Фандом: Вавилон 5. История про нелегкое нарнское детство.
Добавить в моё избранное
68 мин, 26 сек 18369
От земли поднималось раскаленное марево.
— Сколько он может продержаться? — спросил Г'Кар у соседки.
Та долго не отвечала, меняя повязки на ранах матери.
— Кто знает, что будет дальше, — ответила она, наконец. — Может, хозяева сжалятся над ним…
К вечеру третьего дня мать настолько ослабела, что уже не могла пошевелиться. Она никого не узнавала, и все время смотрела в одну точку.
Г'Кар сидел возле нее, думая об отце.
— Я отомщу за тебя, клянусь! — повторял он, кусая губы до крови.
Г'Кар сильно устал. Третий день он провел на ногах, ухаживая за матерью. Его качало от слабости, лицо осунулось, одни лишь глаза горели как два ярких угля. В суете последних дней он совсем забыл про свою израненную спину. А теперь все тело болело, и усталость сковывала движения…
Наступила третья долгая ночь. Г'Кар сидел за столом. Перед ним горела последняя свеча. Он с ужасом думал о том, что будет делать, когда она погаснет. Ведь он окажется в кромешной тьме. Голова кружилась от голода — мальчик забыл, когда в последний раз ел досыта. Глаза слипались от усталости…
Убаюканный светом свечи, Г'Кар уткнулся носом в стол и уснул как убитый.
Свеча зашипела, догорая…
Мать слабо пошевелилась, чуть слышно позвав отца. Но Г'Кар не слышал ее.
Огонек свечи моргнул и погас.
Дом погрузился во тьму…
Когда Г'Кар проснулся, небо озарили первые лучи восходящего солнца. В доме царила зловещая тишина.
Он сонно посмотрел на огарок свечи, а потом вспомнил о матери.
Она неподвижно лежала на кровати.
Г'Кар медленно подошел к ней и осторожно дотронулся до ее руки. Она была ледяной. Г'Кар молча подоткнул одеяло, не зная, что делать дальше, потом присел на корточки перед кроватью матери, обхватив голову руками. Он не помнил, сколько времени так просидел, пока стук в дверь не вывел его из оцепенения.
Это снова была соседка.
— Г'Кар, твой отец… — сказала она, запинаясь. Увидев выражение лица мальчика, старая женщина оборвала свою речь.
Прежде чем она снова заговорила, Г'Кар стремительно выскочил из дома…
— Ненавижу их, ненавижу их всех!
Г'Кар, всхлипывая, откидывал камни, разбирая тайник, в котором спрятал центаврианский пистолет. Он так лежал там, никем не обнаруженный.
— Я убью их всех! Перестреляю! Как диких зверей! — выкрикнул он в темноту. И дрожащими руками протер пыль с оружия. — Они все заплатят за то, что сделали с отцом и матерью! И даже если они будут молить о пощаде, я никого не пощажу!
Ветер в Пограничной зоне выл очень громко, и мальчик не боялся, что кто-то услышит его. Но и сам тоже мало что слышал, поэтому, когда за спиной раздался презрительный смешок, он подскочил, чуть не выронив оружие из рук.
Резко обернувшись, он увидел Г'Са'Лид, которая смотрела на него, прижавшись спиной к валуну.
— Привет, грозный воин, убийца центавриан, — сказала она. — Опять играешь в детские игры? Пограничная зона — не самое лучшее место для этого. Лучше тебе вернуться в свой уютный теплый дом. А оружие оставить тем, кто умеет с ним обращаться.
И она вытянула руку, указав на его пистолет.
Г'Кар отшатнулся от нее, нахмурившись.
— Не смей смеяться надо мной! — закричал он. — И не смей смеяться над моей клятвой! Я вовсе не играю! И намерен отомстить за свою семью! Но для этого мне нужно оружие, так что уйти с дороги и не мешай!
— О, вижу, что ты настроен очень серьезно, — ответила Г'Са'Лид, не двигаясь с места. — И центавриане видимо сильно испортили тебе жизнь. Но… сомневаюсь, что тебе удастся не то что убить хотя бы одного из них, но даже подобраться к ним на расстояние выстрела из этой штуки. И… ты вообще хоть раз стрелял из нее?
— Это не твое дело! — огрызнулся Г'Кар, набычившись. — Я… разберусь с этим на месте.
— Дурачок, — ответила она. — Не хочешь ли сначала потренироваться? Выстрелить, например, вон в тот камень? — она махнула рукой. — Проверить, работает ли вообще твое оружие?
Г'Кар стиснул зубы и навел пистолет на указанную ей цель. Нажал на спуск. И… ничего не произошло.
Он изумленно уставился на пистолет. А девочка хмыкнула снова.
— Так я и думала. Дай его сюда. Я покажу тебе, как он работает.
На сей раз Г'Кар послушно отдал ей пистолет.
— Сначала надо снять его с предохранителя.
Девочка нажала на небольшую кнопку на рукояти.
— Вот так. И только потом целиться и стрелять.
Из дула пистолета вырвался алый луч плазмы и оплавил камень.
Г'Са'Лид вернула ему еще теплый после выстрела пистолет.
