Фандом: Гарри Поттер. Быть капитаном — значит помогать игрокам своей команды всегда и во всём.
Добавить в моё избранное
14 мин, 32 сек 9597
Вот зажмуривает глаза перед сложным виражом, и вместо полупетли с уходом в штопор получается не пойми что. С другой стороны, пасы она отдавала всё так же точно и, если не опаздывала на мяч, то реализовывала два из трёх моментов, а значит, проблемы были не с игрой.
— Команда, подлетите все сюда, — коли уж выпало мне быть капитаном, надо провести разбор полётов. — Джим, Рич, вы молодцы, бьёте сильно, но поработайте над точностью, — загонщики кивнули, принимая к сведению, а я продолжил: — Рон, чуть увереннее на выходах, это раз. И у тебя постоянно левый угол не до конца закрыт, половина твоих голов именно туда, — Рон сжал губы, сдерживая ругательства — к пропущенным голам он относился крайне болезненно. По его собственному выражению: «Как серпом по»…, — по чему конкретно, прояснить не дала Гермиона, возмущённо одёрнувшая Рона, но мы с ним друг друга поняли. Странно было только, что наша подруга знала это выражение.
Остались Охотницы.
— Ну и вы, леди, — вышеуказанные леди заулыбались, но в корне по-разному. Демельза улыбалась открыто, готовая внимать моим ценным наставлениям, Джинни, будто рисуясь, распустила волосы, лукаво поглядывая на меня: заметил ли я, как солнце заиграло на её рыжих прядях? Кэти же улыбалась как-то отрешённо, прекрасно понимая, как сегодня отыграла, и ожидая неутешительного вердикта. — Вы молодцы. Все комбинации — просто высший класс, у наших противников нет шансов. Мы лучшая сборная за последнюю сотню лет, это я вам гарантирую, — всё-таки грамотная мотивация многое значит. А если сложить её с доработанными мною схемами, которые остались от Вуда, и несомненными талантами нынешних игроков — Кубок точно был наш. Радостно улыбнувшись данной мысли, я распустил ребят: — Команда, переодеваемся. Кэти, можно тебя на пару слов? — она как-то обречённо кивнула.
Мы спустились с ней на землю, и я подождал, пока с поля уйдут все игроки нашей команды — всё-таки разговор предстоял непростой. Дольше всех уходила Джинни, как-то странно сверкая глазами на понурую Кэти, но её в результате уволок Рон, правильно истолковавший моё желание поговорить тет-а-тет.
— Кэти, что случилось? — я устало сел прямо на траву. Квиддич, хоть и не особо физически обременял, всё же не был самым приятным видом спорта. После даже двадцати минут на тонком древке задница болела немилосердно, а сесть удобней мешало, эм… более причинное место. Помнится, когда Вуд в раздевалке ругался на это и спросил у Анджелины, как они умудряются так крутиться на метле, она лишь загадочно улыбнулась, но отвечать не стала.
Вот и Кэти сейчас села рядом со мной, уставилась в землю и отвечать не торопилась. Может, она меня не так поняла?
— Кэти, ты отличный игрок, всё-таки в команде со второго курса. Твои броски самые точные, и в распасовке не ошибаешься никогда. А уж летаешь так, что нам всем до тебя как до Эдинбурга, — я задумался и добавил: — Летала. До сегодняшней тренировки. Сама понимаешь, выгонять тебя из команды — значит лишится доброй трети шансов на победу, равного тебе я сейчас не найду, но и оставлять тебя с такой игрой, как сейчас, — чистой воды сумасшествие. Ты же не играть разучилась, это видно. Так что произошло? — на протяжении моего монолога Кэти сидела, не поднимая глаза, а когда прозвучали слова об исключении из команды, то плечи её отчётливо вздрогнули. Помолчав, Кэти подняла голову, и я с ужасом увидел мокрые дорожки от слёз. Нет-нет-нет, только не это. Некстати вспомнились чёртовы чайники мадам Паддифут. Пожалуйста, Кэти, только не плачь. На моё счастье, нервы у неё были крепче, чем у Чжоу.
— Гарри, спасибо, что пытаешься помочь, но… Наверное, мне стоит уйти, — она запнулась, голос предательски дрогнул. — Уйти из команды, ну какой из меня игрок? Теперь, — она чуть тише закончила, закусив губу.
— Нет, это даже не обсуждается! — я постарался вложить в голос больше уверенности. — Из команды ты не уйдёшь, и точка. Мы же гриффиндорцы, когда это мы бежали от проблем, а? — я улыбнулся, шутливо толкнув Кэти плечом, и она, о чудо, улыбнулась в ответ. Надо развивать успех. — Давай, не строй из себя Невилла, говори, что случилось, а потом мы отвесим твоей проблеме такой пинок, что она будет лететь до самого Ла-Манша! — ну вот, теперь передо мной была настоящая Кэти Белл: глаза блестят, открытая улыбка, весёлый смех, прямая спина, грудь… кхм… грудь имеется. Я поймал себя на мысли, что беззастенчиво на неё пялюсь, и резко отвёл взгляд. Кажется, не заметила. Отсмеявшись, Кэти, наконец, изложила суть проблемы. После того случая с ожерельем у неё появился страх перед полётами. Для рядового волшебника это было проблемой, пусть и не большой. Для игрока же в квиддич это было катастрофой. Но обещание было дано, и мы договорились три раза в неделю приходить с ней на квиддичное поле, чтобы попытаться преодолеть её страх.
