Кадровый вопрос

— сержант интимно понизил голос, будто его мог услышать кто-то посторонний, хотя кабинет был защищен по высшему разряду.

— Не помню, чтобы просил учить меня моей работе, — привычно огрызнулся Иллиан, поднимая голову от электронного досье. Настроение у него было прескверным.

— Что ты собираешься еще извлечь из этих файлов, порцию головной боли наутро? — Стефанис мазнул пальцем по комм-панели у себя на коленях, перелистнул страницу. Судя по рассеянному виду, наверняка не делами занимался, а читал. — Ответа, почему сбежал твой Мийоч, там все равно нет, ты уже смотрел… И не пытайся убить меня взглядом. Я только хотел поддержать беседу.

— Я, — признался Иллиан нехотя, — устал.

— Немудрено, — Стефанис показательно зевнул. — Четвертый час ночи.

Если бы Иллиан вылетел на Комарру, как собирался, он бы уже миновал первый П-В туннель. Хотя время все равно осталось бы тем же: все корабли барраярского флота жили по одному общему часовому поясу — Форбарр-Султаны, и почтовый курьер не был исключением. Но при всей своей стремительности даже он долетал от Барраяра до Комарры почти за трое хвостиком суток. Бессмысленная задержка.

— Пошли спать, Саймон, — Стефанис самым фамильярным образом присел на край комм-пульта. — Пожалей меня. В-первых, я соскучился, а, во-вторых, сейчас вывихну челюсть, зевая.

Да уж, глас здравого смысла. Давно пора ложиться, и для спасения от кошмаров (более правдоподобный вариант — удовольствия ради, поскольку кошмары к Саймону не возвращались уже давно) — с любовником под боком.

Иллиан молча растянулся на койке, и Стефанис, не смущенный его неприветливостью, устроился рядом. Подлез под руку, привычно умостился на подушке… Любовник под рукой — это приятно. А умелый и знающий помощник рядом — еще и удобно. Но вот потенциальный «крот» в ближнем окружении шефа СБ — уже некстати. Добро бы Иллиан знал, в чью пользу работает сержант Стефанис и кому через него можно сливать необходимую дезинформацию. Но по всему, что ему было известно об этом человеке, тот был до неправдоподобия лоялен, ему лично доверял прежний глава СБ и нынешний регент, и он обладал самым высоким допуском из возможных. И при этом просто врал своему начальству в лицо.

Как-то с этим бардаком надо было заканчивать.

— А знаешь, от чего я устал больше всего? — решился он. — От твоего вранья.

— Э-э? — Стефанис опешил. — Сейчас на самом деле двадцать минут четвертого. Неужто у тебя впрямь чип закоротило?

Иллиан приподнялся на локте:

— Фил, — сказал он очень мягко, — хамить начальству именно в тот момент, когда это самое начальство основательно на тебя злится, не лучшая стратегия. Я верю, что у тебя хватает ума это понять и внимательно меня выслушать.

— Ты зануда и параноик, — констатировал Стефанис печально. — Прекрасное качество для твоей должности, согласен. Но ты уверен, что мы переживем его обострение до самого утра? Спать-то хочется.

— Я не склонен сейчас к шуткам, Стефанис.

— Значит, чушь несешь! — отрезал тот. — Что на тебя нашло на ровном месте? Саймон!

— Место уже давно не ровное, и мы катимся черт знает куда. Пора поговорить. Конечно, мы с тобой в комнате один на один, но я полагаю, твоя нелояльность ко мне не доходит до попытки покушения. Иначе в тебе ошибались и Форкосиган, и Негри, а их совокупное мнение дорогого стоит.

Вот это уже была шутка, но невеселая. Определенно, тело Иллиана интересовало Стефаниса исключительно в сексуальном смысле, а если что и стало объектом его намеренной диверсии, то мозги. И этот вопрос следовало прояснить раз и навсегда.

— Нелояльность? — сержант оторопел, посмотрел совершенно честными глазами, чем укрепил Иллиана в подозрениях еще сильней.

— И ложь. Ты врал мне и до того, не говоря об умалчивании и утаивании информации, но я списывал это на изначальное недоверие к человеку, занимающему кресло, в котором раньше сидел твой приемный отец. Мы тогда с тобой хорошенько объяснились, и я полагал, что ты этой чушью переболел. Как выяснилось, нет… И отодвинься хоть немного, мы с тобой о серьезных вещах говорим, а не в постели тискаемся.

— Да я вообще сесть могу, — буркнул Стефанис. — Надеюсь, встать руки-по-швам ты от меня не потребуешь?

— Не передергивай, — Иллиан поморщился. — В последнее время этих неприятных признаков стало слишком много, чтобы я мог закрыть на них глаза. И это время приблизительно совпадает с тем моментом, когда начались сложности с Эскобаром. Ты допустил муниципальную стражу к сведениям об эскобарских агентах. Не знаю, от тебя ли, но в то же самое время вовне ушла информация о том, что я сижу на препаратах. Ты в один голос со старым хреном Форзауном убеждал меня, что внешнюю разведку СБ не потянуть. Помнишь? Это все можно было бы списать на случайность, но о недавних разговорах и якобы интимном знакомстве с пропавшим Мийочем ты уж точно сам мне соврал, никто тебя за язык не тянул.