Пари

Так почему бы просто всё не бросить? Я боялся себя и понимал, что вот-вот плюну на свои благие намерения: подходящего Вершителя всё равно не отыскать, а что до того, чтобы остаться в Тихом городе самому… Ну хорошо, я туда отправлюсь, как договаривались. Вот только никакой острой и болезненной ностальгии по Миру вы от меня не получите, господа древние колдуны. Я простой эмигрант, который скучал на родине и радовался неприхотливым чудесам столицы. Но ни прежняя родина, ни нынешняя не имеют надо мной власти. Ничуть не больше, чем любой другой из миров за дверями Хумгата. Я уроженец Тёмной стороны, а её можно найти везде, в любом мире, на любом континенте. Но Мир по эту сторону для меня чужой, и я не помню, зачем его спасать.

— Ну, хотя бы потому, что она сказала, что это невозможно, — негромко пробормотала Сотофа.

Видимо, последняя фраза моих размышлений всё-таки прозвучала вслух.

— Что? — я встрепенулся, как будто после сна.

— Рани сказала, что ты не сможешь уберечь Мир от гибели. Ты можешь доказать, что она ошибается. По-моему, неплохой мотив.

Я досадливо отмахнулся:

— Она считала, что ничего не получится, если она останется со мной. Про то, что будет, если она уйдёт, мы не говорили.

Сотофа вздохнула и принялась переставлять тарелки на столе с таким видом, словно показала мне пустяковый фокус, требующий всего-то второй ступени чёрной магии, а я так и не смог его запомнить.

— Ничего-то ты не знаешь, — наконец произнесла она. — Ничегошеньки.

Я вопросительно на неё посмотрел. Потом ещё пристальнее. А затем и вообще вытаращился. Но Сотофа продолжала молчать, словно не понимая значения моих гримас. Наконец я не выдержал:

— Не хочешь говорить — не надо. Или ты желаешь услышать, что да, я дурак такой, и правда ничего не могу понять?

— Для начала было бы неплохо, — усмехнулась она. — Но, будем считать, ты уже признался. Рани может сколько угодно прикрываться историей магии, но она повернула своё колесо времени не потому, что хотела дать тебе возможность заниматься спасением Мира ни на что не отвлекаясь.

Она сделала ещё одну паузу — вроде тех, какими я периодически мучаю своих сотрудников, — за время которой я уже успел решить, что ради продолжения мне придётся ещё пару раз обозвать себя идиотом. Но обошлось:

— На самом деле, она просто боится. Рани ценит тебя куда больше, чем ты думаешь. И верит, что раз уж у тебя ничего не вышло, то ни у кого не получится. А с ней или без неё значения не имеет. Вот она и поспешила перейти Мост времени до того момента, когда одна из его опор повиснет в пустоте.

Не могу сказать, что разбираюсь в людях хуже других. Будь это так, я вряд ли прожил бы долго. Идея, что Рани могла чего-то бояться, показалась мне редкостным абсурдом. Но, как это часто бывает, казалась-то она глупостью, а была абсолютной правдой. Я это почувствовал, как обычно чувствую магию.

Итак, она просто испугалась. Я бы не сказал, что моя грусть от этого стала меньше, но вот обиды точно убавилось: страх — великая вещь, а не верите — спросите Лойсо Пондохву. Если найдёте, конечно.

Правда, я по-прежнему не вполне понимал, что хотела сказать мне Сотофа.

— И?

— Неужели не понимаешь? — всплеснула руками она. — Если тебе позарез необходима причина, просто считай, что Рани заключила с тобой пари.

В моей голове что-то щёлкнуло. Сначала затуманилось, а потом прояснилось. Можете считать меня сумасшедшим, но мною завладел азарт. Сотофа совершенно права. Это пари. И я его выиграю. «Значит, такого Вершителя, какой мне нужен, я нигде не найду, Рани? Что ж, верно. Вот только я и искать не стану. Вместо этого»…

— Джуффин, ты чего? — Сотофа потрясла меня за плечо и даже пару раз щёлкнула пальцами у меня перед глазами. — С тобой всё в порядке?

Я согласно кивнул, но ничего не ответил, всё ещё блуждая во власти своих мыслей. Однако Сотофа не отставала, продолжая меня трясти:

— Признавайся, старый лис! Неужели ты уже знаешь, как выиграть?

— Лучше… — я расплылся в широчайшей, довольнейшей в мире улыбке. — Я знаю, как сжульничать.

Она хихикнула как девчонка и легонько толкнула меня плечом:

— Я знала, что ты обязательно что-нибудь придумаешь.

— Верно… — я снова ухмыльнулся.

Поправка: не «что-то», а кого-то. Но Сотофе об этом знать пока не обязательно.