Фандом: Гарри Поттер. Хогвартс после войны. Героическое трио заканчивает последний год. Неожиданно оправданных родителей Драко Малфоя находят убитыми. Драко не может справиться с тяжестью потерь и решает покончить с собой. Поттер становится свидетелем всего и спасает недруга. К чему приведет такая помощь?
Добавить в моё избранное
271 мин, 33 сек 9110
— Достаточно, мистер Забини, — прервала его сбивчивую речь МакГонагалл. — Мистер Поттер не собирался убивать вашего старосту. Сегодня ночью он со своими друзьями провел ритуал для излечения Драко. И именно благодаря мистеру Уизли мисс Грэйнджер удалось его завершить.
Слизеринцы были немало удивлены услышанным. Блейз отчего-то покраснел до кончиков ушей, а Пэнси стояла, глядя в одну точку, и качала головой.
— Зачем это понадобилось Поттеру? Драко и так досталось… — сквозь выступившие слезы прошептала она. — Зачем? Чтобы отыграться за прожитые годы?
— Мисс Паркинсон, — вмешался Слагхорн, — мистер Поттер истинный гриффиндорец, и он никогда не позволит себе недостойного поведения в отношении других людей, как бы с ним ни поступили, ну, конечно, если только этот «другой» не Волдеморт. Вы совершенно зря беспокоились за своего друга. Предполагаю, что поступок Гарри совершенно искренний и бескорыстный.
— Перед тем, как вы отправитесь в свою гостиную, мне бы хотелось напомнить о том, что случившееся сегодня в больничном крыле не должно стать главной новостью всей школы, — сказала МакГонагалл, жестко посмотрев на слизеринцев.
— Да, профессор, — кивнули Блейз и Пэнси.
— Можете быть свободны, — Минерва взмахнула рукой, открывая дверь кабинета.
— Директор? — Слагхорн вопросительно посмотрел на неё.
— Да, Гораций, не смею вас более задерживать, — кивнула ему МакГонагалл.
Огромный раскаленный солнечный диск медленно катился к верхушкам старых деревьев Запретного леса, прокладывая на чистом голубом небе размытую красную дорожку и озаряя всё вокруг последними остатками тепла и красоты. Последние лучи скользили по еще не опавшей листве засыпающих деревьев, словно укрывая их перед сном золотым одеялом.
Сидя на берегу Черного озера, Драко впервые за все время, что провел в этом странном месте, наблюдал закат. Сегодня в нем было что-то особенное, он был совершенно не похож на те закаты, которые Драко провожал вечерами в Малфой-мэноре.
Возможно потому, что рядом сидел несносный Поттер с взлохмаченными волосами, в нелепых круглых очках, за которыми скрывались потрясающие зеленые глаза. Поттер, сумевший за один короткий день подарить ему свободу, счастье и надежду… Надежду, что всё будет хорошо…
Гарри задумчиво смотрел на красное зарево, разливающееся из-за высоких деревьев и вертел в руках травинку. Наконец, он тяжело вздохнул и произнес:
— Пора.
— Знаю, — тихо отозвался Драко.
— Я не могу идти с тобой… —Поттер не смотрел на Драко, боясь показать свое отчаяние. Так не хотелось выпускать из рук это мимолетное счастье, так хотелось его продлить.
— Знаю, — прошептал Малфой. — Я пойду один… Поттер, — он повернулся, приподнял того за подбородок и посмотрел в глаза, — я не забуду… я не хочу, чтобы всё вот так закончилось… Я справлюсь… Обещаю… Если ты будешь ждать меня там… — и, коснувшись губ Гарри легким поцелуем, вспоминая душистые ягоды земляники на его ладонях, водопад золотой листвы на своих плечах, капли прохладной воды на их телах, Драко шагнул за ворота, исчезая из этого странного мира между жизнью и смертью.
— Я буду ждать… Обязательно… — шептал Поттер. — Пока ты не вспомнишь…
Свет…
Иду практически на ощупь, кожей чувствуя вокруг себя густой туман, проваливаясь в невесомые облака, едва удерживая зыбкое равновесие.
Бесконечный свет…
Проникающий даже сквозь закрытые веки.
«Не хочу открывать глаза… Не хочу терять исчезающие нити воспоминаний: твои последние прикосновения, которые пока еще ощущаю на себе, вкус совершенного счастья, оставшегося на моих губах от твоего поцелуя.»
Я пока еще слышу твои слова: «Я буду ждать… Обязательно… Пока ты не вспомнишь»… Ты будешь ждать, обязательно будешь, я точно знаю… А я не забуду…
Мне было бы значительно легче идти здесь с тобой, по белой тропинке жизни, выстланной невесомыми молочными облаками, ощущать твою магию и мое новое вхождение в этот бренный мир. Я иду туда лишь потому, что там есть ты, и я нужен тебе. Я слышу твой зов, твою боль, твою печаль. Я точно знаю, что смогу помочь, но только если ты поможешь мне«— разговаривал Малфой с воображаемым собеседником.»
Алое зарево заката постепенно утопало в чаще Запретного леса, бросая прощальные отблески на уже темнеющее небо.
Гарри сидел на большом булыжнике и смотрел, как в бесконечной высоте одиноко мерцала первая звезда. Было просто невыносимо чувствовать себя таким же одиноким. Чем сильнее ночная мгла окутывала небо, тем прозрачнее становилось все вокруг, испаряясь, словно дымка утреннего тумана под теплыми солнечными лучами зарождающегося нового дня.
