую сторону вести расследование. Предположительно должно быть наоборот — это ты должен находить злоумышленников и приносить мне на блюдечке, уже расколотых, как орехи.
— Вот это в твоем понимании означает «не смеяться»?
— А что же не смеяться, если смешно? — резонно возразил тот. — Жалобы тебе не идут.
— Жалобы? Нет, вовсе нет. Это была просто преамбула, — неожиданно принял решение Иллиан. Всю прошлую неделю он сомневался, но резкость Эйрела каким-то образом заставляла его положить конец колебаниям. — Хочу официально известить вас, сэр, что я намерен устроить себе короткую командировку на Комарру и собственными глазами взглянуть на место, где зародилась первая из моих недавних неприятностей. И если Империя способна какое-то время обойтись без моего личного присутствия в столице…
Он осекся, потому что Эйрел встал, шагнул к нему. Иллиан слегка опешил, когда тот взял его за плечи и слегка повертел, словно осматривая. Хотелось передернуть плечами, высвобождаясь из рук: слишком пристальным был этот осмотр.
— Саймон, — тот покачал головой. — Поехать ты, разумеется, можешь. Неделю я без тебя точно обойдусь, а если вдруг понадобишься, так выдерну тебя с Комарры так резво, что обратно всю дорогу тебе придется толкать корабль в корму, подгоняя его. Но тебе не кажется, что это жест отчаяния? Конечно, ты шеф и в своем праве, но я тебя не первый месяц знаю. Ты по профессии не следователь, а аналитик, и если начнешь разбираться, что случилось на Комарре с беглым офицером, ты будешь скорее стоять над душой у собственных подчиненных, а не приносить пользу. Вот разве что свое беспокойство приглушишь бурной деятельностью. Дело полезное, я не спорю, но раньше я ни разу не видел, чтобы ты так дергался. Видно, по-настоящему припекло. Может, ты и вправду берешь на себя нагрузку не под силу?
Это уже говорил не регент, но друг. Очень проницательный друг. Может, Иллиану стоило заранее поразмышлять наедине с собой, есть ли у него неразрешимые проблемы, и действительно ли он не справляется с наступившим кризисом или берет на себя нагрузку свыше сил. Но это был первый его крупный служебный кризис, первая попытка перевалить через гребень волны самостоятельно, и он просто не имел под рукой никакого масштаба для сравнения.
— Не больше, чем ты, — тем не менее, попытался уйти он в защиту.
Форкосиган усмехнулся:
— Можем, конечно, помериться, у кого длиннее… список первоочередных задач на неделю. Но я серьезно. Идея реоганизовать СБ в единого монстра по всему комплексу задач исходила от меня, не забывай. А я тоже человек и способен ошибаться. Если ты пытаешься построить работу на моей ошибке…
— Я не знал, стоит ли тебе говорить об этом, — признался Иллиан через силу. — Сам понимаешь, что врать я не стал бы ни при каком раскладе, но между честностью и откровенностью всегда есть «серая зона». Дело не во внешней разведке как таковой, а в том, что я в упор не понимаю, действительная моя проблема или надуманная, а то и вовсе… созданная кем-то? Куча неприятностей, разнородных, мелких, демонстративных — и к каждой из них оказывается хоть каким-то образом причастен один и тот же человек, которому я по идее должен доверять полностью. Так что, милорд регент, у меня болит и чешется методологический вопрос. Если я не доверяю никому — мы приходим к той же структуре тайных ячеек, которую придерживался Негри, и которую вы приказали мне перестроить. Если наоборот — у меня отрастает «слепое пятно». И?
— Этот твой человек сейчас на Комарре? — уточнил Форкосиган напрямую. Иллиан помотал головой. — Если нет, прими мой личный совет: не дури и не пытайся искать под фонарем только потому, что там светлее. Кучу времени потратишь, а разобраться все равно не разберешься. — Он фыркнул и добавил несколько загадочно: — Уж я-то знаю.
17
— Шеф, а, может, хватит на сегодня? Не все такие железные… то есть с железкой в голове. А что будет, если она у тебя перегреется?
Страница 46 из 63