Тренировки медленно, но помогали. Мы начинали почти с азов, с полётов на высоте семи-восьми футов, с минимальной скорости.
— Команда, подлетите все сюда, — коли уж выпало мне быть капитаном, надо провести разбор полётов. — Джим, Рич, вы молодцы, бьёте сильно, но поработайте над точностью, — загонщики кивнули, принимая к сведению, а я продолжил: — Рон, чуть увереннее на выходах, это раз. И у тебя постоянно левый угол не до конца закрыт, половина твоих голов именно туда, — Рон сжал губы, сдерживая ругательства — к пропущенным голам он относился крайне болезненно. По его собственному выражению: «Как серпом по»…, — по чему конкретно, прояснить не дала Гермиона, возмущённо одёрнувшая Рона, но мы с ним друг друга поняли. Странно было только, что наша подруга знала это выражение.
Остались Охотницы.
— Ну и вы, леди, — вышеуказанные леди заулыбались, но в корне по-разному. Демельза улыбалась открыто, готовая внимать моим ценным наставлениям, Джинни, будто рисуясь, распустила волосы, лукаво поглядывая на меня: заметил ли я, как солнце заиграло на её рыжих прядях? Кэти же улыбалась как-то отрешённо, прекрасно понимая, как сегодня отыграла, и ожидая неутешительного вердикта. — Вы молодцы. Все комбинации — просто высший класс, у наших противников нет шансов. Мы лучшая сборная за последнюю сотню лет, это я вам гарантирую, — всё-таки грамотная мотивация многое значит. А если сложить её с доработанными мною схемами, которые остались от Вуда, и несомненными талантами нынешних игроков — Кубок точно был наш. Радостно улыбнувшись данной мысли, я распустил ребят: — Команда, переодеваемся. Кэти, можно тебя на пару слов? — она как-то обречённо кивнула.
Мы спустились с ней на землю, и я подождал, пока с поля уйдут все игроки нашей команды — всё-таки разговор предстоял непростой. Дольше всех уходила Джинни, как-то странно сверкая глазами на понурую Кэти, но её в результате уволок Рон, правильно истолковавший моё желание поговорить тет-а-тет.
— Кэти, что случилось? — я устало сел прямо на траву. Квиддич, хоть и не особо физически обременял, всё же не был самым приятным видом спорта. После даже двадцати минут на тонком древке задница болела немилосердно, а сесть удобней мешало, эм… более причинное место. Помнится, когда Вуд в раздевалке ругался на это и спросил у Анджелины, как они умудряются так крутиться на метле, она лишь загадочно улыбнулась, но отвечать не стала.
Вот и Кэти сейчас села рядом со мной, уставилась в землю и отвечать не торопилась. Может, она меня не так поняла?
— Кэти, ты отличный игрок, всё-таки в команде со второго курса. Твои броски самые точные, и в распасовке не ошибаешься никогда. А уж летаешь так, что нам всем до тебя как до Эдинбурга, — я задумался и добавил: — Летала. До сегодняшней тренировки. Сама понимаешь, выгонять тебя из команды — значит лишится доброй трети шансов на победу, равного тебе я сейчас не найду, но и оставлять тебя с такой игрой, как сейчас, — чистой воды сумасшествие. Ты же не играть разучилась, это видно. Так что произошло? — на протяжении моего монолога Кэти сидела, не поднимая глаза, а когда прозвучали слова об исключении из команды, то плечи её отчётливо вздрогнули. Помолчав, Кэти подняла голову, и я с ужасом увидел мокрые дорожки от слёз. Нет-нет-нет, только не это. Некстати вспомнились чёртовы чайники мадам Паддифут. Пожалуйста, Кэти, только не плачь. На моё счастье, нервы у неё были крепче, чем у Чжоу.
— Гарри, спасибо, что пытаешься помочь, но… Наверное, мне стоит уйти, — она запнулась, голос предательски дрогнул. — Уйти из команды, ну какой из меня игрок? Теперь, — она чуть тише закончила, закусив губу.
— Нет, это даже не обсуждается! — я постарался вложить в голос больше уверенности. — Из команды ты не уйдёшь, и точка. Мы же гриффиндорцы, когда это мы бежали от проблем, а? — я улыбнулся, шутливо толкнув Кэти плечом, и она, о чудо, улыбнулась в ответ. Надо развивать успех. — Давай, не строй из себя Невилла, говори, что случилось, а потом мы отвесим твоей проблеме такой пинок, что она будет лететь до самого Ла-Манша! — ну вот, теперь передо мной была настоящая Кэти Белл: глаза блестят, открытая улыбка, весёлый смех, прямая спина, грудь… кхм… грудь имеется. Я поймал себя на мысли, что беззастенчиво на неё пялюсь, и резко отвёл взгляд. Кажется, не заметила. Отсмеявшись, Кэти, наконец, изложила суть проблемы. После того случая с ожерельем у неё появился страх перед полётами. Для рядового волшебника это было проблемой, пусть и не большой. Для игрока же в квиддич это было катастрофой. Но обещание было дано, и мы договорились три раза в неделю приходить с ней на квиддичное поле, чтобы попытаться преодолеть её страх.
Тренировки медленно, но помогали. Мы начинали почти с азов, с полётов на высоте семи-восьми футов, с минимальной скорости.
Страница 3 из 4
