Эврика!

Харпер вздохнула и высвободилась из рук Мерфи. Ей ужасно хотелось остаться, потому что она чувствовала, что второго шанса уже не будет, она сама себе больше никогда такого не позволит. Но Монти уходил. И отпустить его одного было нельзя. Джон и Эмори, да еще вместе, такие открытые, такие домашние, и в то же время загадочные, будоражащие… Но как бы ей ни хотелось сейчас ухнуть с головой в это новое-неизведанное и такое притягательное, но больше дружбы с ними она не сможет себе позволить. Потому что если Монти сейчас уйдет, а она нет — между ними все закончится. Монти не закатит скандал, не устроит разборки и выяснения отношений, он просто уйдет, даже если при этом они продолжат жить вместе. Он так умел и раньше, но делал это ненадолго и не из-за ссор или обид, а просто когда ему было не по себе больше, чем он хотел Харпер показывать. Но на этот раз все будет не так.

Надо встать и пойти за ним. Она было дернулась, но Мерфи обхватил ее руками:

— Подожди… — и лицо у него было серьезное, словно это не он только что с ней заигрывал.

— Я тоже лучше пойду, — почти умоляюще сказала ему Харпер, надеясь, что он поймет — она бы осталась, но… — Пусти, Джон.

— Ты же не хочешь уходить, — сказала Эмори и перегородила путь к двери, прямо перед носом Монти. — И Хари не хочет. А мы не хотим вас отпускать.

— Позволь мне пройти, — еле слышно сказал Монти, но Харпер разобрала слова. В ней словно что-то натянулось, вот-вот лопнет, потому что такой растерянности в голосе Монти раньше никогда не звучало, даже там, на Земле, когда они потеряли Джаспера.

Харпер была уверена, что Монти не раз представлял себе Эмори в своей постели — может, даже в их общей. Но, наверное в его мечты не входил Мерфи, обнимающий Харпер. И этот нюанс мог все разрушить. Но иначе сейчас уже не выйдет, так что Монти прав — или уйти, или принять все, как есть. Сможет ли он впустить в свою фантазию реальность?

В его фантазиях все было иначе. Не Хари проявляла инициативу. И не Мерфи доставались первые поцелуи. И вообще Мерфи там отсутствовал. Умом Монти понимал, что все складывается так, как должно, иначе не получится, только так. По крайней мере, не в первый раз. Черт, он что, реально думает, что это только начало?!

Сердцем чувствовалось, что все правильно, что несмелое касание пальцев Эмори на его запястье — это тот самый шаг, который он сам никак не мог сделать. Что Хари с Мерфи не против, они оба одобряют, им нравится и прикасаться друг к другу, и видеть, как Эмори льнет к нему, Монти, и что без них все будет не так — тоже чувствовалось, они четверо должны перейти эту границу все вместе. Они все между собой связаны, и отделить Хари от него, а Эмори от Мерфи нельзя.

Но представить себе, что делать дальше, как позволить себе дотронуться до жены Мерфи у него на глазах, а ведь они все явно настроены зайти куда дальше поцелуев… Тут фантазия Монти давала сбой, а в довесок его окатило давно забытым страхом: вдруг он не сможет? Вдруг разочарует всех? Хари не будет смеяться, скорее всего, даже поможет, она давно хочет, чтобы он был с Эмори, да и теперешний Мерфи вряд ли обсмеет, но все равно, разве это достойно мужчины… нет.

Мерфи и один справится. Пусть Хари получит то, что хочет, пусть им втроем будет хорошо, а ему тоже будет хорошо, как только он отсюда выйдет и доберется до их каюты. Ну или дождется возвращения Хари, и наверняка она не оставит его без внимания… Если не станет презирать, как труса, сбежавшего и бросившего ее одну. Но пусть будет, как будет, по крайней мере, он не испортит этой троице намечающийся интересный вечер.

— Я лучше пойду, — решительно сказал он, ни на кого не глядя, и осторожно убрал руку из-под пальцев Эмори.

Уже сделав шаг к двери, услышал за спиной вздох Харпер. Посмотреть ей в лицо по-прежнему не мог, так что не знал, о чем она думает.

— Подожди! — тихо и серьезно сказал Мерфи.

— Я тоже лучше пойду, — с сожалением еле слышно отозвалась она. — Пусти, Джон.

Монти задержался всего на пару секунд, просто чтобы разобрать, что они говорят, и вдруг оказалось, что идти уже некуда: дверь заслонила собой Эмори.

— Ты же не хочешь уходить, — сказала она так же серьезно, но на щеках играли ямочки, будто она сейчас улыбнется. — И Хари не хочет. А мы не хотим вас отпускать.

Дурак, просто улыбнись и скажи: «Уговорили». Не трясись, это не испытание, это тебя просто приглашают остаться и быть частью того, что ты давно уже издалека про себя с легкой завистью называешь семьей… для которой ты пока лишь «друг». В отличие от всех остальных. Прекрати уходить в сторону и тащить за собой свою женщину, которая хочет быть частью этой семьи! Ты же сам хочешь того же…

— Позволь мне пройти, — он хотел сказать упрямо и твердо, но прозвучало жалко и беспомощно.

Эмори несколько мгновений разглядывала его в упор, словно изучая, а потом ответила именно так твердо и решительно, как не получилось у него:

— Нет.