Фандом: Гарри Поттер. Смерть одной из студенток Хогвартса стала лишь одним из звеньев в цепочке убийств. Что послужило их причиной — древнее зло, разбуженное археологами при раскопках святилища богини Дану, или демоны, таящиеся в душе обычного человека?
Добавить в моё избранное
143 мин, 53 сек 21726
— А то ты ее не знаешь, — усмешка в голосе сделалась отчетливей.
— Должно быть, она в ярости, — Снейп почувствовал, как шея, казалось, одеревеневшая навеки, снова обретает подвижность, и блаженно вздохнул.
Похоже, это было ошибкой: послышался торопливый шелест мантии, и сиденье дивана прогнулось, когда Драко устроился рядом.
— Скорее в печали, оттого что гриффиндорец мог так проштрафиться. Это ведь не он убил?
— Надеюсь, — буркнул Снейп. — Потому что в противном случае я буду в печали. Оттого, что один из преподавателей Хогвартса мог так проштрафиться. Не забывай, что я все-таки директор этой чертовой школы и несу персональную ответственность за все, что здесь происходит.
— Дела обстоят так скверно?
«Интересно, — лениво подумал Снейп, — насколько искренне это сочувствие в голосе? Он что же, полагает, что сейчас бедный, затюканный, никем не понятый старина Северус заплачет ему в жилетку, и после этого его — то есть меня — можно будет взять тепленьким? Ах, Драко. Многому же тебе еще нужно научиться»
— Могло быть и хуже, — произнес он вслух. — Слава Мерлину, у Риты Скитер нет сестрицы-близнеца.
— Она уже побывала у родителей Рэмзи?
— Пока нет — я не дал ей адреса. Она сунулась было к Хмури, но тот ее так отчитал, что даже нашу Риту проняло. Впрочем, не сомневаюсь, что она своего добьется. Эта дама обладает чутьем ищейки и тонкостью чувств барракуды.
— А как насчет твоих чувств? — Драко улыбнулся. — Хочешь, сварю тебе зелье от москитов?
Снейп обнаружил, что Драко говорит ему почти в ухо, и отстранился.
— Лучше налей мне коньяку.
Драко поднялся — медленно и неохотно.
Снейп снова закрыл глаза. Радужные пятна скользили под веками, как шаровые молнии, где-то радом позвякивало стекло. Щеки коснулась легкая прядь волос, сложный аромат знакомой туалетной воды и коньяка защекотал ноздри.
Сквозь полудрему Снейп чувствовал, как осторожные пальцы расстегивают пуговицы на мантии. Пуговиц было много; должно быть, последняя будет расстегнута только на рассвете — а там уже и просыпаться пора. Значит, можно ничего не предпринимать. Пусть себе возится. Логично? Не совсем. Легкое прикосновение к бедру: отважная вылазка в тыл врага. Все тихо в рядах противника; часовые дрыхнут без зазрения совести, так что можно смело предпринять небольшую диверсию… Нет, на массаж этой части тела я не соглашался, подумал Снейп, недовольно отодвинувшись.
Рука испуганно убралась. Мгновенное затишье, затем прикосновения возобновились, легкие, но настойчивые, как муха, которая вьется вокруг и непременно норовит сесть вам на нос. Снейп фыркнул. Рядом обиженно засопели.
Надо бы собраться с силами, выгнать назойливого ухажера и лечь, наконец, спать. Хотя бы два часа сна, и снова — авроры, журналисты, документы, убийца, рыщущий вокруг его овечек (и барашков), Дамблдор…
— Мерлин, как я устал, — вырвалось у него. — Да делай ты, что хочешь.
Драко неожиданно оттолкнул его, вскакивая на ноги.
— Сволочь, — выкрикнул он; голос зазвенел и недостойно сорвался.
Снейп воззрился на него в изумлении.
— Вы с отцом — как две капли воды! Я предлагаю вам… любовь, черт возьми! А вы снисходительно киваете: ну раз тебе уж так хочется, хорошо. Давай, люби нас. А мы подумаем, не послать ли тебя в…
Драко выругался, да так, что сон у Снейпа как рукой сняло
— Надеюсь, ты Люциусу такой любви не предлагал? В противном случае я не удивлюсь, если он послал тебя в то место, которое ты только что с такой непринужденностью обозначил.
Снейп даже не увидел, как Драко выплеснул в него коньяк, — просто почувствовал, как жидкость течет у него по лицу и капает с подбородка.
Мгновение они молча смотрели друг на друга. Снейп вытащил носовой платок и аккуратно, медленно обтер лицо. Драко, судорожно сжимая опустевший бокал, попятился. Движение Снейпа было молниеносным, точно бросок внезапно развернувшейся гюрзы; бокал с жалобным звоном разбился о каменный пол. Драко ахнул и рванулся, но опоздал — Снейп придавил его к дивану, крепко сжимая его запястья одной рукой; свободной рукой он рванул на Драко мантию.
— Не смей дотрагиваться до меня, — прорычал Драко, выгибаясь всем телом, не давая Снейпу подмять его под себя.
— Дотрагиваться? Я тебя силой возьму, щенок, сию же минуту, ты у меня…
Драко попытался ударить его коленом в пах. Снейп выпустил запястья молодого человека и, сжав его плечи с такой силой, что сам почти почувствовал, как это больно — когда пальцы впиваются в плоть, оставляя кровоподтеки, стукнул Драко головой о деревянный подлокотник. Драко со свистом втянул воздух и обмяк.
