Фандом: Гарри Поттер. Петунья Дурсль приняла в свой дом племянника-мага, а вместе с ним — кучу проблем, с которыми магглы не в силах справиться. Но что, если она найдет тех, кто сможет и захочет помочь? У Гарри Поттера будет нормальное детство, тетя и дядя, которые заботятся о его благополучии, и настоящий брат. А еще — доступ к тайнам и хранилищам Рода Поттеров. Получится ли Герой из такого Мальчика-Который-Выжил? И нужно ли ему будет становиться героем, если взрослые волшебники всего лишь честно выполнят свою работу?
Добавить в моё избранное
181 мин, 25 сек 13061
Он плохо спал — племянничек снова хныкал всю ночь. Нет, его плач Вернону не мешал, через две плотно закрытые двери его не было слышно — это Дадли уж если орал так орал, оповещая о своем недовольстве не только весь дом, но и половину улицы! Но Петунья вынуждена была сидеть с ребенком, а Вернону всегда плохо спалось без жены под боком. К тому же ее усталый вид с утра тоже не порадовал, как и решение ехать в Лондон по такой отвратительной погоде. И не просто в Лондон, а к ненормальным уродам, которые только и знают, что оскорблять приличных людей! Меньше всего на свете Вернон Дурсль хотел, чтобы его жена, женщина в высшей степени приличная, сталкивалась с типчиками вроде покойного Поттера!
— Обязательно позвони мне, как только закончишь там! — напутствовал он Петунью.
— Не волнуйся, дорогой, — Петунья легко поцеловала его чуть выше усов и аккуратно, чтобы не наступить в едва тронутую льдом лужу, вылезла из машины. Взяла на руки притихшего Гарри и решительно зашагала к большому книжному магазину. Вернон смотрел вслед, не моргая, но все же упустил момент, когда его жена и племянник просто исчезли.
Спокойствия это не добавляло. Где их искать, в случае чего? Оставалось надеяться, что его умница Петунья знает, что делает. А ему остается ехать в офис и там ждать ее звонка.
С утра день не задался, да так и пошел наперекосяк. Вернон даже начал опасаться, что подцепил какой-нибудь сглаз или другую заразу, подъехав слишком близко к дверям в волшебный мир. Будто ему мало волноваться за жену и будто другие проблемы не могли подождать до завтра!
Сначала пришлось выслушивать беспомощные оправдания начальника отдела сбыта, в очередной раз упустившего выгодный контракт — право же, можно подумать, что на самом деле тот работает не на «Граннингс», а на конкурентов! Так мистер Дурсль ему и сказал, пообещав за следующую неудачу уволить к чертовой матушке.
Потом бухгалтерия доложила, что с новыми банковскими ставками они не укладываются в бюджет. Пришлось самому звонить в банк, доказывать, что такой фирме, как «Граннингс», можно было бы и пойти навстречу, оставив прежние ставки хотя бы до лета, и даже угрожать переводом средств в другой банк. К сожалению, проклятые деляги на том конце провода не хуже самого Вернона знали, что нигде сейчас он не найдет приличных условий, и чуть ли не вслух посмеялись над его угрозами.
Не успел Вернон прийти в себя после этих крайне нервирующих переговоров, как пришлось объясняться с одним из давних и лучших деловых партнеров, вздумавшем выйти из бизнеса — чертов кризис слишком его подкосил. Будь у «Граннингс» дела получше, мистер Дурсль предложил бы разумную помощь, но они и сами едва держатся. Но потеря надежного поставщика высококачественной стали ударит по производству так, что и«Граннингс» может рухнуть! Положение казалось настолько безвыходным, что впору хвататься за голову. Вернон едва уговорил своего собеседника повременить несколько дней, обдумать все еще раз, попытаться найти инвестора или хотя бы кредит — но оба они понимали, насколько мизерны шансы.
А когда измотанный и доведенный почти до бешенства мистер Дурсль наконец-то перевел дыхание и попросил секретаршу заварить чаю, та, смущаясь и извиняясь через слово, сообщила, что собирается замуж и что жених настаивает на ее немедленном увольнении.
— Это еще почему? — только и спросил Вернон. Он понял бы, заяви мисс Гампл об увольнении после свадьбы, когда придет пора обустраивать дом, а в перспективе замаячат дети. В конце концов, он прекрасно видел, сколько времени и сил занимает ведение дома у Петуньи! Но немедленно?!
— Майкл говорит, что работать секретаршей неприлично… — мисс Гампл явно была расстроена, в голосе звенели слезы. Вернон, не сдержавшись, презрительно фыркнул:
— Хорошего же о вас мнения ваш Майкл! Удивительно в таком случае, что он предложил вам замужество, а не что-нибудь непристойное! Заварите чаю и себе, вам нужно успокоиться. Вы всегда выглядите безукоризненно на рабочем месте, не стоит нарушать эту прекрасную традицию.
Как бы ему сейчас пригодилась Петунья с ее разумным, но в то же время истинно женским взглядом на жизнь! Вернон Дурсль совершенно не умел утешать женщин, а необходимость приводить в порядок собственную секретаршу и вовсе считал нонсенсом. И надо признать, что до этого дня мисс Гампл была идеальной секретаршей — исполнительной, спокойной, не допускающей ни малейших ошибок и надежной, как золотой соверен.
