Фандом: Гарри Поттер. Я многое мог бы ей рассказать, если бы она захотела. Все дело в том, что мы стоим на окраине какой-то захолустной деревни и её палочка упирается в мой кадык.
Добавить в моё избранное
9 мин, 16 сек 17820
Все дело в том, что всю нашу никчемную жизнь можно вложить в звук щелчка пальцев.
Щелчок.
Ты просыпаешься на втором этаже «Дырявого котла». Щелчок.
Ты просыпаешься в районе Блумсбери в паршивом местечке под названием «Garth». Щелчок.
Ты просыпаешься в маггловском отеле на Осборн Стрит. Негр за стойкой, улыбающийся во все свои тридцать два зуба протягивает тебе ключи от твоего мотоцикла.
Щелчок.
Ты просыпаешься в комнате с заколоченными окнами, и в щелку видишь шлюх, подпирающих кирпичные стены, разделяющие Лютый и Косой переулки. Щелчок.
Ты просыпаешься дома у Шелли (Мэри) и просишь стакан воды.
Она выливает стакан воды тебе на голову. Оказывается, её зовут Марлин.
У Марлин была слишком длинная шея и слишком короткие волосы. Накануне, в каком-то кабаке Марлин рассказала историю своей жизни.
Все дело в том, что когда кто-то пытается сказать что-то очень важное, обычно его не слушают. Накануне, я рассказал ей о том, что всю её никчемную жизнь можно вложить в звук щелчка пальцев.
— Почему я всегда отдаю сердце всяким отбросам? — спросила она утром, прислонившись к косяку и с сожалением разглядывая меня.
— Потому что хочешь видеть его в мусорном баке? — спросил я в ответ.
Марлин нахмурила брови. Наверное, она подумала, что я над ней насмехаюсь.
— А ты всегда говоришь вот такими киношными фразами?
— Должен же я откуда-то брать свои реплики!
В отместку она посмотрела на меня с отвращением. Возможно, Марлин была права в своих догадках.
Щелчок.
Ты просыпаешься у Поттеров.
— Ты невыносим! — говорит Лили и смеется, когда Гарри в её руках тянет рыжую прядь волос в свой беззубый рот.
Все дело в том, что больше всего на свете Лил любит своего сына. Все дело в том, что больше всего на свете я люблю то, что может вместить один щелчок.
— Ты хочешь прославиться, Сириус?
Лицо Беллы совсем близко и мне приходится прищурить глаза — знаете, оно просто плывет и видится, словно через мутное стекло тех стаканов в пивнушках, в которые мы с Джимом иногда заваливаемся после просиживания задов в кабинетах Аврората. Джим именует это гордым словом служба.
Она вдруг целует меня — как-то по-особенному дико, кусая нижнюю губу.
— Я все равно убью тебя, Сириус, — шепчет она на ухо. — А так будет даже интереснее.
Все дело в том, что я вообще-то не хотел прославиться. У меня не было таких мыслей. И знаете, я мог бы набрехать вам какого-нибудь возвышенного бреда, сказать, что осознал, сколького уже лишился и сколько я могу потерять в один момент — если бы она, к примеру, меньше внимания уделяла торжественным речам.
Все дело в том, что когда я смотрел Белле вслед, я думал, что если бы этот лысеющий мудак Руди с его жирными пальцами чаще ебал жену, то мысли об убийствах не приходили бы в её хорошенькую голову.
Щелчок.
Ты просыпаешься на втором этаже «Дырявого котла». Щелчок.
Ты просыпаешься в районе Блумсбери в паршивом местечке под названием «Garth». Щелчок.
Ты просыпаешься в маггловском отеле на Осборн Стрит. Негр за стойкой, улыбающийся во все свои тридцать два зуба протягивает тебе ключи от твоего мотоцикла.
Щелчок.
Ты просыпаешься в комнате с заколоченными окнами, и в щелку видишь шлюх, подпирающих кирпичные стены, разделяющие Лютый и Косой переулки. Щелчок.
Ты просыпаешься дома у Шелли (Мэри) и просишь стакан воды.
Она выливает стакан воды тебе на голову. Оказывается, её зовут Марлин.
У Марлин была слишком длинная шея и слишком короткие волосы. Накануне, в каком-то кабаке Марлин рассказала историю своей жизни.
Все дело в том, что когда кто-то пытается сказать что-то очень важное, обычно его не слушают. Накануне, я рассказал ей о том, что всю её никчемную жизнь можно вложить в звук щелчка пальцев.
— Почему я всегда отдаю сердце всяким отбросам? — спросила она утром, прислонившись к косяку и с сожалением разглядывая меня.
— Потому что хочешь видеть его в мусорном баке? — спросил я в ответ.
Марлин нахмурила брови. Наверное, она подумала, что я над ней насмехаюсь.
— А ты всегда говоришь вот такими киношными фразами?
— Должен же я откуда-то брать свои реплики!
В отместку она посмотрела на меня с отвращением. Возможно, Марлин была права в своих догадках.
Щелчок.
Ты просыпаешься у Поттеров.
— Ты невыносим! — говорит Лили и смеется, когда Гарри в её руках тянет рыжую прядь волос в свой беззубый рот.
Все дело в том, что больше всего на свете Лил любит своего сына. Все дело в том, что больше всего на свете я люблю то, что может вместить один щелчок.
— Ты хочешь прославиться, Сириус?
Лицо Беллы совсем близко и мне приходится прищурить глаза — знаете, оно просто плывет и видится, словно через мутное стекло тех стаканов в пивнушках, в которые мы с Джимом иногда заваливаемся после просиживания задов в кабинетах Аврората. Джим именует это гордым словом служба.
Она вдруг целует меня — как-то по-особенному дико, кусая нижнюю губу.
— Я все равно убью тебя, Сириус, — шепчет она на ухо. — А так будет даже интереснее.
Все дело в том, что я вообще-то не хотел прославиться. У меня не было таких мыслей. И знаете, я мог бы набрехать вам какого-нибудь возвышенного бреда, сказать, что осознал, сколького уже лишился и сколько я могу потерять в один момент — если бы она, к примеру, меньше внимания уделяла торжественным речам.
Все дело в том, что когда я смотрел Белле вслед, я думал, что если бы этот лысеющий мудак Руди с его жирными пальцами чаще ебал жену, то мысли об убийствах не приходили бы в её хорошенькую голову.
Страница 3 из 3