— Пусти меня. Ты взбесился, — зашептал он неожиданно высоким незнакомым голосом. — Пусти, я закричу.
— Кто тебя здесь услышит? — оскалился Снейп в ответ. — Ори, сколько влезет.
— Должно быть, она в ярости, — Снейп почувствовал, как шея, казалось, одеревеневшая навеки, снова обретает подвижность, и блаженно вздохнул.
Похоже, это было ошибкой: послышался торопливый шелест мантии, и сиденье дивана прогнулось, когда Драко устроился рядом.
— Скорее в печали, оттого что гриффиндорец мог так проштрафиться. Это ведь не он убил?
— Надеюсь, — буркнул Снейп. — Потому что в противном случае я буду в печали. Оттого, что один из преподавателей Хогвартса мог так проштрафиться. Не забывай, что я все-таки директор этой чертовой школы и несу персональную ответственность за все, что здесь происходит.
— Дела обстоят так скверно?
«Интересно, — лениво подумал Снейп, — насколько искренне это сочувствие в голосе? Он что же, полагает, что сейчас бедный, затюканный, никем не понятый старина Северус заплачет ему в жилетку, и после этого его — то есть меня — можно будет взять тепленьким? Ах, Драко. Многому же тебе еще нужно научиться»
— Могло быть и хуже, — произнес он вслух. — Слава Мерлину, у Риты Скитер нет сестрицы-близнеца.
— Она уже побывала у родителей Рэмзи?
— Пока нет — я не дал ей адреса. Она сунулась было к Хмури, но тот ее так отчитал, что даже нашу Риту проняло. Впрочем, не сомневаюсь, что она своего добьется. Эта дама обладает чутьем ищейки и тонкостью чувств барракуды.
— А как насчет твоих чувств? — Драко улыбнулся. — Хочешь, сварю тебе зелье от москитов?
Снейп обнаружил, что Драко говорит ему почти в ухо, и отстранился.
— Лучше налей мне коньяку.
Драко поднялся — медленно и неохотно.
Снейп снова закрыл глаза. Радужные пятна скользили под веками, как шаровые молнии, где-то радом позвякивало стекло. Щеки коснулась легкая прядь волос, сложный аромат знакомой туалетной воды и коньяка защекотал ноздри.
Сквозь полудрему Снейп чувствовал, как осторожные пальцы расстегивают пуговицы на мантии. Пуговиц было много; должно быть, последняя будет расстегнута только на рассвете — а там уже и просыпаться пора. Значит, можно ничего не предпринимать. Пусть себе возится. Логично? Не совсем. Легкое прикосновение к бедру: отважная вылазка в тыл врага. Все тихо в рядах противника; часовые дрыхнут без зазрения совести, так что можно смело предпринять небольшую диверсию… Нет, на массаж этой части тела я не соглашался, подумал Снейп, недовольно отодвинувшись.
Рука испуганно убралась. Мгновенное затишье, затем прикосновения возобновились, легкие, но настойчивые, как муха, которая вьется вокруг и непременно норовит сесть вам на нос. Снейп фыркнул. Рядом обиженно засопели.
Надо бы собраться с силами, выгнать назойливого ухажера и лечь, наконец, спать. Хотя бы два часа сна, и снова — авроры, журналисты, документы, убийца, рыщущий вокруг его овечек (и барашков), Дамблдор…
— Мерлин, как я устал, — вырвалось у него. — Да делай ты, что хочешь.
Драко неожиданно оттолкнул его, вскакивая на ноги.
— Сволочь, — выкрикнул он; голос зазвенел и недостойно сорвался.
Снейп воззрился на него в изумлении.
— Вы с отцом — как две капли воды! Я предлагаю вам… любовь, черт возьми! А вы снисходительно киваете: ну раз тебе уж так хочется, хорошо. Давай, люби нас. А мы подумаем, не послать ли тебя в…
Драко выругался, да так, что сон у Снейпа как рукой сняло
— Надеюсь, ты Люциусу такой любви не предлагал? В противном случае я не удивлюсь, если он послал тебя в то место, которое ты только что с такой непринужденностью обозначил.
Снейп даже не увидел, как Драко выплеснул в него коньяк, — просто почувствовал, как жидкость течет у него по лицу и капает с подбородка.
Мгновение они молча смотрели друг на друга. Снейп вытащил носовой платок и аккуратно, медленно обтер лицо. Драко, судорожно сжимая опустевший бокал, попятился. Движение Снейпа было молниеносным, точно бросок внезапно развернувшейся гюрзы; бокал с жалобным звоном разбился о каменный пол. Драко ахнул и рванулся, но опоздал — Снейп придавил его к дивану, крепко сжимая его запястья одной рукой; свободной рукой он рванул на Драко мантию.
— Не смей дотрагиваться до меня, — прорычал Драко, выгибаясь всем телом, не давая Снейпу подмять его под себя.
— Дотрагиваться? Я тебя силой возьму, щенок, сию же минуту, ты у меня…
Драко попытался ударить его коленом в пах. Снейп выпустил запястья молодого человека и, сжав его плечи с такой силой, что сам почти почувствовал, как это больно — когда пальцы впиваются в плоть, оставляя кровоподтеки, стукнул Драко головой о деревянный подлокотник. Драко со свистом втянул воздух и обмяк.
— Пусти меня. Ты взбесился, — зашептал он неожиданно высоким незнакомым голосом. — Пусти, я закричу.
— Кто тебя здесь услышит? — оскалился Снейп в ответ. — Ори, сколько влезет.
Страница 9 из 42
