Вересковая пустошь

Вскоре лавочник нырнул в проулок среди ветхих домов, Гарри поспешил за ним. Он успел заметить, как закрылась дверь низкой хибары, и припал к ней ухом. По ту сторону раздался едва различимый шёпот:

— У меня есть хороший клиент.

— Кто такой?

— Это…

— Это я, — Гарри вошёл внутрь и снял с себя чары.

Кадмус недовольно нахмурился, его собеседник кинулся прочь. Гарри выхватил палочку и едва успел наложить на беглеца Петрификус. Тот застыл на мгновенье и подстреленной птицей упал на пол ничком.

— Мистер Поттер, как же так! — возмутился Булл.

— Прости, Кадмус, у меня мало времени. Но клиенты у тебя будут — обещаю.

— Что ж… Тогда я пойду, пожалуй. Но всё равно, это неправильно!

Кадмус ушёл, на ходу возмущаясь вероломностью тех, кто пользуется чужим доверием. Гарри перевернул зельевара на спину и удивился — какое странное лицо. Словно кто-то стёр все черты и наложил новые, да так грубо, что пробирало невольное отвращение. Короткие седоватые волосы росли неровными пучками. Последствие сильного ожога, несомненно. Как этот человек ещё жив остался, непонятно. Гарри порылся в его карманах, достал палочку и спрятал к себе. Потом усадил зельевара на продавленный стул и снял заклинание.

— Как вас зовут? — спросил он.

— Это не важно, — ответил тот очень сиплым, тонким голосом.

— Что у вас лицом?

— Это тем более неважно. Вам нужен зельевар, вот и выкладывайте, что надо.

— Вы знаете Грейноуза?

— Его все знают.

— Пару месяцев назад он заказывал зелье. Много зелья. Мне нужны сведения о человеке, который его готовил.

Зельевар молчал, буравя Гарри взглядом сквозь узкие щёлочки глаз.

— Если вы боитесь мести, то могу заверить, что Нос сейчас под стражей. И с большой вероятностью получит пожизненный срок.

— Я ничего не боюсь, молодой человек. Зачем вам тот, кто работал на Грейноуза? Хотите его посадить?

— Нет. Абсолютно точно, нет. Отрава уже уничтожена, никаких улик не осталось, но есть некие последствия.

— Какие?

— Об этом я поговорю с тем, кто готовил зелье.

— М-да, — зельевар смерил его взглядом. — Мне жаль, но я не могу вам помочь, мистер Поттер.

— То есть вы не знаете, кто работал на Грейноуза?

— Нет.

— Тогда, может, вы сами сможете приготовить…

— Приготовить что?

— Антидот.

— Зачем?

— Один… один мой коллега надышался этим дурманом и не может нормально жить.

Изуродованное лицо зельевара искривилось в злой усмешке.

— Что же это вы — легенда нашего времени — не можете попросить помощи у своих друзей? И в Мунго и в Хогвартсе есть великолепные алхимические лаборатории. Тамошние умельцы с удовольствием помогут вашему коллеге.

— Они уже пытались — безрезультатно. Зелье слишком сложное. И потом, я не хочу выносить ситуацию на всеобщее обозрение.

— Что так?

— Просто не хочу.

— Давайте будем откровенны, мистер Легенда. Вы сами и есть тот таинственный коллега. Антидот нужен вам, да?

— Да.

Зельевар вдруг захихикал. Потом зашёлся в хохоте, его безобразное лицо покраснело, из глаз, лишённых век, полились слёзы. Гарри мрачно наблюдал за ним, борясь с желанием заткнуть кулаком безгубый рот.

— Хватит! — нетерпеливо рявкнул он.

Снова взрыв хохота. Гарри поднялся, нацелив на зельевара палочку.

— Ух, насмешили вы меня, мистер Тот-самый-коллега. Позвольте узнать, к кому вы воспылали страстью?

— Это Гермиона… Что? Откуда?

— Да, да. Вам повезло. Впрочем, как всегда. Из всех зельеваров Британии громила Кадмус выбрал именно того, кто вам нужен. Зелье сварил я.

— Что насчёт антидота? — обрадовался Гарри.

— А вот здесь начинается самое интересное, — зельевар сложил пирамидкой обезображенные ожогом руки.

— Я слушаю.

— Грейноуз не расплатился со мной.

— Сколько он вам должен?

— Есть кое-что подороже золота. Поэтому, если хотите получить антидот, вы должны его выпустить.

— Я? Выпустить Грейноуза? Вы спятили?!

— Хватит истерить, Поттер! — жёстко ответил тот. — Пока Нос в тюрьме, я не смогу получить свой гонорар, соответственно, вы — свой антидот.

11. Слишком много лжи

Гарри устало нахмурился. Слишком много шантажа за последние дни. Хватит с него, пожалуй. Он нацелил на наглеца палочку.

— Что вы собираетесь делать? — настороженно спросил тот.

— Тебе понравится, — грозно пообещал Гарри.

— Ай! — вдруг вскричал зельевар и схватился за сердце.

Гарри только сейчас заметил у него на горле страшные шрамы от рваных ран. Как будто кому-то показалось мало ожогов, и тот решил изуродовать горемыку ещё больше. Зельевар меж тем захрипел и наклонился, его бледное лицо посинело.