Фандом: Ориджиналы. Не такое уж далёкое будущее. Благодаря нескольким научным открытиям появляется возможность более эффективно исследовать ближнее космическое пространство. Однако отправить в такое путешествие живого человека до сих пор нельзя из-за ряда технологических ограничений. Учёные предлагают очень спорное с точки зрения морали решение.
Добавить в моё избранное
39 мин, 12 сек 7408
Это была бы красивая и достойная смерть.
Однако я все же летел к Земле, продолжая надеяться, что это еще не конец моего путешествия.
И я долетел.
На околоземной орбите ничего не было: ни станций, ни спутников, ни космического мусора. Я испугался — вдруг за то время, которое я провел без системы связи, случился глобальный катаклизм, и человечество вымерло?
Я навел главную камеру на земную поверхность и с облегчением понял, что с человечеством все в порядке. Я отчетливо увидел какую-то городскую площадь и даже людей, которые сидят за столиками летнего кафе. Видимо, теперь использовались какие-то другие технологии, не требующие наличия на орбите Земли специальных объектов.
Я переместился и нашел на планете Москву, после чего навел объектив камеры на Кремль.
Почти сразу я отключился.
— Наверное, это какой-то корабль из проекта Саидова, и он даже еще немного работает, — услышал я мужской голос. Я попытался осмотреться, но оказалось, что никаких камер у меня нет. Еще, кажется, я стоял на твердой поверхности, а не летел в невесомости.
— Ты думаешь? Какой-то он уж слишком потрепанный, — ответила мужчине какая-то девушка.
Судя по звукам голосов и эху, я и эти двое находились в каком-то большом помещении.
— У него повреждены почти все хранилища данных, и ничего нельзя утверждать наверняка, но мне кажется, что это именно тот корабль, который пропал в поясе астероидов, когда китайцы взорвали один из них, — спустя какое-то время проговорил мужчина.
— Это «Разум-1»?! — воскликнула девушка. — Ничего себе!
— Вполне возможно, почему нет, — сказал мужчина.
Я попытался что-то сказать, подтвердить то, что я именно «Разум-1», но, как оказалось, нейроинтерфейс соединял меня только со звуковым датчиком, а голосового оборудования или камер к моему мозгу не было подключено.
— Так, а хранилище первого порядка у него тоже повреждено? — спросила девушка.
«Хранилище первого порядка». Надо же. Похоже, этот термин обозначал мой живой мозг.
— Вроде нет, но я не знаю точно, как к нему подключиться, — ответил мужчина.
— Давай вот так попробуем, — девушка что-то сделала, и я почувствовал, что соединился с компьютером. Через пару секунд я нашел камеру и увидел тех, чьи голоса только что слышал. Это и вправду были пожилой мужчина и совсем молоденькая девушка. Оба были одеты в белые свободные комбинезоны с эмблемами корпорации «РКТ» на рукавах. У мужчины на груди была нашивка с именем«Меньшов Василий», а у девушки — «Павлова Ирина». Еще секунд через двадцать я осознал, как сделать так, чтобы можно было говорить вслух.
— Здравствуйте! — сказал я.
— О! — синхронно воскликнули Василий и Ирина.
— Я на Земле? — спросил я.
— Да!
— Как я сюда попал?
— Вас обездвижил и доставил сюда робот-перехватчик. Вы целились в Кремль, и он расценил это как угрозу национальной безопасности, — объяснил Василий.
— Как все серьезно, — усмехнулся я.
— А вы правда «Разум-1»? — спросила Ирина.
— Да. «Разум-1», Игорь Юрьев. Я потерял связь с Землей девять лет назад. А вообще я не был на Земле семьдесят восемь лет.
— Впечатляет, — сказал Василий.
— Скажите, с моим мозгом все в порядке? — задал я вопрос, который больше всего меня мучил.
— Да, ваше хранилище первого порядка исправно, и ваш искусственный интеллект не поврежден, — осторожно сказала Ирина.
— Зачем вы используете такой длинный термин, если есть короткое слово «мозг»? — почему-то обидевшись, спросил я. — Он живой и настоящий, а не какое-то там «хранилище»!
Василий и Ирина переглянулись.
— Мне кажется, то, что находится в вашем управляющем модуле, не является мозгом в общепринятом смысле этого слова, — осторожно проговорила Ирина.
— А чем же «оно» является? — как можно ехиднее спросил я.
— Биокомпьютером. Давайте я вам покажу, — Ирина подсоединила к компьютеру еще одну камеру. — Подключитесь к ней.
Я соединился с камерой, Ирина поднесла ее ко мне, и я увидел себя со стороны: я стоял в центре большого зала, и с меня сняли внешний корпус и все поврежденные детали. Ирина нажала какую-то кнопку, и крышка, которая закрывала управляющий модуль, мягко поднялась вверх.
Я ожидал увидеть свой открытый мозг, но там ничего такого не было. Ирина куда-то надавила и вытащила совсем маленький, длиной примерно два сантиметра и диаметром семь-восемь миллиметров, прозрачный цилиндр, заполненный мелкими бледно-розовыми шариками и мутноватой серой жидкостью. От цилиндра внутрь корпуса корабля тянулось несколько проводков нейроинтерфейса.
