Почему он такой маленький?

А спорить с ней бесполезно — заклюёт, забросает насмешками… Уж лучше согласиться. Как всегда говорит Гарри: проще дать, чем объяснить, почему нет.

— Ну, и куда мы сначала? — уныло спросил Рон.

Гермиона улыбнулась.

— В Галерею Академии изящных искусств!

Эту самую Галерею они искали под дождем, и Рон изрядно пожалел, что колдовство запрещено. На три головы у них было только два зонтика, он разместился между Гарри и Гермионой и чувствовал, что ему за шиворот вот-вот потекут дождевые капли. А взять кого-то одного (кое-кого) за руку и спрятаться под общим зонтом было просто немыслимо: кое-кто второй точно не поймёт. А хотелось ох как.

На входе неулыбчивый мужик затрещал что-то на своей тарабарщине, показывая на их рюкзаки и бурно жестикулируя. Гермиона невозмутимо кивнула и тут же открыла сумочку, знаком велев друзьям сделать то же самое. Мужик заглянул внутрь, осматривая содержимое, и удовлетворённо кивнул, пропуская их. Гермиона в ответ поблагодарила этим смешным цокающим словом. Рон уже почти привык к нему, но всё равно оно ужасно резало слух и казалось дико неправильным (ну правда, что ещё за «гр-раццие»? Язык же сломать можно, а это агрессивное «ц-ц-ц!» звучало так, словно на тебя хотят накинуться и огреть по башке сковородкой).

Когда они отошли, Рон шепотом спросил:

— Что он от нас хотел? — и Гермиона так же тихо отозвалась:

— Так у магглов принято заботиться о безопасности в общественных местах. Здесь не как в Гринготтсе, конечно, но кое-где бывают специальные технические приспособления… Хотя, я думаю, учитывая, сколько предметов искусства тут собрано, какие-то чары должны быть наложены, маггловские и магические власти наверняка сотрудничают. Но я не знаю точно. Надо почитать. — (Невыспавшийся и оттого пока сонный и молчаливый Гарри фыркнул на этих словах.)

— Хочешь сказать, если мы попытаемся что-то отсюда стащить, это может сойти нам с рук? — оживился Рон и осклабился — это предположение его развеселило. Гарри придушенно хихикнул, и Гермиона закатила глаза, отмахиваясь от таких глупостей.

Они вошли в первый зал, Рон коротко осмотрелся и, прошествовав мимо каких-то непонятных каменных глыб и картин, заприметил в конце зала возвышающуюся статую. Указал рукой:

— Например, этого дядьку?

Гермиона несколько секунд молча пялилась на него.

— Это же Давид! — сказала укоряющим тоном, будто это что-то объясняло.

Рон повел плечами.

— В смысле, нам такой не нужен? — деловито уточнил он. — Здоровый слишком?

— В прошлый раз мы угнали дракона, теперь нельзя понижать планку, — с самым серьезным видом вмешался Гарри. Рон фыркнул.

— В плане размера? — спросил он, и у Гарри дернулся уголок рта.

Демонстративно вздохнув, Гермиона сжала в руках небольшой буклетик-путеводитель и пошла вперед, махнув друзьям, чтобы не отставали.

— Это «Давид» самого Микеланджело… — она запнулась и уткнулась в буклет, — ди Лодовико ди Леонардо ди Буонарроти Симони! — с придыханием дочитала благоговейно. — Очень известная статуя… не знаю, пятнадцатого или шестнадцатого века.

Рон покивал с умным видом и снова воззрился на этот знаменитый кусок обточенной штукатурки на постаменте, пытаясь хотя бы сделать вид, что проникся.

— Ты знаешь, кто этот самый Мики… Людовик… э-э… Симон? — шёпотом переспросил он у Гарри. Тот скосил на него глаза.

— Скульптор, — со смешком сделал он логичный вывод. Потом почесал затылок, сосредоточенно морщась. — Знаешь, имя знакомое, н-но… я как-то не очень… в теме. Дурсли не так уж горели желанием просвещать нас с Дадли. Тем более… м-м, — он сделал неопределенный пасс рукой и закусил губу.

Рон перевел взгляд с Гарри на этого… Давида и вскинул брови. Перед знаменитостью бурлила целая толпа туристов: все гомонили, гудели и выражали свои восторг и почтение, кто-то стоял и читал надпись на огромной табличке сбоку, а кто-то зашел статуе за спину и сидел на скамье, смотря наверх.

Рон проследил за их взглядами и приоткрыл рот. Надо же, он как-то сначала этого не заметил, но Давид был… голый.

То есть совсем голый.

— Очень известная статуя, говоришь? — огорошенно переспросил он вслух.

Ладно, он уже привык, что магглы иной раз бывали странными (он вроде бы даже видел раньше картины с голыми пышнотелыми женщинами!), но сейчас как-то растерялся. Кто ж думал, что прямо напротив входа в «Галерею Академии» (Академии! Не порноклуба какого!) будет стоять голый мужик, да еще такой гигантский. Да еще и лицом к входу. И…

— Почему у него такой маленький член? — озадаченно выдал Рон.

Гарри прыснул.

Гермиона со свистом втянула воздух и вперила в него красноречивый взгляд, нахмурилась, оглядываясь по сторонам.

Упс, неловко вышло. Рон сконфуженно хмыкнул, тоже кидая быстрые взгляды сквозь толпу, но до них никому, кажется, не было дела.