Поттер протянул руку и прикоснулся к выведенному Малфоем на дороге слову. Мысль о том, что оно может хранить тепло его рук, силу его мыслей, растекалась по венам, будоража воспоминания и создавая призрачные фантазии.
Слизеринцы были немало удивлены услышанным. Блейз отчего-то покраснел до кончиков ушей, а Пэнси стояла, глядя в одну точку, и качала головой.
— Зачем это понадобилось Поттеру? Драко и так досталось… — сквозь выступившие слезы прошептала она. — Зачем? Чтобы отыграться за прожитые годы?
— Мисс Паркинсон, — вмешался Слагхорн, — мистер Поттер истинный гриффиндорец, и он никогда не позволит себе недостойного поведения в отношении других людей, как бы с ним ни поступили, ну, конечно, если только этот «другой» не Волдеморт. Вы совершенно зря беспокоились за своего друга. Предполагаю, что поступок Гарри совершенно искренний и бескорыстный.
— Перед тем, как вы отправитесь в свою гостиную, мне бы хотелось напомнить о том, что случившееся сегодня в больничном крыле не должно стать главной новостью всей школы, — сказала МакГонагалл, жестко посмотрев на слизеринцев.
— Да, профессор, — кивнули Блейз и Пэнси.
— Можете быть свободны, — Минерва взмахнула рукой, открывая дверь кабинета.
— Директор? — Слагхорн вопросительно посмотрел на неё.
— Да, Гораций, не смею вас более задерживать, — кивнула ему МакГонагалл.
Огромный раскаленный солнечный диск медленно катился к верхушкам старых деревьев Запретного леса, прокладывая на чистом голубом небе размытую красную дорожку и озаряя всё вокруг последними остатками тепла и красоты. Последние лучи скользили по еще не опавшей листве засыпающих деревьев, словно укрывая их перед сном золотым одеялом.
Сидя на берегу Черного озера, Драко впервые за все время, что провел в этом странном месте, наблюдал закат. Сегодня в нем было что-то особенное, он был совершенно не похож на те закаты, которые Драко провожал вечерами в Малфой-мэноре.
Возможно потому, что рядом сидел несносный Поттер с взлохмаченными волосами, в нелепых круглых очках, за которыми скрывались потрясающие зеленые глаза. Поттер, сумевший за один короткий день подарить ему свободу, счастье и надежду… Надежду, что всё будет хорошо…
Гарри задумчиво смотрел на красное зарево, разливающееся из-за высоких деревьев и вертел в руках травинку. Наконец, он тяжело вздохнул и произнес:
— Пора.
— Знаю, — тихо отозвался Драко.
— Я не могу идти с тобой… —Поттер не смотрел на Драко, боясь показать свое отчаяние. Так не хотелось выпускать из рук это мимолетное счастье, так хотелось его продлить.
— Знаю, — прошептал Малфой. — Я пойду один… Поттер, — он повернулся, приподнял того за подбородок и посмотрел в глаза, — я не забуду… я не хочу, чтобы всё вот так закончилось… Я справлюсь… Обещаю… Если ты будешь ждать меня там… — и, коснувшись губ Гарри легким поцелуем, вспоминая душистые ягоды земляники на его ладонях, водопад золотой листвы на своих плечах, капли прохладной воды на их телах, Драко шагнул за ворота, исчезая из этого странного мира между жизнью и смертью.
— Я буду ждать… Обязательно… — шептал Поттер. — Пока ты не вспомнишь…
Глава 13
POV ДракоСвет…
Иду практически на ощупь, кожей чувствуя вокруг себя густой туман, проваливаясь в невесомые облака, едва удерживая зыбкое равновесие.
Бесконечный свет…
Проникающий даже сквозь закрытые веки.
«Не хочу открывать глаза… Не хочу терять исчезающие нити воспоминаний: твои последние прикосновения, которые пока еще ощущаю на себе, вкус совершенного счастья, оставшегося на моих губах от твоего поцелуя.»
Я пока еще слышу твои слова: «Я буду ждать… Обязательно… Пока ты не вспомнишь»… Ты будешь ждать, обязательно будешь, я точно знаю… А я не забуду…
Мне было бы значительно легче идти здесь с тобой, по белой тропинке жизни, выстланной невесомыми молочными облаками, ощущать твою магию и мое новое вхождение в этот бренный мир. Я иду туда лишь потому, что там есть ты, и я нужен тебе. Я слышу твой зов, твою боль, твою печаль. Я точно знаю, что смогу помочь, но только если ты поможешь мне«— разговаривал Малфой с воображаемым собеседником.»
Алое зарево заката постепенно утопало в чаще Запретного леса, бросая прощальные отблески на уже темнеющее небо.
Гарри сидел на большом булыжнике и смотрел, как в бесконечной высоте одиноко мерцала первая звезда. Было просто невыносимо чувствовать себя таким же одиноким. Чем сильнее ночная мгла окутывала небо, тем прозрачнее становилось все вокруг, испаряясь, словно дымка утреннего тумана под теплыми солнечными лучами зарождающегося нового дня.
Поттер протянул руку и прикоснулся к выведенному Малфоем на дороге слову. Мысль о том, что оно может хранить тепло его рук, силу его мыслей, растекалась по венам, будоража воспоминания и создавая призрачные фантазии.
Страница 49 из 80