— Может быть, ты расскажешь, что стряслось и зачем ты так рвешься перестрелять всех центавриан?
— Сколько он может продержаться? — спросил Г'Кар у соседки.
Та долго не отвечала, меняя повязки на ранах матери.
— Кто знает, что будет дальше, — ответила она, наконец. — Может, хозяева сжалятся над ним…
К вечеру третьего дня мать настолько ослабела, что уже не могла пошевелиться. Она никого не узнавала, и все время смотрела в одну точку.
Г'Кар сидел возле нее, думая об отце.
— Я отомщу за тебя, клянусь! — повторял он, кусая губы до крови.
Г'Кар сильно устал. Третий день он провел на ногах, ухаживая за матерью. Его качало от слабости, лицо осунулось, одни лишь глаза горели как два ярких угля. В суете последних дней он совсем забыл про свою израненную спину. А теперь все тело болело, и усталость сковывала движения…
Наступила третья долгая ночь. Г'Кар сидел за столом. Перед ним горела последняя свеча. Он с ужасом думал о том, что будет делать, когда она погаснет. Ведь он окажется в кромешной тьме. Голова кружилась от голода — мальчик забыл, когда в последний раз ел досыта. Глаза слипались от усталости…
Убаюканный светом свечи, Г'Кар уткнулся носом в стол и уснул как убитый.
Свеча зашипела, догорая…
Мать слабо пошевелилась, чуть слышно позвав отца. Но Г'Кар не слышал ее.
Огонек свечи моргнул и погас.
Дом погрузился во тьму…
Когда Г'Кар проснулся, небо озарили первые лучи восходящего солнца. В доме царила зловещая тишина.
Он сонно посмотрел на огарок свечи, а потом вспомнил о матери.
Она неподвижно лежала на кровати.
Г'Кар медленно подошел к ней и осторожно дотронулся до ее руки. Она была ледяной. Г'Кар молча подоткнул одеяло, не зная, что делать дальше, потом присел на корточки перед кроватью матери, обхватив голову руками. Он не помнил, сколько времени так просидел, пока стук в дверь не вывел его из оцепенения.
Это снова была соседка.
— Г'Кар, твой отец… — сказала она, запинаясь. Увидев выражение лица мальчика, старая женщина оборвала свою речь.
Прежде чем она снова заговорила, Г'Кар стремительно выскочил из дома…
— Ненавижу их, ненавижу их всех!
Г'Кар, всхлипывая, откидывал камни, разбирая тайник, в котором спрятал центаврианский пистолет. Он так лежал там, никем не обнаруженный.
— Я убью их всех! Перестреляю! Как диких зверей! — выкрикнул он в темноту. И дрожащими руками протер пыль с оружия. — Они все заплатят за то, что сделали с отцом и матерью! И даже если они будут молить о пощаде, я никого не пощажу!
Ветер в Пограничной зоне выл очень громко, и мальчик не боялся, что кто-то услышит его. Но и сам тоже мало что слышал, поэтому, когда за спиной раздался презрительный смешок, он подскочил, чуть не выронив оружие из рук.
Резко обернувшись, он увидел Г'Са'Лид, которая смотрела на него, прижавшись спиной к валуну.
— Привет, грозный воин, убийца центавриан, — сказала она. — Опять играешь в детские игры? Пограничная зона — не самое лучшее место для этого. Лучше тебе вернуться в свой уютный теплый дом. А оружие оставить тем, кто умеет с ним обращаться.
И она вытянула руку, указав на его пистолет.
Г'Кар отшатнулся от нее, нахмурившись.
— Не смей смеяться надо мной! — закричал он. — И не смей смеяться над моей клятвой! Я вовсе не играю! И намерен отомстить за свою семью! Но для этого мне нужно оружие, так что уйти с дороги и не мешай!
— О, вижу, что ты настроен очень серьезно, — ответила Г'Са'Лид, не двигаясь с места. — И центавриане видимо сильно испортили тебе жизнь. Но… сомневаюсь, что тебе удастся не то что убить хотя бы одного из них, но даже подобраться к ним на расстояние выстрела из этой штуки. И… ты вообще хоть раз стрелял из нее?
— Это не твое дело! — огрызнулся Г'Кар, набычившись. — Я… разберусь с этим на месте.
— Дурачок, — ответила она. — Не хочешь ли сначала потренироваться? Выстрелить, например, вон в тот камень? — она махнула рукой. — Проверить, работает ли вообще твое оружие?
Г'Кар стиснул зубы и навел пистолет на указанную ей цель. Нажал на спуск. И… ничего не произошло.
Он изумленно уставился на пистолет. А девочка хмыкнула снова.
— Так я и думала. Дай его сюда. Я покажу тебе, как он работает.
На сей раз Г'Кар послушно отдал ей пистолет.
— Сначала надо снять его с предохранителя.
Девочка нажала на небольшую кнопку на рукояти.
— Вот так. И только потом целиться и стрелять.
Из дула пистолета вырвался алый луч плазмы и оплавил камень.
Г'Са'Лид вернула ему еще теплый после выстрела пистолет.
— Может быть, ты расскажешь, что стряслось и зачем ты так рвешься перестрелять всех центавриан?
Страница 18 из 20