— Замужество дело серьезное, — с тяжелым вздохом признал Вернон, когда мисс Гампл вошла с подносом и принялась расставлять на столе все для чаепития. — Мне жаль терять такого работника, как вы, но вам в любом случае пришлось бы уволиться. Не из-за идиотских идей вашего жениха, а потому что на вас свалится ведение дома, а вскоре и дети. Давайте поступим так, мисс Гампл. Вы сами найдете себе замену. Вы знаете мои требования — ответственность, умение работать и никаких заигрываний!
— Обязательно позвони мне, как только закончишь там! — напутствовал он Петунью.
— Не волнуйся, дорогой, — Петунья легко поцеловала его чуть выше усов и аккуратно, чтобы не наступить в едва тронутую льдом лужу, вылезла из машины. Взяла на руки притихшего Гарри и решительно зашагала к большому книжному магазину. Вернон смотрел вслед, не моргая, но все же упустил момент, когда его жена и племянник просто исчезли.
Спокойствия это не добавляло. Где их искать, в случае чего? Оставалось надеяться, что его умница Петунья знает, что делает. А ему остается ехать в офис и там ждать ее звонка.
С утра день не задался, да так и пошел наперекосяк. Вернон даже начал опасаться, что подцепил какой-нибудь сглаз или другую заразу, подъехав слишком близко к дверям в волшебный мир. Будто ему мало волноваться за жену и будто другие проблемы не могли подождать до завтра!
Сначала пришлось выслушивать беспомощные оправдания начальника отдела сбыта, в очередной раз упустившего выгодный контракт — право же, можно подумать, что на самом деле тот работает не на «Граннингс», а на конкурентов! Так мистер Дурсль ему и сказал, пообещав за следующую неудачу уволить к чертовой матушке.
Потом бухгалтерия доложила, что с новыми банковскими ставками они не укладываются в бюджет. Пришлось самому звонить в банк, доказывать, что такой фирме, как «Граннингс», можно было бы и пойти навстречу, оставив прежние ставки хотя бы до лета, и даже угрожать переводом средств в другой банк. К сожалению, проклятые деляги на том конце провода не хуже самого Вернона знали, что нигде сейчас он не найдет приличных условий, и чуть ли не вслух посмеялись над его угрозами.
Не успел Вернон прийти в себя после этих крайне нервирующих переговоров, как пришлось объясняться с одним из давних и лучших деловых партнеров, вздумавшем выйти из бизнеса — чертов кризис слишком его подкосил. Будь у «Граннингс» дела получше, мистер Дурсль предложил бы разумную помощь, но они и сами едва держатся. Но потеря надежного поставщика высококачественной стали ударит по производству так, что и«Граннингс» может рухнуть! Положение казалось настолько безвыходным, что впору хвататься за голову. Вернон едва уговорил своего собеседника повременить несколько дней, обдумать все еще раз, попытаться найти инвестора или хотя бы кредит — но оба они понимали, насколько мизерны шансы.
А когда измотанный и доведенный почти до бешенства мистер Дурсль наконец-то перевел дыхание и попросил секретаршу заварить чаю, та, смущаясь и извиняясь через слово, сообщила, что собирается замуж и что жених настаивает на ее немедленном увольнении.
— Это еще почему? — только и спросил Вернон. Он понял бы, заяви мисс Гампл об увольнении после свадьбы, когда придет пора обустраивать дом, а в перспективе замаячат дети. В конце концов, он прекрасно видел, сколько времени и сил занимает ведение дома у Петуньи! Но немедленно?!
— Майкл говорит, что работать секретаршей неприлично… — мисс Гампл явно была расстроена, в голосе звенели слезы. Вернон, не сдержавшись, презрительно фыркнул:
— Хорошего же о вас мнения ваш Майкл! Удивительно в таком случае, что он предложил вам замужество, а не что-нибудь непристойное! Заварите чаю и себе, вам нужно успокоиться. Вы всегда выглядите безукоризненно на рабочем месте, не стоит нарушать эту прекрасную традицию.
Как бы ему сейчас пригодилась Петунья с ее разумным, но в то же время истинно женским взглядом на жизнь! Вернон Дурсль совершенно не умел утешать женщин, а необходимость приводить в порядок собственную секретаршу и вовсе считал нонсенсом. И надо признать, что до этого дня мисс Гампл была идеальной секретаршей — исполнительной, спокойной, не допускающей ни малейших ошибок и надежной, как золотой соверен.
— Замужество дело серьезное, — с тяжелым вздохом признал Вернон, когда мисс Гампл вошла с подносом и принялась расставлять на столе все для чаепития. — Мне жаль терять такого работника, как вы, но вам в любом случае пришлось бы уволиться. Не из-за идиотских идей вашего жениха, а потому что на вас свалится ведение дома, а вскоре и дети. Давайте поступим так, мисс Гампл. Вы сами найдете себе замену. Вы знаете мои требования — ответственность, умение работать и никаких заигрываний!
Страница 9 из 51
