Забудь, оставь и не проси…

Когда рычал — нравился мне больше.

Джон всё это время тихо жует стейк с салатом и слушает. Мне импонирует его умение не мешать.

Дальше мы идем в полицию. Инспектор Хакстейбл предупреждён о нас и даёт ознакомиться с материалами дела.

Джон наивно расспрашивает его, ужасается, и мне не надо изображать ничего перед незнакомым человеком — по сути, беседу ведет напарник, а я роюсь в материалах. Начинаю понимать, зачем Майкрофту нужна Антея, ведущая за него связь с миром.

Полицейские успели установить личность. Разумеется, жертва происшествия — учитель немецкого. Ну что ж, хоть с чем-то они справились, молодцы. И дедукции не надо, чтобы определить, кто же это, имея номер машины и уточнив, что внутри был именно её хозяин: по зубам обгорелого трупа.

С прочим тоже очевидно настолько, что даже полиция понимает: машина Хайдеггера потеряла управление неспроста. Было столкновение. Показываю Уотсону следы торможения.

Джон всматривается в фотографии, а я отправляю смс Биллу Картрайту, лучшему своему осведомителю. Это не его район, но он, наверное, знаком с теми, кто владеет нужной мне информацией и сможет ответить. Наконец, доктор замечает:

— Следы те самые, что были у школы. Он погнался за похитителями, нагнал, машины столкнулись, да так удачно, что бедняга Хайдеггер врезался в дуб.

— Вот именно! Как я и ожидал с самого начала. Ты обратил внимание: его окна выходят на ворота? Он просто увидел их ночью. Ученики интерната не имеют права взять и сбежать, так что Хайдеггер возмутился и бросился в погоню.

— Жаль парня.

Пожимаю плечами. Наверное, ему жаль. Я учителя не знал, к чему тут лишние чувства?

Получаю ответ: «В мотеле Боевой петух». Как дважды два. Никаких неожиданностей. Пытаюсь подтолкнуть Уотсона к дальнейшим дедуктивным выводам:

— Лично мне интересно то, куда похитители дели приметную машину со следами столкновения и шинами, уже известными полиции как шины преступников.

Увы, вторая задачка ставит моего спутника в тупик. Но ведь всё так просто. Если открыть глаза, хорошо понаблюдать и задать себе правильные вопросы — всё как на ладони! Даже без подтверждения Картрайта.

Собираюсь объяснить, и тут звонит герцог.

По необъяснимой причине он перестал нуждаться в нашей помощи и настаивает, чтобы мы вернулись домой, все издержки нам, безусловно, будут выплачены, он сожалеет.

Я тоже сожалею, что он идет на поводу у похитителей. Я этого делать не собираюсь.

Что ж, наша ближайшая задача — шумно отбыть. И надо это отбытие показать в нужном месте. Ладно, старый фокус «забытые перчатки» никогда не потеряет актуальности.

Выходим из участка. Я сообщаю Джону:

— Нас отстраняют.

— Как?

— Очень настоятельно просят больше не заниматься делом. Даже лестно, что преступник так равнодушно отнесся к полицейскому расследованию и забеспокоился из-за нас.

— И что мы будем делать?

— Искать фотоаппарат. Сначала подберем место, где его «забудем», я хочу это сделать возле мотеля, потом будем искать. В подходящий момент я сам вспомню, где ещё можно посмотреть.

— Понял. Лейтмотив вечера: «Ах, какой же я рассеянный».

— Верно.

Далее всё по плану. Мы оставляем фотоаппарат на камне, неподалеку от места аварии, возвращаемся в «Боевой петух», бурно ищем потерю, делимся переживаниями с Анной, «теряем надежду» и отбываем на такси.

Level I, глава 4

Отъехав на достаточное расстояние, я «вспоминаю», где мы ещё не искали, и мы возвращаемся. Под моим руководством петляем, подъезжаем к месту так, чтобы от мотеля нас видно не было. Извиняемся перед таксистом и отпускаем его.

Джон подбирает аппарат, и я говорю:

— Теперь в мотель. Предпочтительно незаметно.

— Артур там? — Джон удивлён.

— Я бы не стал слишком на это рассчитывать. Зато предполагаю найти машину похитителей. Надеюсь, это нам что-то даст.

— С чего ты взял, что машина в мотеле?

— Ну, лично я предпочел бы спрятать машину со следами уголовной аварии в подпольной мастерской, где перекрашивают и перебивают номера угнанным автомобилям, а не открыто привезти её к честному механику.

— А откуда ты знаешь, что там подпольная мастерская?

— Задал вопрос и получил ответ. У меня есть осведомители, я всё же детектив. Ничего сложного. А теперь — тихо!

Джон шёл следом за мной и не высказывался по поводу незаконного проникновения на частную территорию. Да уж, человек, слишком трепетно относящийся к приватности, не мог бы стать моим напарником. Впрочем, какого пиетета к закону вообще можно ожидать от Уотсона, имеющего нелегальное оружие и не боящегося им воспользоваться? Я тихо хмыкаю — мысль о том, что я живу с убийцей и покрываю его, всё ещё обескураживает.

Подпольная мастерская, отвечая своему названию, оказалась под полом легальной.