Фандом: Ориджиналы. На десятилетие свадьбы Арнольдик раздобыл для Ольги старинное ожерелье с изумрудами. И все было бы хорошо, если бы он не вздумал похвастаться своей находкой перед старыми друзьями.
Добавить в моё избранное
172 мин, 23 сек 21116
Вскинувшись, он поспешно выпалил:
— Ни в коем случае!
Нелюбовь к врачам — любым — он испытывал с детства, и с тех же самых пор был готов на что угодно, лишь бы не представать перед ними. Больше отдельных врачей Женька боялся только больницы, а сейчас, с небольшим запозданием, еще и решил, что средневековым эскулапам доверяться тем более не стоит.
— Быть может, — все также мягко, но уже немного растерянно, продолжил молодой человек, — нам стоит попытаться найти его светлость?
Он замер, глядя чуть вопросительно, и до Женьки спустя несколько мгновений, дошло, что тот ждет от него информации, где находится таинственная «светлость».
— Никого не надо, — устало поморщился Женька. — Давайте не будем отвлекаться.
— Тогда… — казалось, молодой человек вот-вот разведет руками, но, возможно, в присутствии короля это не считалось приличным. — Тогда у меня все готово, все дела ждут в кабинете.
«Боже, — с каким-то отчаяньем подумал Женька, — это не дом, а полигон какой-то! У меня по полдня будет уходить на то, чтобы переместиться из спальни в церковь и из столовой в кабинет! Ну неужели нельзя было спроектировать все рядом?»
— Хорошо, — выдохнул он вслух и, тяжело опершись на столешницу, поднялся. Молодой человек поспешно отодвинул кресло. — Идемте…
Кабинет оказался больше всей их двухкомнатной квартиры целиком, однако огромный мощный письменный стол настолько доминировал в ней, что особо просторным он не казался. Женька обреченно уселся за это произведение канцелярской мысли, и молодой человек — до Женьки наконец дошло, что это секретарь — подал ему первую папку.
Женька честно прочитал все, что ему дали — на это ушло около трех часов. У него уже кружилась голова, плыло зрение и ощутимо кололо в груди, но давняя привычка доводить дело до конца, при этом выполняя все максимально старательно, брала свое. Он даже, не менее честно, разложил все на две стопки: на ту, в которой он хоть что-то понял, и на ту, в которой он не понял ничего. Все это происходило в полнейшей тишине, лишь документы негромко шуршали.
«Нет у меня никакого кардинала Ришелье, — решил для себя Женька. — Иначе я не сидел бы тут со всей этой лабудой, а подписывал готовые бумажки»
Это, несмотря на всю навалившуюся усталость, его порадовало. Все-таки, как ни глупо быть королем, а марионеткой быть еще глупее.
— После обеда господин канцлер ожидает вашей аудиенции, — почтительно напомнил секретарь, видимо, не слишком доверяя слегка расфокусированному Женькиному взгляду. — Вы примете его в кабинете?
— Да, — Женьке не хотелось рисковать. — Здесь. А скажите…
Он поднял руки и все-таки помассировал мучительно ноющие виски. Он не решался спросить имени своего секретаря, однако ему в голову внезапно пришла мысль, которую хотелось бы осуществить до того как они уйдут из кабинета.
— Дампьен, ваше величество, Филипп Дампьен, — догадливо подсказал секретарь.
Женька машинально кивнул, вспомнив вдруг, где он его видел: тот удивительно напоминал аспиранта из деканата его факультета в МГУ. Учитывая, что у Женьки было чуть ли не надомное обучение, этот парень в свое время весьма помог ему с оформлением всей бумажной документации.
— Да, Филипп… — произнес Женька с облегчением и наконец задал свой вопрос: — У нас есть карта?
— Карта королевства, ваше величество? — уточнил секретарь.
— Да, и мира тоже желательно.
Ему предоставили и то, и другое, и вдобавок еще и карту Европы. Европу Женька опознал — на это школьного курса географии хватало. А вот королевства такого он, хоть убей, не помнил. Тщетно Женька копался в своих воспоминаниях, воскрешая уроки географии и истории: такого государства не было, да и, пожалуй, быть не могло. Слишком большим было оно, расползшееся по карте вытянутым пятном. Сходу Женька определил только, что оно поглотило Австрию и Венгрию, Чехию со Словакией и страны бывшей Югославии. И, скорее всего, что-то еще, но для более детального разбора его знаний не хватало. К слову, рядом — на северо-востоке — располагалось еще одно аморфное чудовище, но туда Женька, ради собственного спокойствия, решил на смотреть.
Карта мира тоже не особо порадовала. Про Америку тут не знали, об Африке и большей части Азии имели крайне слабое представление. Ничего удивительного, что у них так плохо со специями!
Женька перешел к разглядыванию карты непосредственно доставшегося ему королевства. Она была самой подробной из всех, и названия, хоть и написанные по-латыни, иногда казались неуловимо знакомыми. Женька смотрел на них чуть рассеянно, думая о том, что их перенесло не просто во времени и пространстве — но и вовсе в какой-то другой мир.