— Это хранилище первого порядка, место нахождения вашего искусственного интеллекта, — сказала Ирина, показывая на цилиндр. — А больше в управляющем модуле вашего корабля ничего нет, потому что бортовой компьютер мы уже вытащили.
Однако я все же летел к Земле, продолжая надеяться, что это еще не конец моего путешествия.
И я долетел.
На околоземной орбите ничего не было: ни станций, ни спутников, ни космического мусора. Я испугался — вдруг за то время, которое я провел без системы связи, случился глобальный катаклизм, и человечество вымерло?
Я навел главную камеру на земную поверхность и с облегчением понял, что с человечеством все в порядке. Я отчетливо увидел какую-то городскую площадь и даже людей, которые сидят за столиками летнего кафе. Видимо, теперь использовались какие-то другие технологии, не требующие наличия на орбите Земли специальных объектов.
Я переместился и нашел на планете Москву, после чего навел объектив камеры на Кремль.
Почти сразу я отключился.
— Наверное, это какой-то корабль из проекта Саидова, и он даже еще немного работает, — услышал я мужской голос. Я попытался осмотреться, но оказалось, что никаких камер у меня нет. Еще, кажется, я стоял на твердой поверхности, а не летел в невесомости.
— Ты думаешь? Какой-то он уж слишком потрепанный, — ответила мужчине какая-то девушка.
Судя по звукам голосов и эху, я и эти двое находились в каком-то большом помещении.
— У него повреждены почти все хранилища данных, и ничего нельзя утверждать наверняка, но мне кажется, что это именно тот корабль, который пропал в поясе астероидов, когда китайцы взорвали один из них, — спустя какое-то время проговорил мужчина.
— Это «Разум-1»?! — воскликнула девушка. — Ничего себе!
— Вполне возможно, почему нет, — сказал мужчина.
Я попытался что-то сказать, подтвердить то, что я именно «Разум-1», но, как оказалось, нейроинтерфейс соединял меня только со звуковым датчиком, а голосового оборудования или камер к моему мозгу не было подключено.
— Так, а хранилище первого порядка у него тоже повреждено? — спросила девушка.
«Хранилище первого порядка». Надо же. Похоже, этот термин обозначал мой живой мозг.
— Вроде нет, но я не знаю точно, как к нему подключиться, — ответил мужчина.
— Давай вот так попробуем, — девушка что-то сделала, и я почувствовал, что соединился с компьютером. Через пару секунд я нашел камеру и увидел тех, чьи голоса только что слышал. Это и вправду были пожилой мужчина и совсем молоденькая девушка. Оба были одеты в белые свободные комбинезоны с эмблемами корпорации «РКТ» на рукавах. У мужчины на груди была нашивка с именем«Меньшов Василий», а у девушки — «Павлова Ирина». Еще секунд через двадцать я осознал, как сделать так, чтобы можно было говорить вслух.
— Здравствуйте! — сказал я.
— О! — синхронно воскликнули Василий и Ирина.
— Я на Земле? — спросил я.
— Да!
— Как я сюда попал?
— Вас обездвижил и доставил сюда робот-перехватчик. Вы целились в Кремль, и он расценил это как угрозу национальной безопасности, — объяснил Василий.
— Как все серьезно, — усмехнулся я.
— А вы правда «Разум-1»? — спросила Ирина.
— Да. «Разум-1», Игорь Юрьев. Я потерял связь с Землей девять лет назад. А вообще я не был на Земле семьдесят восемь лет.
— Впечатляет, — сказал Василий.
— Скажите, с моим мозгом все в порядке? — задал я вопрос, который больше всего меня мучил.
— Да, ваше хранилище первого порядка исправно, и ваш искусственный интеллект не поврежден, — осторожно сказала Ирина.
— Зачем вы используете такой длинный термин, если есть короткое слово «мозг»? — почему-то обидевшись, спросил я. — Он живой и настоящий, а не какое-то там «хранилище»!
Василий и Ирина переглянулись.
— Мне кажется, то, что находится в вашем управляющем модуле, не является мозгом в общепринятом смысле этого слова, — осторожно проговорила Ирина.
— А чем же «оно» является? — как можно ехиднее спросил я.
— Биокомпьютером. Давайте я вам покажу, — Ирина подсоединила к компьютеру еще одну камеру. — Подключитесь к ней.
Я соединился с камерой, Ирина поднесла ее ко мне, и я увидел себя со стороны: я стоял в центре большого зала, и с меня сняли внешний корпус и все поврежденные детали. Ирина нажала какую-то кнопку, и крышка, которая закрывала управляющий модуль, мягко поднялась вверх.
Я ожидал увидеть свой открытый мозг, но там ничего такого не было. Ирина куда-то надавила и вытащила совсем маленький, длиной примерно два сантиметра и диаметром семь-восемь миллиметров, прозрачный цилиндр, заполненный мелкими бледно-розовыми шариками и мутноватой серой жидкостью. От цилиндра внутрь корпуса корабля тянулось несколько проводков нейроинтерфейса.
— Это хранилище первого порядка, место нахождения вашего искусственного интеллекта, — сказала Ирина, показывая на цилиндр. — А больше в управляющем модуле вашего корабля ничего нет, потому что бортовой компьютер мы уже вытащили.
Страница 8 из 11
