Фандом: Гарри Поттер. Быть капитаном — значит помогать игрокам своей команды всегда и во всём.
Добавить в моё избранное
14 мин, 32 сек 9598
Мешало нам то, что летать Кэти любила и когда-то умела. Тело, помня о своих возможностях, всегда старалось сделать необходимое упражнение чуть резче, чем было нужно. И в результате мы вновь возвращались к тому, с чего начинали. Решение нашлось неожиданно: как-то раз, пытаясь схватить дёрнувшуюся резче необходимого метлу, я промахнулся и ухватил за запястье саму Кэти и пролетел так вместе с ней несколько метров, пока она не остановилась и как-то задумчиво на меня не посмотрела. Оказалось, что, когда её держали за руку, она чувствовала себя значительно увереннее; так и решили продолжать. Теперь я медленно летал рядом с Кэти, держа её за запястье, покуда она заново вспоминала, как правильно разгоняться и тормозить. Вот теперь проблемы возникли непосредственно у меня, и дело было даже не в том, что летать близко даже на небольшой скорости было не очень удобно, нет. Оказывается, если долго держать молодую и симпатичную девушку за руку, мысли начинают течь совсем не в то русло. Дошло до того, что несколько раз Кэти тормозила уже мою метлу, когда я, замечтавшись, чуть близко не знакомился с газоном. Вероятно, некая ответственность за своего не в меру мечтательного капитана как-то ускорила процесс адаптации, и к следующему матчу с Хаффлпафом Кэти окончательно поборола свой страх перед полётами и на игру выходила, очень недобро для соперников улыбаясь.
Это был разгром. Из двадцати раз, что квоффл попадал в руки Кэти, она реализовала двадцать один. Восемнадцатый, кажется, гол она забила прутьями на своей метле, когда, уворачиваясь от бладжера, срезала отпасованный вратарём соперника мяч в одно из колец. Остальные Охотницы были хоть и менее результативными, но всё же отметились: десятью голами — Джинни и тремя — Демельза. С учётом пойманного мной снитча счёт составил 490 — 70, всё же левое кольцо Рон держал отвратительно.
Гостиная Гриффиндора радовала буйством красок, тёплым камином и принесённым кем-то огневиски. Точное количество спиртного осталось для меня загадкой, но много ли подростку надо, особенно если под боком греет камин или, ещё лучше, девушка? Естественно, как капитану победившей команды мне не удалось отвертеться от выпивки, и теперь я меланхолично созерцал гостиную, гадая, что же тут будет происходить, когда мы возьмём Кубок. В том, что это случится, я уже не сомневался, с такой-то игрой. Откуда-то сбоку появилась чуть покачивающаяся фигура и присела на правый подлокотник моего кресла, позволив пламени камина осветить себя.
— О, героиня дня. Самый результативный игрок в одном матче за последние пять десятков лет, а? — это было истинной правдой. Не международный рекорд, понятно, но и школьный — тоже неплохо. Кэти в ответ шутливо поклонилась, чуть не упав на меня, благо я вовремя выставил руки, одной придержав её за плечо, а вот второй… не совсем за плечо. Смущённо пробормотав извинения, я отдёрнул руки, ожидая, что Кэти уйдёт, но та и не думала об этом. Будто и не заметив случившегося казуса, она проговорила, как-то задумчиво смотря на огонь:
— А ведь всё благодаря тебе, — я пытался протестующе высказаться, но она не глядя закрыла мне рот ладошкой, рассуждая будто для себя. — Тебе-тебе, не отпирайся. Ты тратил своё время, нянчась со мной, хотя мог бы заниматься своими делами. Ты верил в меня, хотя я видела, как на меня смотрела та же Джинни. Но ты верил, и я смогла. Смогла победить себя и преодолеть свой страх, — она, наконец, посмотрела на меня, и в её глазах отразились пляшущие языки огня. Сейчас она меня почти пугала, но я не смел дёрнуться. — И раз уж у нас так хорошо получилось с одним, думаю, ты можешь помочь мне и с другой моей… — она помедлила, — проблемой, — Кэти сидела уже вполоборота ко мне, и её волосы щекотали мне щёку. Она наклонилась, убирая ладонь от моего рта, и прошептала почти в самые губы: — Знаешь, капитан, а я ведь ни разу ещё не целовалась, надо это исправить, как считаешь? — и не давая не то что ответить, а даже осмыслить её слова, тут же исправила это досадное, с её точки зрения, упущение. Я не заметил, как с подлокотника она перебралась ко мне на колени, как мои руки начали поглаживать её спину. Не заметил я и ошалевших взглядов однокурсников, слёз в глазах Джинни, одобрительной ухмылки Рона и мечтательного взгляда Гермионы на последнего. Я вообще ничего и никого в тот вечер более не замечал, для меня пропали Дамблдор и Волдеморт, Хогвартс и другие ученики, во всей Вселенной для меня осталась одна Кэти Белл. Кэти Белл стала моей Вселенной.