От печальных раздумий его отвлек шум открывающейся двери. С нехорошим предчувствием Женька поднял голову, и увидел, как навстречу ему, улыбаясь неприлично белоснежной улыбкой, идет человек, подозрительно похожий на Олега — только в местном костюме и с длинными, много ниже плеч каштановыми кудрями.
— Ни в коем случае!
Нелюбовь к врачам — любым — он испытывал с детства, и с тех же самых пор был готов на что угодно, лишь бы не представать перед ними. Больше отдельных врачей Женька боялся только больницы, а сейчас, с небольшим запозданием, еще и решил, что средневековым эскулапам доверяться тем более не стоит.
— Быть может, — все также мягко, но уже немного растерянно, продолжил молодой человек, — нам стоит попытаться найти его светлость?
Он замер, глядя чуть вопросительно, и до Женьки спустя несколько мгновений, дошло, что тот ждет от него информации, где находится таинственная «светлость».
— Никого не надо, — устало поморщился Женька. — Давайте не будем отвлекаться.
— Тогда… — казалось, молодой человек вот-вот разведет руками, но, возможно, в присутствии короля это не считалось приличным. — Тогда у меня все готово, все дела ждут в кабинете.
«Боже, — с каким-то отчаяньем подумал Женька, — это не дом, а полигон какой-то! У меня по полдня будет уходить на то, чтобы переместиться из спальни в церковь и из столовой в кабинет! Ну неужели нельзя было спроектировать все рядом?»
— Хорошо, — выдохнул он вслух и, тяжело опершись на столешницу, поднялся. Молодой человек поспешно отодвинул кресло. — Идемте…
Кабинет оказался больше всей их двухкомнатной квартиры целиком, однако огромный мощный письменный стол настолько доминировал в ней, что особо просторным он не казался. Женька обреченно уселся за это произведение канцелярской мысли, и молодой человек — до Женьки наконец дошло, что это секретарь — подал ему первую папку.
Женька честно прочитал все, что ему дали — на это ушло около трех часов. У него уже кружилась голова, плыло зрение и ощутимо кололо в груди, но давняя привычка доводить дело до конца, при этом выполняя все максимально старательно, брала свое. Он даже, не менее честно, разложил все на две стопки: на ту, в которой он хоть что-то понял, и на ту, в которой он не понял ничего. Все это происходило в полнейшей тишине, лишь документы негромко шуршали.
«Нет у меня никакого кардинала Ришелье, — решил для себя Женька. — Иначе я не сидел бы тут со всей этой лабудой, а подписывал готовые бумажки»
Это, несмотря на всю навалившуюся усталость, его порадовало. Все-таки, как ни глупо быть королем, а марионеткой быть еще глупее.
— После обеда господин канцлер ожидает вашей аудиенции, — почтительно напомнил секретарь, видимо, не слишком доверяя слегка расфокусированному Женькиному взгляду. — Вы примете его в кабинете?
— Да, — Женьке не хотелось рисковать. — Здесь. А скажите…
Он поднял руки и все-таки помассировал мучительно ноющие виски. Он не решался спросить имени своего секретаря, однако ему в голову внезапно пришла мысль, которую хотелось бы осуществить до того как они уйдут из кабинета.
— Дампьен, ваше величество, Филипп Дампьен, — догадливо подсказал секретарь.
Женька машинально кивнул, вспомнив вдруг, где он его видел: тот удивительно напоминал аспиранта из деканата его факультета в МГУ. Учитывая, что у Женьки было чуть ли не надомное обучение, этот парень в свое время весьма помог ему с оформлением всей бумажной документации.
— Да, Филипп… — произнес Женька с облегчением и наконец задал свой вопрос: — У нас есть карта?
— Карта королевства, ваше величество? — уточнил секретарь.
— Да, и мира тоже желательно.
Ему предоставили и то, и другое, и вдобавок еще и карту Европы. Европу Женька опознал — на это школьного курса географии хватало. А вот королевства такого он, хоть убей, не помнил. Тщетно Женька копался в своих воспоминаниях, воскрешая уроки географии и истории: такого государства не было, да и, пожалуй, быть не могло. Слишком большим было оно, расползшееся по карте вытянутым пятном. Сходу Женька определил только, что оно поглотило Австрию и Венгрию, Чехию со Словакией и страны бывшей Югославии. И, скорее всего, что-то еще, но для более детального разбора его знаний не хватало. К слову, рядом — на северо-востоке — располагалось еще одно аморфное чудовище, но туда Женька, ради собственного спокойствия, решил на смотреть.
Карта мира тоже не особо порадовала. Про Америку тут не знали, об Африке и большей части Азии имели крайне слабое представление. Ничего удивительного, что у них так плохо со специями!
Женька перешел к разглядыванию карты непосредственно доставшегося ему королевства. Она была самой подробной из всех, и названия, хоть и написанные по-латыни, иногда казались неуловимо знакомыми. Женька смотрел на них чуть рассеянно, думая о том, что их перенесло не просто во времени и пространстве — но и вовсе в какой-то другой мир.
От печальных раздумий его отвлек шум открывающейся двери. С нехорошим предчувствием Женька поднял голову, и увидел, как навстречу ему, улыбаясь неприлично белоснежной улыбкой, идет человек, подозрительно похожий на Олега — только в местном костюме и с длинными, много ниже плеч каштановыми кудрями.
Страница 11 из 48
