Недетские игры

— Г'Кар, малыш, я верю, что ты не трус. Но тебе придется вернуться домой. Здесь оставаться опасно. Ты можешь подвести меня, да и своих близких тоже. Ведь ты понимаешь, о чем я говорю, да? Возвращайся назад. Ты еще слишком мал, чтобы идти со мной. Потом, если мне повезет, обещаю, что вернусь за тобой.

— Но, дядя… — начал было Г'Кар, но его снова перебили:

— Возвращайся домой! Живо! — заворчал дядя. — Мне надо торопиться… Помни все, чему я тебя учил. Будь умницей и береги себя! Прощай!

Он крепко обнял Г'Кара и скрылся во тьме.

Мальчик проводил его долгим взглядом, а потом, сопя, побрел обратно…

Когда Г'Кар приблизился к дому, там уже царила суета. Во дворе ходили центаврианские гвардейцы, облаченные в красные мундиры, сжимая в руках тяжелые винтовки. Несколько солдат деловито обыскивали дом, и, судя по грохоту и звону бьющейся посуды, не особо деликатничали.

Отец и мать, наспех одетые, стояли на пороге, испуганно глядя на высокого офицера в блестящей каске, который подошел к ним.

— Так ты говоришь, что не знаешь, где сейчас твой брат? — медленно спросил он у отца, поигрывая пистолетом в руке. — И ты думаешь, что я поверю этой басне?!

— Я… говорю правду, господин, — протараторил Г'Рон, не сводя глаз с оружия. — Мы не знаем, где он сейчас…

— Ах, не знаете? А у нас совсем другие сведения на этот счет!

Центаврианин сделал совсем короткое, почти неуловимое движение рукой. Но отец вздрогнул и повалился на землю, как подкошенный. Мать застыла, не издав ни звука, только прикрыла глаза на мгновение.

Офицер презрительно фыркнул и потряс кистью, а потом отошел к своим солдатам, отпустив скользкую шутку насчет проклятых твердолобых нарнов.

Отец продолжал лежать на земле неподвижно, лишь сжался в комок, закрывая живот руками.

— Он не мог уйти далеко, ребята, — сказал офицер своим солдатам. — Нам надо перехватить его до того, как он заберется под землю. Впрочем, мы и оттуда его выкурим. Теперь у нас есть способы.

И он повернулся к нарнийке, многозначительно изобразив удушье.

— Вашему хозяину будет доложено об этом инциденте. Надеюсь, что он отдаст вас к нам на перевоспитание! И вот тогда мы с тобой поговорим по душам, моя крошка.

Он хохотнул, подняв голову матери дулом пистолета. Она посмотрела ему в глаза, но продолжала молчать.

Громко тренькнул коммуникатор, и офицер, ругнувшись, отошел, выслушивая сообщение. И довольно кивнул, закончив связь.

— Его видели совсем недалеко отсюда. Живей, парни, возьмем скота еще тепленьким. А то его возьмет патруль соседнего квартала. Быстро, уходим! Пора поохотиться!

Солдаты, закончив разносить все, что было в доме, посмеиваясь, ушли.

Г'Кар невольно втянул голову в плечи и зажмурился, когда они поравнялись с ним.

— С дороги, щенок! — рявкнул на него офицер, и мальчишка метнулся в сторону. Солдаты заржали, тыкая в него пальцами. Один даже сделал вид, что готов выстрелить из винтовки.

Двор, наконец, опустел.

Мать склонилась над отцом, помогая ему подняться на ноги. Он все еще выглядел оглушенным и двигался очень медленно. Поглощенная тем, чтобы довести его до дома, мать не заметила, как Г'Кар скользнул за ними следом.

В соседних домах перепуганные соседи тихо обсуждали случившееся…

Конец игры

— Ты опоздал, глупый нарн! — сердито сказал юный хозяин, когда Г'Кар вбежал в его комнату.

— О, господин, простите меня! Это вышло не нарочно! — взмолился Г'Кар, жалобно посмотрев на центаврианина. Ему с трудом удалось сдержать себя. В душе у него все кипело от ярости и обиды.

— Хорошо. На первый раз я тебя прощаю! — высокомерно произнес мальчишка, а потом дернул его за рубашку. — Сними свои тряпки. От них воняет! Вы вообще хоть когда-нибудь моетесь, дикари?

— Но, господин, это же совсем чистая одежда… — начал было Г'Кар, но центаврианин резко перебил его:

— Снимай эту гадость, я говорю! Я хочу посмотреть, как выглядит твоя спина после вчерашнего…

Г'Кар молча стянул с себя рубашку.

— Проклятие, тебя что, перевязали?! — рассердился молодой хозяин, увидев бинты на спине нарна.

— Раны сильно кровоточили, мой господин, поэтому… — попытался объяснить Г'Кар. — Ой! Зачем вы снимаете повязку? Мне же больно!

— Ага! Хоть какой-то результат за последние дни! — обрадовано протянул мальчишка, сдернув очередной лоскут ткани, прилипший к спине. — Если бы ты сказал мне это вчера, то ран было бы гораздо меньше!

Г'Кар стиснул зубы, чувствуя, как кровь снова потекла по спине.

— Да… В тюрьму с тобой сегодня не поиграешь… — разочарованно вздохнул юный хозяин, брезгливо вытирая руки о штаны. — Ты уже ни на что не годен!

Г'Кар стоял, тяжело дыша. А потом неожиданно услышал свой собственный голос:

— Почему же?