Это был разгром. Из двадцати раз, что квоффл попадал в руки Кэти, она реализовала двадцать один. Восемнадцатый, кажется, гол она забила прутьями на своей метле, когда, уворачиваясь от бладжера, срезала отпасованный вратарём соперника мяч в одно из колец. Остальные Охотницы были хоть и менее результативными, но всё же отметились: десятью голами — Джинни и тремя — Демельза. С учётом пойманного мной снитча счёт составил 490 — 70, всё же левое кольцо Рон держал отвратительно.
Гостиная Гриффиндора радовала буйством красок, тёплым камином и принесённым кем-то огневиски. Точное количество спиртного осталось для меня загадкой, но много ли подростку надо, особенно если под боком греет камин или, ещё лучше, девушка? Естественно, как капитану победившей команды мне не удалось отвертеться от выпивки, и теперь я меланхолично созерцал гостиную, гадая, что же тут будет происходить, когда мы возьмём Кубок. В том, что это случится, я уже не сомневался, с такой-то игрой. Откуда-то сбоку появилась чуть покачивающаяся фигура и присела на правый подлокотник моего кресла, позволив пламени камина осветить себя.
— О, героиня дня. Самый результативный игрок в одном матче за последние пять десятков лет, а? — это было истинной правдой. Не международный рекорд, понятно, но и школьный — тоже неплохо. Кэти в ответ шутливо поклонилась, чуть не упав на меня, благо я вовремя выставил руки, одной придержав её за плечо, а вот второй… не совсем за плечо. Смущённо пробормотав извинения, я отдёрнул руки, ожидая, что Кэти уйдёт, но та и не думала об этом. Будто и не заметив случившегося казуса, она проговорила, как-то задумчиво смотря на огонь:
— А ведь всё благодаря тебе, — я пытался протестующе высказаться, но она не глядя закрыла мне рот ладошкой, рассуждая будто для себя. — Тебе-тебе, не отпирайся. Ты тратил своё время, нянчась со мной, хотя мог бы заниматься своими делами. Ты верил в меня, хотя я видела, как на меня смотрела та же Джинни. Но ты верил, и я смогла. Смогла победить себя и преодолеть свой страх, — она, наконец, посмотрела на меня, и в её глазах отразились пляшущие языки огня. Сейчас она меня почти пугала, но я не смел дёрнуться. — И раз уж у нас так хорошо получилось с одним, думаю, ты можешь помочь мне и с другой моей… — она помедлила, — проблемой, — Кэти сидела уже вполоборота ко мне, и её волосы щекотали мне щёку. Она наклонилась, убирая ладонь от моего рта, и прошептала почти в самые губы: — Знаешь, капитан, а я ведь ни разу ещё не целовалась, надо это исправить, как считаешь? — и не давая не то что ответить, а даже осмыслить её слова, тут же исправила это досадное, с её точки зрения, упущение. Я не заметил, как с подлокотника она перебралась ко мне на колени, как мои руки начали поглаживать её спину. Не заметил я и ошалевших взглядов однокурсников, слёз в глазах Джинни, одобрительной ухмылки Рона и мечтательного взгляда Гермионы на последнего. Я вообще ничего и никого в тот вечер более не замечал, для меня пропали Дамблдор и Волдеморт, Хогвартс и другие ученики, во всей Вселенной для меня осталась одна Кэти Белл. Кэти Белл стала моей Вселенной.
Страница 4 из 4
